Маргарет Уэй - Бароны и баронессы

Шутил ли он?

Джоселин почти не ела за обедом и, попрощавшись, рано ушла. Эвен с трудом скрывал свое недовольство поведением жены. Он ушел несколько позже. Переполненный впечатлениями, уставший, Робби давно уже спал. Роза и Эдвард с удовольствием беседовали. У них нашлось много общих интересов, масса тем для обсуждения – они оба любили литературу, музыку, живопись.

Снаружи уже доносились музыка, соблазнительные запахи еды – на свежем воздухе накрывали роскошный стол, – все обитатели станции собирались присоединиться к празднику.

Кэл задержал Джинну на веранде. Она не оттолкнула его руку – и не сумела заставить свое тело не реагировать на его прикосновение.

– Что ж, мы пережили это. – Кэл надеялся, что отец убедит мать изменить свое отношение к происшедшему.

– Твой отец старается сгладить углы, Мередит и дядя Эд очень добры, но этого я от них и ожидала. А твоя мать никогда не примет меня.

Она просто ревнует, подумал Кэл, но вслух не мог это выговорить.

– Она всегда была первым лицом, а сейчас… Но она смирится, не волнуйся.

– Только ради Робби. Хорошо, что он похож на тебя. Но будь он похож на меня… – Джинна старалась успокоиться, в ее душе боролись любовь и ненависть.

И Кэлу тоже нелегко удавалось справиться со своими чувствами. Джинна была сказочно хороша, ей очень шло платье и прическа.

– А я молюсь, чтобы у нас с тобой родилась дочь, похожая на тебя.

– Ты можешь долго этого ждать, – холодно сказала она.

– Постараюсь соблазнить тебя. Мне казалось, у нас взаимное влечение, разве не так?

– Я не помню, – она отвернулась.

– Неправда. Кажется, Эд увлекся Розой? – в его голосе звучало удивление.

– Люди иногда ведут себя неожиданно. Он давно один?

– Десять лет. Его жена, тетя Дженни, была замечательной. Мередит горько рыдала на похоронах. Мне тоже хотелось плакать, но мужчины не плачут, и я до крови кусал губы.

– Значит, у тебя все-таки есть сердце? – она не дразнила его, говорила очень серьезно.

– Если зашла речь о сердце, куда ты спрятала свое?

– У меня есть Робби. Это самое главное в моей жизни. Только поэтому я здесь, ты не оставил мне выбора.

– Давай побудем актерами. Мы любовники, разлученные злой судьбой. Мы нашли друг друга и собираемся пожениться.

– Не рассчитывай на медовый месяц. Не думай, что опять возникнет постель.

– Моя дорогая Джинниана, я в данный момент не собирался обсуждать секс, но мы еще вернемся к этому. А что касается медового месяца, подождем, пока Роберт привыкнет к семье. Или возьмем его с собой?

– Куда? – она напряглась.

– На остров!

– Ты сошел с ума! – Зачем он так, это же подло!

– Печально, но ты сводишь меня с ума. Послушай, Джинна, что произошло на острове? Если тебе больно, скажи коротко.

– Я не хочу ворошить прошлое. Достаточно сказать, что это было очень глупо, но я влюбилась безумно.

– И я. Ты была моей Джульеттой. Девушкой, без которой я умру.

– Только получилась не трагедия, а фарс.

– Но у нас Роберт, – тихо сказал Кэл.

– Да, – спокойно ответила она.

– Когда вернется Лоринда, у меня будет с ней длинный разговор. Подозреваю, ее роль в этих событиях значительно больше, чем я думал.

– Древняя история. А где твоя тетя? Она захватила с собой свое помело?

Она произнесла это с таким презрением, что он опешил.

– То есть?

– Ох, извини. Оговорилась. Беру свои слова обратно.

Она действительно не должна касаться этой темы. Его тетя – его семья.

– Я никогда не поеду на остров. То были другие времена.

– Я тоже не поеду, – решительно произнес Кэл.

– Ты сказал это просто со зла?

– Да, время от времени я очень злюсь на тебя.

– Понятно, почему я тебя боюсь.

– И правильно.

Они шли через тропическую ночь, освещенную фонарями, среди благоухающих деревьев с огромными кронами.

– Я не хочу пышной свадьбы, – сказала она нервно.

– Я тоже не хочу. Можно составить список близких друзей.

– Я не собираюсь быть одетой как невеста. Я мать трехлетнего сына.

– Самое время выходить замуж. Не лишай меня моих трофеев. Ты будешь роскошной невестой.

– Может быть, мне позвать Ким в подружки невесты? – съязвила Джинна.

– Надо быть сумасшедшей…

– Я знаю человека, который созвал на свадьбу всех бывших любовниц.

– Ты была среди них?

– Нет, я женщина-однолюб.

– Значит, единственный человек, с кем у тебя может быть роман, я.

– Похоже, это не будет очень весело.

– Почему ты так стараешься ненавидеть меня, Джинна?

– Уж очень больно было тебя любить.

– На нас смотрят, давай возьмемся за руки, как счастливая семейная пара.

– И долго, по-твоему, продлится наш брак?

– Надо подумать. Начало двадцать первого века… – задумчиво сказал Кэл. – Надеюсь, лет пятьдесят. Возможно, дольше. Дело в том, что, когда ты сказала да на мой вопрос о браке, для меня это означало навсегда.

Стивен решил, что сегодня уже не увидит Мередит. Вечер удался, все было сделано для того, чтобы люди Коронационных Холмов запомнили праздник надолго. Еда и напитки для взрослых и детей были превосходны, убранство и освещение выполнены прекрасно. Стив расхаживал повсюду, присматривая за порядком – часть его работы. Мередит нигде не было.

И вдруг он увидел ее.

Настроение сразу поднялось до небес. Она шла с Розой и Эдвардом. Стиву нравился Эд, с ним гораздо легче общаться, чем с Эвеном. Тетя Джинны была одета для здешних обитателей необычно, но выглядела роскошно в своем наряде. Видно было, что эти двое увлечены друг другом. Стив порадовался за Эда.

Но Мередит! Он задохнулся, когда увидел ее. Она была в платье глубокого синего цвета. Она очень редко носила платья, чаще джинсы или брюки. С ее идеальной фигурой все сидело на ней великолепно. Но в платье… Как романтично!

Эд подошел к нему пожать руку.

– Ну как тут дела?

– Все в порядке, народ веселится от души.

Стив сделал дамам комплименты – они выглядели прекрасно – и спросил, придут ли Кэл и Джинна.

– Да, они идут вслед за нами, – сказала Мередит и, удивляясь себе, взяла Стива за руку. – Мне хочется выпить чего-нибудь прохладного.

– Вы идите вперед, а мы немного прогуляемся, – предложил Эд.

– Мне показалось, Эду очень приглянулась Роза, – шепнул Стив своей спутнице.

– Да, она очень привлекательная женщина и прекрасно образованна. За обедом она и Эд говорили об искусстве. Как я заметила, папе было скучно. Эд и папа так схожи внешне, но по существу совершенно разные люди.

– Как прошел обед? Твои родители собираются показаться здесь?

– Мама ушла рано, папа немного позже. Вероятно, они решили поговорить наедине. Мама и не пыталась скрыть свое недовольство.