Триш Уайли - Любовь по интернету

— В контракте указан большой штраф за это. Девушке придется платить...

У Эйдена на секунду перехватило дыхание. Он не допустит подобного.

— Кэйт не уйдет, я знаю.

— Ты уверен? — Эйслин с интересом наблюдала за Флинном. — По телефону ее голос прозвучал решительно.

— Не уйдет, — повторяю еще раз.

— Нам надо проработать некоторые комментарии к шоу.

— Обязательно, — кивнул Эйден. Он поднял руку, дав понять, что совещание закончилось. — А теперь я отправляюсь на встречу с Кэйтлин.

Эйслин слегка толкнула коллегу в бок, когда он нажимал кнопку лифта.

— Ты в порядке?

— В полном, — улыбнулся Флинн. — Почему ты об этом спрашиваешь?

Она изучала его лицо.

— Послушай, я уже давно работаю с тобой. Не пытайся меня обмануть. Ты плохо себя чувствуешь?

— Ужасно, — он неожиданно расхохотался. — Господи, как же я влип.

Эйслин, кажется, понимала, о чем он. Она сжала руку коллеги.

— Тебе нравится Кэйтлин по-настоящему?

Он старался избежать ее проницательного взгляда.

— А разве не понятно?

— У тебя сложный период в жизни. Сочувствую, Эйден. И беспокоюсь за тебя. Сейчас ты особенно уязвим.

— Ничего, прорвемся.

Двери лифта открылись. Эйслин, прощаясь с Флинном, сказала:

— Будь поосторожнее. Прежде чем разваливать шоу, разберись как следует в своих чувствах.

Эйден улыбнулся. Его работа ничто по сравнению с Кэйтлин Рурке. И он мог бы хоть сейчас отпустить девушку на свободу. Удерживало одно. Ведь она хотела заработать большие деньги, чтобы спасти отца. Разве может Флинн ей в этом препятствовать? Он прекрасно понимал ее. Ведь, несмотря на все жизненные перипетии, он тоже постоянно помнил об отце.

Старший Флинн тоже когда-то работал на телевидении, был на хорошем счету. Вот и сын решил пойти по его стопам. Начал с реалити-шоу, мечтал о проектах посерьезнее. В общем, старался не ударить в грязь лицом. Доналд Флинн гордился бы сейчас сыном. Так жаль, что он покинул этот мир.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

— Все. Больше не могу участвовать в проекте, — Кэйтлин была настроена решительно. — Я ухожу, Эйден.

— И сможешь выплатить огромный штраф за срыв шоу?

— Сколько? — Она побледнела.

— Очень много.

— Но у меня нет сейчас больших денег, — ее голос дрогнул.

— У меня тоже. Так что нам не открутиться.

Господи! Кэйтлин пребывала в состоянии паники. Ввязалась в телепроект, чтобы помочь отцу выбраться из финансовой ямы, и сама попала в ловушку. Если откажется от дальнейшего участия в реалити-шоу, вообще останется без денег. Да и Эйдена поставит в ужасное положение.

Она застонала и обхватила лицо руками.

Флинн посмотрел на нее с сочувствием, присел рядом, пытаясь утешить.

— Успокойся, Кэйт. Все будет нормально. — Он обнял девушку за плечи. — До окончания шоу осталось совсем немного. Продержимся. Потом откроешь свой ресторан...

В ответ рыдания.

— Кэйтлин, ну ты как-то слишком сильно расстраиваешься. — Он двумя пальцами приподнял ее подбородок. — Ничего страшного ведь не происходит.

— Ох, Эйден, — она сквозь слезы улыбнулась ему. — При чем тут ресторан? Мне нужно спасти отца.

Он посмотрел в работавшую камеру на стене гостиной. Потом — в несчастные глаза девушки.

— Я уже обо всем догадался.

Она протянула руку. Их пальцы сплелись.

— Надо было сказать тебе об этом сразу.

— Ты не доверяла мне?

Девушка кивнула и снова зарыдала.

Эйден нахмурился.

— Неужели я похож на плохого человека?

— Нет. Дело не в этом. Просто я излишне осторожна. Пыталась справиться с семейными проблемами сама. В одиночку.

— Зря. — Он притянул ее поближе. — Кстати, а твои близкие поймут, почему ты стала участницей телешоу?

— Не сомневаюсь. Но реакция у каждого может быть разной...

Он помолчал.

Девушка, уткнувшись лицом в его плечо, прошептала:

— Я совсем запуталась.

Эйден чуть отодвинулся, а потом решительно встал с софы. Потянул за руку и Кэйт.

— Пойдем со мной.

— Куда? — удивленно моргнула она.

— Туда, где нет телекамер.

Они поднимались вверх по лестнице.

Укрыться от вездесущих объективов можно было, например, в ванной или в одной из спален. Такова была задумка шоу. Неподконтрольная зона все-таки существовала.

Войдя в уютную комнату, Кэйтлин вздохнула с облегчением. Эйден закрыл дверь и усадил ее на край широкой кровати.

— Здесь точно нет камер, — прошептал он. — Я знаю. Можно наконец расслабиться. Ну, рассказывай поподробнее. Значит, ты стала участницей шоу только ради отца?

— Да. — Она снова заплакала.

— Тебе нужны деньги, чтобы помочь ему?

Она кивнула.

Теперь все окончательно встало на свои места. Флинн догадывался, что в семье его партнерши по шоу серьезные проблемы. Но не был в этом уверен до конца.

— Бизнес Брендэна Рурке развалился окончательно?

— У папы — большие неприятности. Но он очень гордый человек и никому не хочет признаваться в своих поражениях.

— Так. Будем думать, что делать дальше. Проклятие. У меня ведь тоже проблемы с деньгами. Разговоры об оплате мною свадебных счетов только разговоры. — У Эйдена даже заболело сердце. — Но ничего, малышка. Найдем выход из сложившейся ситуации. Не грусти. — Он нежно погладил ее руку.

Девушка немного успокоилась.

— Я сделаю ради блага своей семьи все возможное...

Замечательная женщина, подумал Эйден. Надежная и самоотверженная. Главное — не эгоистка. О такой он мечтал всю жизнь.

— Ты удивительная. Ты самая лучшая из всех, кого я встречал на своем пути.

Кэйтлин смущенно молчала.

— Мы пойдем с тобой до конца...

— Я согласна, Эйден. — Она пыталась взять себя в руки.

— Ты — сильная. — Он наклонился вперед и поцеловал ее. — Только не отказывайся от участия в шоу. Мы должны вместе добраться до финиша. А знаешь, почему?

Она покачала головой, сидела, будто загипнотизированная.

— Потому что наша игра — уже не игра. Я без ума от тебя, Кэйтлин Рурке. И я не хочу расставаться с тобой. Никогда.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Вечеринка прошла неплохо. Во многом благодаря Эйдену. Он развлекал гостей разговорами, удачно шутил и был со всеми приветлив.

Присутствие в комнате двух операторов с камерами никого не смущало. Тем более что настроение присутствующим улучшали вкусная еда и качественные алкогольные напитки.

Кэйтлин веселилась, как могла, позволив себе слегка расслабиться. Однако ее все-таки разволновали. Подошла Изи.

— Мне кажется, дорогая подруга, нам пора объясниться.