Марси Бэннет - Бес попутал

Подростком Деби была живой и необузданной бунтовщицей, которая восставала против тираний своих родственников. После смерти бабушки ее растили бабушкины брат и сестра. Растили без всякого желания, руководствуясь своими устаревшими взглядами на воспитание и перенося стиль своей монотонной жизни на нее. Теперь, когда у нее на руках был Ронни и она имела свое собственное дело, Деби в основном удавалось справляться со своим горячим, необузданным характером. И все же бывали минуты, когда ей хотелось будто сорваться с цепи, восстать против всех обязательств хотя бы на время и стать слегка сумасбродной.

С Закой подобные проявления были совершенно исключены: он слишком оберегал свой имидж как на публике, так и в частной жизни. Вот почему Деби никогда серьезно не задумывалась о нем, а просто с удовольствием проводила с ним вечера. Он никогда не пытался склонить ее к интимным отношениям, которые ей были совершенно не нужны; вероятно, он понимал, что любая попытка такого рода разрушит их дружеские отношения и Деби просто исчезнет из его жизни, как это уже случалось у нее с другими мужчинами, которые настойчиво пытались сблизиться с ней.

На следующий день Деби обедала с Лилиан Норт – своей старой школьной подругой, с которой встретилась на благотворительном аукционе. Они давно не виделись, так что им было о чем поболтать. Деби ожидала, что Лилиан забросает ее вопросами об Арчибальде, и та действительно начала спрашивать о нем.

– Я была изумлена, когда прочитала о тебе и Гроусе, – начала Лилиан. – Ты ведь никогда не рассказывала, кто отец Ронни. И долго продолжались ваши отношения?

– Совсем недолго, – сдержанно ответила Деби. – Как Алекс?

– О, я думаю, в порядке. – Лилиан явно избегала разговора о муже, – А как он в постели, хорош?

– Это было так давно, что я уже забыла. Подруга усмехнулась.

– Клянусь, этого не может быть. Убеждена, он должен быть великолепным, если судить по его внешности. Эти мускулы...

– Я уже сказала тебе: не помню.

– Ах, ты лгунишка! – Лилиан задумалась, но после довольно продолжительной паузы продолжила: – Ты такая счастливая! Ты совершенно свободна и можешь спать, с кем захочешь. Если же ты замужем, то испытываешь чувство вины даже при одной мысли о другом мужчине.

– Хочешь сказать, что я пользуюсь свободой, а ты только мечтаешь о ней?

– Ну... на самом деле немного больше, чем только мечтаю...

Деби вопросительно подняла брови.

– У тебя что, есть любовник? – Лилиан вздохнула.

– Да, присмотрела одного... Но я очень серьезно отношусь к этому человеку. Это не случайная связь. Мы действительно влюблены друг в друга, и он говорит о женитьбе. – Лилиан придвинулась ближе к подруге. – Проблема в том, что Алекс догадался об этом, и теперь у меня тяжелый случай синдрома холодной кровати.

– Как это понимать?

– Ах да, ты же не замужем, потому и не знаешь, что это такое. Это когда нет тепла, когда муж надулся и повернулся спиной к жене. Ну, в общем, так, словно обидели маленького мальчика.

Деби прыснула.

– Неужели женатые люди действительно так себя ведут?

– Женатые мужчины так себя ведут. Считается, что я должна умолять о прощении, обещать ему любовь до гроба и, может быть, тогда он снова будет со мною ласков. Но представь себе, я случайно узнаю, что Алекс уехал на так называемую конференцию в сопровождении женщины, которая вовсе не является его личным секретарем. А потому, пусть он съест свою собственную шляпу, если меня это хоть сколько-нибудь волнует.

– Может, он просто хотел тебе отомстить? – спросила Деби. – Было бы роковой ошибкой развестись, снова выйти замуж, а потом понять, что ты все еще любишь Алекса, не так ли?

– Конечно. К тому же Алекс отец моих детей. Я хотела бы до конца разобраться, лучше узнать этого человека, прежде чем решиться на столь серьезный шаг. Ведь все познается в сравнении... Но мне трудно встречаться с ним наедине. Я безумно боюсь, как бы все это не появилось в скандальной хронике. У тебя-то все в порядке?..

– У меня не все в порядке, – возразила Деби. – Этот человек тащит меня в суд, чтобы добиться свиданий с Ронни.

– Но если Арчибальд Гроус его отец, то я понимаю, почему ты не встречаешь его с распростертыми объятиями? Говорят, он сказочно богат. Ты только подумай, как много он сможет сделать для Ронни. – Деби вздохнула, лишний раз убедившись, что у них с Лилиан взгляды на жизнь диаметрально противоположны, а потому что-либо доказывать ей бесполезно.

– Что ты собираешься делать со своим любовником? – перевела она разговор на проблемы подруги.

– Понимаешь... – Лилиан бросила на Деби многозначительный взгляд. – Откровенно говоря, я собиралась поговорить с тобой именно об этом. Я хотела спросить, не позволишь ли ты изредка пользоваться твоей квартирой? – Увидев, что Деби от неожиданности открыла рот, Лилиан поспешно добавила: – Мы будем там встречаться, чтобы просто поговорить. Ты же знаешь, как трудно найти место, где можно было бы спокойно посидеть без свидетелей и любопытных глаз. Ну, пожалуйста, Деби, согласись. Я в таком тупике, совершенно не знаю, что мне делать. А если понадобится, я тоже помогу тебе.

– Мне неприятна ситуация, когда приходится лгать, – заметила Деби. Но тут же рассмеялась. – О, как высокопарно звучит! Кто этот человек, Лилиан?

– Я пока не могу тебе сказать. Я дала ему слово, что о нем никто не узнает.

– Он женат?

– Что-то вроде этого.

– Как можно быть «вроде женатым»?

– Ты удивишься, возможно, но большинство моих знакомых именно «вроде женаты». Так ты позволишь пользоваться квартирой? Она нужна нам будет на месяц или около того, пока я что-нибудь не решу. И там мы будем только разговаривать.

Деби не очень-то поверила в это, да и не хотелось способствовать разрушению брака, но Лилиан все же была одной из немногих ее близких подруг. Нехотя она согласилась.

– Я закажу для вас запасные ключи. Но договоримся, что каждый раз, когда вы соберетесь ко мне, ты будешь предупреждать, хорошо?

Главной заботой Деби всегда был и оставался Ронни. Он нарисовал для Арчибальда хомяка и очень волновался, старательно выводя на обратной стороне рисунка свое имя. Они нашли огромный конверт, вложили в него рисунок и отправили его по почте. Прошло уже около недели, а от Арчибальда не было ответа. Каждый раз, когда звонил телефон или приносили почту, Ронни смотрел на нее с немым вопросом в глазах. И сердце Деби наполнялось горькой обидой при виде разочарования на его личике.

Обнадежить мальчика, а потом бросить его! – думала она с яростью. И это после всех торжественных заявлений на суде о том, что он хочет участвовать в жизни Ронни! Деби решила подождать еще пару дней, а потом сообщить об этом своему адвокату.