Шеннон Холлис - Влюбленный детектив

Дункан пожал плечами.

– О, это моя вина, я попросил Мэллори не рассказывать об этом. Мужчине очень редко может встретиться такое сокровище, как Мэллори, и я бы хотел сохранить отношения как можно дольше.

Он кинул на девушку взгляд, полный обожания. Кровь бросилась Мэллори в лицо, ей стало душно. Да как он может говорить такое в присутствии ее матери?

– Но теперь, когда мы встретились, я надеюсь, мы станем хорошими друзьями.

О чем он говорит, какие еще отношения? Что он делает?

– Да, – тихо проговорила Дороти, – но может быть, вы все же сначала оденетесь?

Он рассмеялся.

– Точно. Просто я так хотел с вами познакомиться, что забыл обо всех условностях. Сейчас вернусь.

Дороти посмотрела вслед Дункану, поднимавшемуся по ступенькам. Мэллори не знала, что делать: броситься за Дунканом и поставить его на место или остаться и попытаться разубедить маму во всем, что сейчас наговорил этот мужлан.

– Ты должна была сказать об этом первой.

Мэллори опустила голову. Проклятье, почему она так дрожит, она же взрослая женщина. Мэллори, приди в себя, все, что могло произойти плохого, уже случилось, больше можно не волноваться.

– Итак. – Дороти положила сумочку и пиджак на стул. – И где же ты встретила его... как его там зовут?

– Дункан Мур. – Так, что бы такое сказать, похожее на правду? – Ну... он тут выполнял сначала одну работу, потом другую, и все такое.

Черные брови Дороти взлетели под самый лоб.

– Ты хочешь сказать, что он – наемный рабочий? Но ты только что говорила, что не встречаешься ни с кем из них. Мэллори, что ты о нем знаешь?

Всего несколько часов назад она сама разговаривала с Дунканом на эту тему. Если это, конечно, можно назвать разговором.

– Ну, вообще-то я много о нем знаю. – Она отвернулась, чтобы скрыть вспыхнувшее лицо. – Он хорошо работает, у него золотые руки.

– Мне не нужны слащавые подробности, – сморщилась Дороти. – Не думаю, что это те качества, которые нужны для будущего мужа. – Она посмотрела наверх.

– А кто сказал, что я ищу мужа?

– Ты должна была об этом думать.

Мэллори бросила гневный взор на мать.

– Да он просто наемный рабочий, и не о чем тут говорить.

– Да, но чем он занимается? Он делает у тебя ремонт! – Дороти всплеснула руками. – Он же может быть наркоманом, маньяком, серийным убийцей. Или, что еще хуже, мошенником.

– Он что, так выглядит? – Мэллори взяла две чашки и налила в них кофе. Нет, сама она обойдется без кофе. Если она выпьет хоть каплю, то превратится в разъяренного зверя. – А вдруг он приличный парень? И пожалуйста, не решай за меня, мама, мне уже двадцать восемь, и я неплохо разбираюсь в людях, я достаточно долго с ним работала.

Мать с удивлением воззрилась на нее.

– Решать за тебя?

– Да, именно это ты и делаешь, – проговорила Мэллори уже немного мягче. – Я, только я одна могу знать, что мне нужно, а ты должна верить, что я сама способна решить свои дела. Ведь именно так ты учила меня когда-то.

И она передала ей чашку с кофе. Дороти молча взяла ее.

– Поэтому ты иногда грубишь мне, а потом неделями даже не звонишь, чтобы спросить, как мое здоровье?

– Да, я чувствую, что постоянно нахожусь под твоим контролем. А ведь я взрослая, уважаемая женщина, работаю в фирме, руковожу людьми. Но как только я прихожу домой, меня встречают критикой. Из-за этого я порвала с Джоном. Я уже давно выросла, мама, но ни ты, ни он этого не заметили.

– Элейн говорит, что ты купила этот дом из женского протеста.

Мэллори улыбнулась – это звучит забавно.

– Отчасти она права. Я хочу жить по-своему. У меня были деньги, и мне понравился этот дом. Иногда так бывает: у тебя вдруг возникает невероятно ясное чувство, которое говорит, что надо поступить так.

– Так же случилось и с... – Дороти кивнула в сторону лестницы, – с ним?

Может быть, и Дункан появился в ее жизни не случайно?

– Отчасти.

– Я просто хочу, чтобы ты не совершала моих ошибок, – Дороти посмотрела в чашку с кофе, будто хотела увидеть там свое будущее. Или прошлое. – Не хочу видеть тебя одинокой.

– Ну, об этом говорить еще рано, – улыбнулась Мэллори. Она немного помолчала. – У тебя все хорошо получилось, мам, ты все правильно делала.

– Ты правда так думаешь? – Дороти с удивлением и благодарностью посмотрела на дочь, глаза у нее подернулись влагой.

– Правда, мама, – Мэллори протянула руку и дотронулась до руки матери, вдохнула такой знакомый запах духов «Шанель № 5» и представила молодую напуганную женщину с двумя детьми в безвыходном положении. Долгие годы ее мать работала в вечерней школе. Когда девочки подросли, она настаивала на их скорейшем устройстве на работу, чтобы они помогали ей оплачивать их учебу. Да, ее мама была бойцом, что и говорить. И все это она делала ради любви, и она победила.

– Это кофе для меня? – послышался густой бас Дункана. Женщины вздрогнули.

Улыбка Дункана была жизнерадостной и обаятельной и относилась не к Мэллори, а к ее маме. Эта улыбка могла свести с ума любую женщину, и совсем неважно, кому она предназначалась.

– Итак, миссис Бэйнс, что привело вас сюда в столь ранний час?

Дункан прислонился к кухонному столу, оказавшись рядом с Мэллори. От него пахло дорогим одеколоном. Мысли у Мэллори смешались.

Дороти смотрела на них так, будто читала давно знакомую, десятки раз читанную книгу. Любопытно, будет ли хоть здесь счастливый конец?

– У меня были дела в этом районе, и я решила: почему бы не зайти к Мэллори и не спросить, свободна ли она вечером во вторник? – Дороти выдавила некое подобие улыбки, как часто делала это для своих клиентов, когда сделка казалась им не очень выгодной. – Но теперь я вижу, вас будет нелегко вытащить ко мне на вечеринку.

– Для вас мы свободны, – сказал Дункан. – Правда?

Он влюбленно посмотрел на Мэллори, и на мгновение она позабыла обо всем.

– Верно, – произнесла она автоматически.

– Так во сколько нам прийти?

– В семь. Напитки – в половине седьмого.

– Отлично, мы будем.

Дороти поднялась и забрала со стула свои вещи.

– Мэллори говорила вам, что у нее есть сестра?

– Мы даже познакомились. – Дункан тепло улыбнулся и положил руку на плечо девушки. В ней поднялась волна желания. Нет, это никуда не годится.

– Мэтт и Элейн тоже придут, и кое-кто еще. – Дороти вновь окинула их материнским взглядом и направилась к входной двери. – Значит, прощаюсь с вами до вторника.

Они стояли на крылечке, обнявшись как образцовая американская чета, пока машина Дороти не скрылась за поворотом.

– Едва дождался. – Рука Дункана легко, пожалуй даже слишком легко, соскользнула с плеча Мэллори, и он отодвинулся от нее.