Холли Престон - Поверь и прости

— Похоже, ты удивлена, — холодно продолжал Трэвис. — Ты ожидала другого?

Его высокомерие выводило Ринну из себя. Но на этот раз, когда она надменно взглянула на него, насмешка играла в ее улыбке.

— Да, удивлена, но не результатами анализа. Я поражена, что ты поверил им. Почему ты не оспорил их? Известно, что в лабораториях иногда происходят ошибки.

Зачем она это делает? Зачем вновь навлекает на себя подозрения? Он и без того считает ее интриганкой, даже назвал хитрой потаскухой. Но Ринна знала, почему задает эти вопросы. — Причиной стала ее острая неприязнь к нему. Ей нужно, чтобы он признал свою неправоту. Ей недостаточно, чтобы он просто извинился.

Трэвис откинулся на спинку стула и нахмурился.

— Видишь ли, я и в самом деле подверг сомнению результаты анализа.

Ринне показалось, что он ударил ее по лицу. От возмущения она оцепенела. Он не мог даже извиниться, не нанеся ей при этом оскорбления!

— Ну и?

— Результаты окончательные. — Похоже, это заявление его ничуть не волновало. Он вышел из-за стола, чтобы налить себе вина. — Хочешь выпить?

— Нет, — отказалась Ринна. Как он смеет издеваться над ней! Ведь страдания выпали на ее долю. — Я не пью.

— Даже в честь праздника? — горькая усмешка появилась на его губах, и с притворной беспечностью он облокотился на буфет. — Уверен, ты не откажешься выпить за свой предстоящий брак.

Упади в этот момент на пол булавка, в наступившей тишине она произвела бы впечатление оглушительного взрыва. Ринна не могла прийти в себя от изумления. Замерев, она, молча, моргала глазами.

— Брак? — удалось ей, наконец, выдавить из себя. — Ты, наверное, шутишь. О каком браке ты говоришь?

— Наш брак, любовь моя. От всей души имею честь пригласить тебя стать свидетелем церемонии обмена супружескими обетами между «миссис» Ринной Уилльямсон и мистером Трэвисом Мартином, которая состоится в ближайшую пятницу в дворцовом саду поместья «Мартин Оукс». — Он поднял свой бокал и отвесил церемонный поклон, чем вызвал в ней еще большую ярость. — Как думаешь, ты успеешь подготовиться, моя зардевшаяся невеста?

— Ты шутишь. — Ринна не верила своим ушам. Это неправда. Брак? Видимо, это новая уловка — он хочет отыграться на ней за все. От потрясения Ринна слабо усмехнулась. — Ты шутишь. Мы не можем пожениться.

— А почему?

Ринна вцепилась руками в подлокотники кресла. Ее бесил его самоуверенный тон.

— Прекрати! — злобно крикнула она. — Прекрати говорить со мной в подобном тоне. Ты прекрасно знаешь почему. Думаю, меньше всего тебе хотелось бы жениться на мне.

— Истинная, правда, Ринна. — Видимо, его забавляло ее негодование. Он закрыл графин с вином и повернулся к ней. — Ты ведь позволишь называть тебя просто Ринна. В сложившейся ситуации не до глупых условностей.

— Мне все равно, как ты меня называешь, — бросила она, — давай ближе к делу.

Он стал медленно смаковать вино, пристально смотря на нее, и это еще сильнее взбесило Ринну.

— Да, к делу. Как я уже сказал, ты абсолютно права, Ринна. Мне меньше всего хочется жениться на тебе. Но, к сожалению, другого выбора у меня нет.

— Меня это не удивляет.

— Ерунда, ты очень удивлена. А я-то думал, ты обрадуешься такому повороту событий. Ты ведь добилась своего. Разве ты приехала сюда не с тем, чтобы выйти за меня замуж?

Повисла напряженная тишина, они пристально смотрели друг на друга — две сильные личности, готовые начать схватку. Мысль о том, что он считает ее способной на низость, бесила Ринну. Нет, она будет держать себя в руках. Следует во всем разобраться.

— Если ты говоришь правду, — ответила она, усилием воли заставляя себя сохранять спокойствие, — с какой стати мне было ждать пять лет, чтобы заставить тебя жениться на мне?

— Все просто. Я лишь недавно стал богатым. А что за радость выходить замуж за бедняка?

— Ты с такой настойчивостью пытаешься сделать из меня золотоискательницу, — съязвила она. — Не возражаешь, если я спрошу, почему ты играешь мне на руку? С какой стати тебе делать такую глупость? Если мы поженимся, то все это станет моим, — она обвела рукой комнату. — Уверена, все это стоит более полумиллиона наличными.

— О, ты ошибаешься, Ринна. — Тоже стараясь сохранять невозмутимость, он протянул ей другой конверт. — Вот здесь брачный договор. Сожалею, что приходится просить тебя об этом, моя дорогая, но, прежде чем мы обменяемся обетами в супружеской верности, ты его подпишешь.

В его тоне не было раскаяния. Каждое слово, каждый жест свидетельствовали об этом. Вне себя от ярости Ринна взглянула на конверт. Она ни в чем не виновата. Доказано, что Энди его сын, а он по-прежнему считает ее подлой.

— В чем проблема, Ринна? Ты расстроена. Разве все не складывается так, как ты планировала?

Бессмысленно продолжать попытки защищаться. Она положила бумаги на письменный стол.

— Это безумие. Зачем ты это делаешь? Зачем предлагать мне эти нелепые условия?

— Все очень просто. Я хочу материально обеспечить Энди, — ответил он.

— Так обеспечь, — бросила она ему. — Ты можешь это сделать, и, не женившись на мне.

Он легкой походкой подошел к письменному столу, взял статуэтку лошади и долго рассматривал ее.

— Да, полагаю, это возможно. Думаю, я смог бы по-другому обеспечить Энди. Давай разберемся, возможно, я и тебе смогу дать денег.

Ринна внимательно посмотрела на него. Неужели он действительно этого хочет? Она только одного хочет — покинуть это место и жить своей жизнью.

— Мне достаточно небольшой суммы. Мне много не надо.

— Ты становишься такой покладистой, когда дело доходит до наличных. — От него вдруг повеяло холодом, и это испугало Ринну. Каждая черточка его лица источала враждебность. Под его пронзительным взглядом по ее спине побежали мурашки. — Так я и думал. Запомни, Ринна, я не намерен давать тебе денег, ни сейчас, ни в будущем, никогда.

Ринна чувствовала тщетность своих усилий, он снова неправильно истолковал ее мотивы.

— Трэвис, я совсем не то имела в виду, мне не нужны полмиллиона. Это шутка. Ты вывел меня из себя. Предоставь мне достаточную сумму, чтобы иметь возможность дать образование Энди в колледже, и я тут же уеду. Для себя я не прошу ничего. Я не хотела, чтобы так случилось. Я приехала сюда не…

— Твое смирение очень трогательно, Ринна, — оборвал он ее, — но я не верю, ни одному твоему слову. Как я уже сказал тебе на днях, твоя цена за одну ночь страсти неприемлема.

— Так же, как и брак с человеком, которого я ненавижу! — отпарировала она, больше не контролируя себя. Что ей сделать, чтобы убедить его? — Сколько я должна повторять тебе, что мне не нужны твои деньги? Если ты мне не веришь, можешь положить их в банк, я к ним не притронусь!