Шарлотта Хайнс - Милые пустяки

Лиз глядела на накрытый стол, пока Джон читал молитву, и ее сердце переполнялось любовью. Господи, как же ей повезло! У нее двое умных, здоровых детей и муж, который, как она теперь знает, вызывает зависть у знакомых женщин. Правда, у нее имеются некоторые проблемы, связанные с этим замечательным мужем, более того, проблемы, которых она недопустимо долго не замечала, не признавала. Но она отказывается верить в их неразрешимость. Вздор, она, конечно, развеет все грозовые тучи! Она слишком сильно любит Джона, чтобы потерять его. Все неприятности рассосутся, убеждала она себя вновь и вновь, отгоняя прочь так внезапно нахлынувшую панику. Ей уже удалось точно поставить диагноз и не испугаться его тяжести, она даже наметила план излечения. Остается только провести его в жизнь, не откладывая.

И снова, сделав глубокий вдох, она ринулась в бой, прежде чем Джон успел произнести «аминь».

— Знаешь, дорогой, ты никогда не рассказывал мне, как проходит твой день.

— Забавно, мне показалось, я только что это сделал. — В его глазах блеснул дьявольский огонек.

— Я не об этом! — Лиз красноречиво кивнула в сторону навостривших уши ребят.

— Ну, — Джон пожал широкими плечами, — вот сегодня, например, был самый обычный день. — Здесь он решительно принял из ручек Роба бутылку с кетчупом, которую тот уже почти полностью успел вылить на френч-фри у себя в тарелке. — Вопреки мнению УСДА в этом доме не принято поглощать кетчуп, как огурцы.

— Но, пап, — заныл Роб, — мама всегда разрешает…

— Я не мама, — мягко возразил Джон. — Лучше расскажите, что было сегодня в школе.

Потерпев, таким образом, новую неудачу, Лиз погрузилась в раздумья, в то время как Роб принялся упоенно вещать. Очевидно, работа Джона — это не то, с чего следует начинать. На секунду ей подумалось, что его постоянные уходы от темы происходят от нежелания упоминать о Брэнди, но она сразу, же запретила своим мыслям развиваться в этом направлении. В конце концов, у нее нет никаких реальных оснований полагать, что эта девушка стала для Джона чем-то большим, нежели одной из заблудших овечек, и было бы, по меньшей мере, неразумно усложнять создавшуюся ситуацию.

— Кто-кто к тебе плохо относится? — Лиз усилием воли вернулась к реальности, так что успела даже уловить обрывок последней фразы Роба.

— Месье Бреннан, — подхватил нить разговора Джейми. — Ты его помнишь, мам, — добавил он, заметив ее озадаченное лицо. — Он живет у священника, отца Давида, старый такой.

— По-настоящему очень старый, — подтвердил Роб, — даже старше вас с папой.

— Настоящее ископаемое, — согласилась Лиз. Но с чего вы взяли, что он к вам плохо относится?

— Не любит он нас, и все. — Роб многозначительно покачал головой. — Сегодня он сказал, что мы маленькие гнусные чертенята.

— Он, очевидно, действительно прозорливый человек, — пробормотал Джон.

Лиз проигнорировала это замечание, стараясь наконец, поймать суть дела.

— Где же вы встретились с месье?

— Он зашел в школу, когда мы на остановке ждали наш автобус.

— Угу, — кивнул Джейми, — и еще зашла миссис Драйден за Фредди.

— Помнишь, мам, мы рассказывали тебе о миссис Драйден, — терпеливо растолковывал Роб, видя абсолютно непробиваемое выражение на материнском лице, — та самая, которая дала Фредди доллар, чтобы он заткнулся.

— Ах, да, — просветлела Лиз, — юный шантажист Фредди.

— И она привезла с собой новорожденного брата Фредди. Она нам его показала. Он выглядит ужасно, папа. — Джейми повернулся к отцу. — Весь красный и какой-то морщинистый. У мамы иногда бывают такие руки.

— Благодарю, — холодно поблагодарила Лиз.

— Я посоветовал ей обратиться к тебе, пап, — как ни в чем не бывало, продолжал Джейми. — Может быть, ты сумеешь его как-то переуродовать. Я, конечно, не давал никаких обещаний. Я предупредил, что ты врач, а не волшебник.

— О, Господи! — Джон, похоже, никак не мог прийти в себя от этого сообщения.

— Тебе не следовало этого говорить, — попыталась вразумить сына Лиз.

— Но почему?! Ведь это же, правда.

— Потому что ты проявил ужасную бестактность. Ты оскорбил несчастную женщину до глубины души. Ведь все матери считают, что их чада — самые красивые на свете.

— Нет, никто не может быть таким глупым или слепым, — оспорил ее тезис Роб.

— Тем не менее, в дальнейшем вы оба воздержитесь от комментариев подобного рода. И неважно, насколько они правдивы, — прибавила она, когда Роб открыл рот для возражений. — И ради всего святого, не вмешивайте сюда отца.

— Но почему?

— Потому что Медицинская ассоциация не приветствует подобную «рекламную деятельность», и мне вовсе не хочется с ней ссориться, — аргументировал Джон.

— Это уж точно, — заключил Роб, — тебе и не должно этого хотеться.

— Так месье Бреннан на это и разозлился? — спросила Лиз.

Роб отрицательно покачал головой:

— Не-а. Не знаю, чего он так взъярился, словно с ума сошел.

— Что ты ему сказал?

— Я — ничего, — с достоинством отвечал Роб, — это Джейми.

— Хорошо, что ты ему сказал? — Лиз повернулась к Джейми.

— Совсем немного. — Карие глаза Джейми светились невинностью. — Месье просто все говорил, как он любит маленьких детей, и я спросил его, есть ли у него свои.

— Вот как? — насторожилась Лиз.

— А он ответил, что ангелы еще не ниспослали ему этого счастья, ну а я ему ответил, что если он думает, что детей посылают ангелы, то неудивительно, что у него до сих пор их нет.

Гомерический хохот Джона заглушил сдавленный стон, который издала Лиз.

— Джон! — Она сверкнула на него глазами. — По-моему, это серьезно.

— Все нормально, мам, — заверил Роб. — Сестра Рита говорит, это возрастное и что ко времени, когда мы закончим школу, наверное, пройдет.

— Сестра Рита — учительница в восьмом классе, — пояснил Джейми. — Она там тоже была, смотрела расписание автобусов.

— Да, это утешает, — сдавленно выговорил Джон.

— Еще сестра Рита сказала, что, когда она смотрит на нас, ей кажется, что она поступила верно, став монахиней, — сообщил Джейми. — Как ты думаешь, что она хотела этим сказать? — обратился он к отцу.

Лиз отхлебнула кофе.

— На твоем месте я не пытался бы в это вникать, — посоветовал Джон.

— О, Боже всемогущий! — Лиз всплеснула руками. — И это они всего один день побыли в школе! А мы уже ославлены. При одной мысли о том, что может случиться завтра, у меня трясутся поджилки.

— Но я только хотел раскрыть ему глаза! Джейми, казалось, был искренне расстроен.

— Я понимаю, но… — Лиз беспомощно обернулась к Джону.