Памела Бауэр - Мой новый папа

— Змеи заглатывают пищу целиком, потому что разжевывать ее им нечем. У них нет зубов.

Несколько ребятишек захихикали, представив, как они глотают еду целиком.

— Несколько раз в год змеи меняют кожу. Когда вырастает новая, старую они просто сбрасывают. Это называется линькой.

Дети громко засмеялись.

Довольный тем, как проходит урок, Грант принялся рассказывать о самых крупных в мире змеях, достигающих девяти с лишним метров в длину.

Его прервал Рэндел, завалившийся от смеха набок.

— Рэндел, — строго сказал Грант. — Ты ведешь себя невежливо. Пожалуйста, слушай.

— С-с-слим! — давясь от смеха, выговорил Рэндел, показывая пухлым пальцем на Гранта.

— Да, мы говорим о Слиме, и я хочу, чтобы ты слушал внимательно. — Грант поднял руки, намереваясь снова показать детям змею, и вдруг почувствовал, как она выскользнула у него из ладоней. — Что такое...

Его голос оборвался, когда он глянул вниз и увидел только исчезающий хвост Слима, обвивавшегося вокруг его талии. Дети дружно захохотали.

— Сэр, змея, кажется, проползла сквозь петли у вас на поясе, — отважилась вмешаться Дениз. — И сидит у вас на талии.

— Снимите ее! — рявкнул Грант.

— Я не могу, сэр. — Дениз, казалось, вот-вот хлопнется в обморок. — Я ужасно боюсь змей. Говорила же я Гретхен, не надо держать ее в комнате, но она не послушалась.

— Миссис Вагнер, — с мольбой во взоре обратился он к самой старшей женщине, — вытаскивайте ее хвост из каждой петли по очереди. Пожалуйста. — Он чувствовал, что начинает задыхаться. Скольжение Слима вокруг талии вызывало у него пренеприятное ощущение.

— Я не могу! — в ужасе воскликнула миссис Вагнер.

У всех остальных сотрудниц был такой вид, будто они сейчас заплачут или их начнет тошнить. И только дети от души веселились, хлопали в ладоши и прыгали.

Грант закрыл глаза и сделал глубокий вдох. В голове мелькнула мысль: хорошо, что сестра быстро поправляется, он убьет ее собственными руками.

Грант отошел в конец комнаты. За ним последовала Сьюзен.

— Ну что делать? — прошипел он сквозь зубы. — Не могу же я разорвать эту проклятую гадину на куски! И ребенка не могу попросить помочь.

— Но брюки-то вы снять можете, — посоветовала Сьюзен.

— К такому показательному уроку я не готов, — обдав ее яростным взглядом, огрызнулся Грант.

— Так не здесь же. Можно пойти в туалет.

Ее явно забавляло неловкое положение, в которое он попал. Но, как ни странно, Гранта это не задевало. Он заметил, что Сьюзен Спенсер удивительно хороша, когда в ее глазах сверкает веселый огонек.

— Я-то думала, что человек вашей профессии умеет обращаться со змеями, — заметила она.

— Очень смешно, — язвительно отрезал он. — Так вы мне поможете?

— Снять брюки? — озорно спросила она.

— Идемте со мной! — рявкнул Грант.

С достоинством, на какое только способен человек, талию которого вместо ремня опоясывает змея, он направился в ванную комнату.

Все тело Гранта было напряжено. Он поморщился, когда Сьюзен запустила пальцы в петлю на поясе его брюк, из которой торчал хвост Слима. Щелчком она спугнула змею, и та убрала хвост из петли.

— Она вылезает из передних петель. Ловите ее, — приказала Сьюзен, — а я прогоню ее вокруг вашей талии.

Вся рубашка Гранта вылезла из-под пояса наружу, пока Сьюзен освобождала Слима. Ее нежные пальчики продвигались по его упругой талии, скользя по теплой шелковистой коже. Они оба были напряжены.

Руки Сьюзен задержались на его талии, а он протянул свои руки к ее лицу. Она чувствовала его теплое дыхание на своей щеке.

Он потянулся поцеловать ее, и Сьюзен, к своему удивлению, не протестовала. Она придвинулась ближе, но их губы так и не встретились. Голос Джейми спугнул их:

— Мама! — Мальчуган остановился в дверях, глядя на них.

Шумный вздох Гранта заставил Сьюзен опомниться. Она стояла вплотную к полураздетому мужчине, а змея спокойно шевелилась в раковине.

— Нам надо идти, — сказала Сьюзен, стараясь не смотреть на Гранта.

— Сьюзен, подождите! — Грант схватил малыша за руку и подтолкнул к двери. — Спасибо за помощь, — сказал он.

Она пробормотала что-то в ответ и вышла. Почему перед Грантом Хэррисом она, точно школьница, теряет дар речи? Что в нем такого особенного? По дороге к врачу Сьюзен дала себе слово, что отныне будет относиться к нему только как к официальному лицу. Ни больше ни меньше.

В первую среду каждого месяца в яслях устраивался обед, на который приглашались родители. Сьюзен никогда не упускала случая побыть днем с сыном, но сейчас предпочла бы пропустить это мероприятие. Она знала, что там будет присутствовать Грант, и после инцидента в ванной комнате была не уверена, что сможет выполнить свое обещание поддерживать с ним только официальные отношения.

Сьюзен взглянула в зеркало заднего вида и откинула с лица выбившуюся прядь волос. Войдя в ясли, она сразу увидела Гранта.

— Джейми вас ждет. Пойдемте. — Он легонько взял ее за локоть и подвел к большому плетеному ковру, на котором Джейми и остальные дети слушали сказку, которую им читала Кэсси. — Мы немного отступили от расписания... ведь сегодня у нас особый день.

— Ничего удивительного.

Грант, прищурившись, взглянул на нее.

— На этой неделе пришлось внести некоторые изменения в график, но в целом все идет гладко.

И в этот момент, словно опровергая его слова, закричал Рэндел, прогоняя малыша, который переполз со своего места и уселся впереди него. Сьюзен сразу поняла, что назревает драка. Рэндел, как ей говорила Кэсси, был злостным нарушителем дисциплины. Но, к удивлению Сьюзен, конфликт был улажен не Кэсси, а Грантом. Он подошел, тихонько что-то сказал и рассадил сцепившихся мальчишек.

Многие ребята уже заметили своих родителей, и Кэсси не могла больше удерживать их внимание. Они вертели головками, поглядывали на дверь, примечая, чьи мамы и папы уже пришли. Грант подал Кэсси знак остановиться, и малыши тотчас разбежались.

— Вы, наверное, осуждаете меня, что я рано их распустил, — сказал Грант, обращаясь к Сьюзен.

Ей пришлось сделать глубокий вдох — лосьон Гранта действовал на нее странным образом, у нее закружилась голова.

— Не такая уж я зануда, как вам кажется.

Он удивленно поднял брови, но промолчал.

— Я за то, чтобы правила соблюдались, но это не значит, что я не понимаю детей, — сказала в свое оправдание Сьюзен. — А вы, наверное, думаете, что я не умею веселиться, да?

— Мне кажется, что большую часть времени вы слишком суровы. — Он подошел поближе и тихо, так, чтобы слышала только она, сказал: — Почему бы для разнообразия не пройтись иногда по извилистой дорожке вместо прямой? Может оказаться, что вам это понравится. В конце концов, вы же сняли у меня с брюк змею.