Анна Смолякова - Белая вуаль

— Девочка моя, я сам сумею тебя защитить, и, кроме того, у меня есть кое-какие подозрения. Их только нужно проверить, а если все окажется так, как я предполагаю, тогда уж пусть преступниками занимаются соответствующие органы… Что касается врача, то с ним лучше побеседовать тебе. Наверняка Сергей Николаевич не останется равнодушен к женским чарам. Уговори его повременить с заявлением, хорошо?

Виолетта кивнула и снова заплакала, только теперь тихо и горько, как обиженный ребенок. Леонид сел с ней рядом, нежно обнял и прижал к себе.

— Не бойся ничего, Деточка. Главное, что ты жива, мы вместе и по-прежнему любим друг друга.

9

Выслушав просьбу Виолетты, Сергей Николаевич неодобрительно покачал головой:

— Ох, не советую я вам заниматься самодеятельностью. Вы еще еле на ногах стоите, по-хорошему бы на курорт съездить нужно, лицом заняться. Посмотрите, какие бугорки высыпали… В милиции ведь профессионалы работают, разберутся. И потом вы на сто процентов уверены в ваших близких?

— Доктор, я же просила вас!

— Хорошо, хорошо, — кивнул примирительно врач, — я могу подождать с заявлением до тех пор, пока не завершится эксперимент с мышами. Тогда можно будет сообщить милиции конкретные сведения. Но только умоляю вас, не лезьте на рожон, не рискуйте… Поймите, Виолетта Алексеевна, я волнуюсь за вас. Вы мне очень симпатичны.

— Вы мне тоже. Я вам очень благодарна за все. Но ведь мы еще не прощаемся, правда, Сергей Николаевич?

— Конечно, я записал номер вашего телефона и, как только будут ясны результаты эксперимента, тут же позвоню вам домой. А пока — до свидания.

Виолетта поднялась с кожаного дивана и вышла из ординаторской. В коридоре ее ждал Леонид.

— Ну что, лапка, едем домой?

— Домой, — мечтательно улыбнулась Виолетта. — Боже, как я устала чего-то бояться, как я хочу домой!

Но и дома она не могла окончательно прийти в себя. Мысль, что отравление, скорее всего, произошло на злосчастном пикнике, не давала ей покоя. Возможно, виновник — кто-то из знакомых Леонида, а значит, каждый день он встречается с этим человеком лицом к лицу.

Прошла почти неделя с момента выписки Виолетты из больницы. Она, как обычно, ждала Леонида к ужину, но время шло, а он не появлялся. Виолетта набрала номер его рабочего телефона, в трубке зазвучали унылые длинные гудки. Она почувствовала, как прежние страхи темной волной подкатывают к сердцу. Время тянулось бесконечно. Виолетта металась по дому и через каждые пятнадцать минут смотрела на часы. Постепенно за окнами стемнело, смолкли детские голоса на улице, соседи за стеной наконец-то перестали двигать мебель, а по потолку поползли причудливые тени. С каждой минутой на душе становилось все тревожнее. Заслышав, что открывается дверь, Виолетта вздрогнула. Выбежав из комнаты, она увидела стоящего на пороге Леонида. Он был цел и невредим, но, видимо, чем-то сильно расстроен.

— Ленька, где ты был, я так волновалась! — Она бросилась к мужу и повисла у него на шее, покрывая его лицо поцелуями.

Леонид отстранил жену и молча прошел в комнату.

— Что случилось? Объясни наконец!

Он поднял голову и странно посмотрел на Виолетту:

— Не знаю, сможешь ли ты меня когда-нибудь простить, но все равно тебе нужно это знать: во всем виноват я.

— В каком смысле? — Виолетта опустилась на корточки, прислонившись спиной к дверному косяку.

— Помнишь тот вечер, когда мы решили, что не будем разводиться?

— Да, но какое это имеет отношение…

— Подожди. Я был счастлив, как мальчишка, и на следующий день на работе распил с друзьями пару бутылочек. Об истинной причине своей радости я, конечно, никому не сказал, но… В общем, я проболтался про триста тысяч долларов.

— Неужели ты думаешь, что кто-то из твоих друзей решился на убийство из-за денег?

— Я не думаю, я знаю, — тяжело вздохнул Леонид, — сегодня мне удалось покопаться в директорском сейфе с бумагами, и я нашел то, что искал. Или документы просто не успели уничтожить, или еще надеются применить…

— Я ничего не понимаю.

— Все очень просто. Я обнаружил документ, в котором говорится, что я получил наличными от фирмы триста тысяч долларов для совершения сделки. На документе — печать фирмы, подпись главного бухгалтера и моего любезного друга и шефа Александра. Есть и мой автограф.

— Но что это значит?

— А это значит, что после твоей смерти и моего ареста директор фирмы представил бы в суд документы, из которых следует, что я взял деньги и не вернул ни товара, ни денег. Соответственно, эта сумма была бы снята с твоего банковского счета и возвращена организации.

Виолетта недоуменно пожала плечами:

— Я не понимаю, каким образом они собирались снять деньги с моего счета?

— Этого я точно не знаю. Наверное, есть какие-то лазейки в законе. Дали бы на лапу кому следует…

— А ты что, не смог бы опротестовать этот документ?

— Кто бы мне поверил? — раздраженно вскрикнул Леонид. — Я убийца, отравивший жену. Где одно преступление, там и другое.

— Подожди, подожди! — Виолетта встала и подошла к мужу. — А откуда на документе твоя подпись?

— Это причуды бухгалтерии, — невесело усмехнулся Леонид. — Крупные суммы долго в кассе держать нельзя. Их нужно сдавать в банк, а это не всегда удобно. Вот и оформляется бумажка, что они якобы выданы подотчет.

— Надо немедленно звонить в милицию.

— Не суетись. Не нужно торопиться. Возможно, мне удастся раскопать кое-какой компромат на Сашу. Господи, до сих пор не могу поверить, что это он… Так вот, тогда легче будет доказать, что в этом деле виновен именно он, к тому же и доктор уже завершит свои «мышиные» эксперименты, так что в милицию мы явимся не с пустыми руками.

— Мне страшно. — Виолетта прижалась к плечу мужа. — Лучше бы я вообще не получала этих денег.

— Любимая, я сумею тебя защитить! — сказал Леонид и нежно обнял жену.

10

День прошел абсолютно бестолково: ученицы, как назло, все до одной не подготовились к уроку, а в студии сломалась аппаратура и запись отложили на неопределенное время. Виолетта медленно брела по центральному проспекту. К вечеру раскаленный воздух начал остывать, но дышать все равно было тяжело. Интересно, чего же ожидать от июля, если в самом начале лета хочется ходить, завернувшись в мокрое полотенце? Конечно, дома можно наполнить ванну прохладной водой и сидеть так в ней до ночи, но даже эта перспектива не могла заставить Виолетту поторопиться. В последнее время она вообще предпочитала не оставаться в квартире одна. Леонид появится не раньше девяти вечера, значит, еще как минимум час придется бесцельно слоняться по улицам.