Хэдер Макалистер - Замуж — только по большой любви

Отом вздохнула, когда жюри перешло к следующему номеру. Так как все много ели и пили, то Отом приходилось часто наполнять стаканы молоком и блюдца — крекерами. Когда подошли к ее тарелке, она быстро поставила рядом стакан с молоком. Главный судья взял кусочек с ее тарелки. Отом сделала над собой неимоверное усилие и заставила себя шагнуть вперед.

Дальше Отом все видела как во сне. Вот судья берет кусочек мяса с ее соусом, задумчиво смотрит на него. Вот откусывает… И тут же начинает быстро моргать, быстрее и быстрее.

— О, черт! — Он продолжал жевать, и его глаза наполнялись слезами. — Вот это да! — выдохнул судья и схватил стакан с молоком.

Остальные судьи последовали за ним. Они повторили его опыт, все, кроме Клэя. Он взял кусочек, поднес его ко рту и воскликнул:

— Отом!

Она пошла за крекерами, но он все равно ее увидел.

— Ты это сделала специально!

Высоко подняв голову, она гордо заявила:

— Это мой собственный рецепт.

— Оно и видно, — Клэй усмехнулся. — Эта ерунда, наверное, приготовлена для чистки карбюраторов.

— Эй! — Рядом появился Морган. — Нечего обижать Отом.

— А ты сам пробовал ее соус?

— Еще нет, — сказал Морган. — Но сделаю это, как только доберусь до тарелки.

Он что-то пробормотал себе под нос и отошел в сторонку.

Главный судья объявил пятнадцатиминутный перерыв, чтобы каждый мог прийти в себя после пробы соуса номер семнадцать.

— Кажется, я обжег себе язык, и мои вкусовые рецепторы вышли из строя надолго, — пожаловался Клэй.

— Он был горячий? — спросила его девушка. Клэй поднес тыльную сторону руки ко рту.

— Обжигающий. — Он жестом показал на Отом: — Кортни, это Отом. Мы вместе росли. Кортни из компании «Гарсия и Дельгадо», и она распространяет брошюры нашей программы родео.

Отом воспряла духом.

— Так она не из «Золотой розы»?

— Нет, я из «Золотой розы». И я узнала имя Клэя на следующий же день из рекламной программы. — Кортни приблизилась к нему и обвила его шею своей рукой. — Так что это совсем не случайное знакомство.

— Как здорово, — уныло сказала Отом.

Кортни подошла ближе к столику.

— Я люблю горячее. Можно попробовать твой соус?

— Кортни, — предостерег ее Клэй. — Тебе не надо этого делать.

— Но я хочу. — Она дружески улыбнулась Отом.

Если бы Кортни не была такой приятной особой, Отом с удовольствием угостила бы ее хоть целым ведром своего соуса.

— Но он ужасный. Даже я его не пробовал. Конечно, тебе лучше знать, — сказал Клэй.

— О, передай мне салфетку. — Кортни взяла кусочек и откусила. — Да… — сказала она, слабо улыбнувшись, — это как жидкий огонь, но зато как возбуждает! — Ее глаза наполнились слезами, но она откусила еще. — Знаешь, если бы сюда поменьше перца, получился бы превосходный вкус. Ведь рецепт хорош. Я бы так и оставила.

Отом с ужасом поняла, что ей нравится эта женщина.

— И все же такое впечатление, что я испортила несколько килограммов мяса.

— Это мы еще увидим! — Кортни потерла руки. — Все зависит от того, как преподнести товар. Давайте сделаем так. Дай мне твою ручку, — попросила она Клэя. — У вас есть большой лист бумаги?

Отом оглянулась и нашла бумагу, которой они накрывали столы.

Кортни написала следующее: «Слишком горячий соус для обычных мужчин. Докажи, что ты необычный мужчина! Попробуй!»

И положила бумагу под тарелку номер семнадцать.

— Никто на это не клюнет, — сказал Клэй прямо перед носом старого ковбоя, который как раз проходил мимо.

— Это тот самый соус, из-за которого остановилось жюри? — спросил старик.

Отом кивнула, и он взял кусочек.

— Сорок лет ничто меня не удивляло. — Он откусил и улыбнулся. — О, елки-палки! Вот это да! — Он взял еще несколько кусочков себе на тарелку.

Отом гордо взглянула на Клэя и потом с благодарностью — на Кортни.

— Отом! — Морган помахал ей с другой стороны ряда. — Извини, что я не присоединился к вам, — сказал он, когда она подошла к нему. — У нас появились покупатели.

В несколько минут они продали все барбекю. Конкурс продолжался. Хотя Отом не выиграла, она была счастлива: ее соус привлек больше внимания, чем соус победителя. Единственное, что ее злило, — это то, что ее честь спасла девушка Клэя.

— Эй, — сказал Морган, когда народ немного схлынул. — Если я хочу попробовать твой соус, мне лучше пойти сейчас, а то он кончится.

— Но тебе не обязательно его пробовать, — сказала Отом.

— Нет, обязательно, — улыбаясь, он подошел к столу.

Морган положил огромную порцию мяса себе на тарелку. Откусив первый свой кусочек, он подошел к столику и отвернулся. Его лицо исказилось, и, не в силах терпеть, он выплюнул кусок с явным облегчением. Поставив тарелку на стол, Морган потянулся за кувшином с водой и с великим облегчением выпил один за другим три огромных стакана. Затем, не поборов, по всей видимости, огонь, он набросился на крекеры.

Ах, бедняжка! Ну надо же! Отом с состраданием смотрела, как он усердно, стараясь, чтобы никто не заметил, очищает мясо от злополучного соуса оберточной бумагой, первым, что попалось под руку. Тщательно стерев весь соус с барбекю, он благополучно положил все кусочки обратно себе на тарелку.

Понаблюдав за этим, Отом вернулась к своим покупателям. Скоро появился и Морган со своей тарелочкой.

— Отом, дорогая, да тебя просто ограбили, это чисто разбойничий налет. — Он сделал вид, что с удовольствием доедает свою порцию шашлыков.

Отом усмехнулась. Ну надо же, до чего он наловчился! Наглость какая!

— Конечно, вкус немного специфический, но это самый лучший соус, какой только есть на этом барбекю! — Он улыбнулся.

Отом тоже улыбнулась, понимающе глядя на Моргана.

— Что же, рада, что тебе понравилось, дорогой, — сквозь зубы процедила она, стараясь не злиться.

— Еще бы не понравилось, плохой соус я бы даже в рот не взял… дорогая.

Имя кандидатуры: Морган Дули.

Свидание: Кулинарный конкурс и барбекю.

Хотели бы вы еще раз встретиться? Нет.

Почему? Как я могу жить с человеком, которому не доверяю?

Есть ли в нем те качества, о которых вы писали в вашей анкете? Ответьте конкретно. Анкета прилагается. Он лжет.

Имя кандидатуры: Кортни Вон.

Свидание: Кулинарный конкурс и барбекю.

Хотели бы вы еще раз встретиться? Нет.

Почему? Нет смысла терять время, когда ясно, что нет будущего.