Сара Крейвен - Дом счастья

Безусловно, у него имеются свои планы. В следующий раз я останусь на ночь.

Она попыталась выбросить это воспоминание из головы — как и все прочее, что имело место между ними.

Но произнесенные слова звучали в ее мозгу явственно и громко, тем более что она достаточно долго прихорашивалась ради него, словно наложница в гареме султана.

Ей впервые пришло в голову, что она не просто боится Марка Делароша.

Я себя боюсь, беззвучно прошептала она. Той незнакомки, которой я стала ради него.

Она судорожно вздохнула и очень медленно начала спускаться к Марку.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Ресторан был полон, как и предполагала Лотти. Элен заметила только один свободный столик, но и он был заказан.

Их с Марком появление привлекло всеобщее внимание. Элен видела, что ее узнала по крайней мере половина присутствующих; значит, мельница молвы функционировала исправно.

Элен сделала над собой усилие, чтобы не реагировать на многозначительные взгляды и шепот. Марк взял ее под локоть, и они проследовали к своему столу за старшим официантом.

Расправив плечи, она подумала: лучше так, чем всеобщее сочувствие.

Да и не так уж трудно не чувствовать себя слишком униженной, когда тебя привезла машина с шофером, когда ты сидишь при свечах, а перед тобой — бутылка шампанского со льдом и два бокала.

И когда с тобой — нельзя не признать — самый привлекательный мужчина в зале.

— У этого заведения хорошая репутация, — сказал ее спутник, когда официант разлил по бокалам шампанское и вручил меню.

— Да. — Элен была рада тому, что разговор начался с нейтрального предмета. — Лотти считает это место лучшим в округе. И номера здесь хороши.

Ее мысли немедленно возвратились к проблемам Монтигла.

— Вот как? Хочешь, я закажу для нас номер?

Элен оторвала взгляд от меню, негодующе сжала губы и процедила:

— Могу я просить… не делать мне… подобных намеков?

— Прости, — отозвался Макс без тени раскаяния. — Но, ma mia, тебя так приятно дразнить, и ты так мило краснеешь. Выпей шампанского, оно тебя успокоит.

— Вы что-нибудь празднуете? Элен подняла бокал.

— Как знать? Что ж, давай выпьем за Монтигл и за его будущее.

— Надо сказать, — начала Элен, — мне кое-что пришло в голову…

Марк протестующе поднял руку.

— Потом, дорогая. Сначала тебе предстоит освоить правила игры. Согласись, мужчина редко оказывает любезности на голодный желудок.

— Для меня это не игра, — возразила Элен.

— Неважно. Сначала мы поедим.

Бургундское, которое заказал для нее Марк, ласкало горло, словно бархат.

— Вы ответите мне на один вопрос? — спросила Элен, когда официанты, выполнив заказы, удалились.

— Если смогу.

— Для чего члены комиссии выслушивали меня, если они изначально были намерены мне отказать?

— Мы беседуем с подателем каждой заявки или с его представителем. Главным образом, нас интересуют проекты, призванные поддержать туристический бизнес в некогда проблемных областях или в регионах, далеких от наезженных путей. Твоя заявка показалась интересной, но не первоочередной. К сожалению, дорогая, тебе не приходится ходить за водой десять миль и твой дом освещается щелчком выключателя.

— Только в том случае, если я в состоянии платить по счетам.

Несколько минут их внимание было целиком отдано еде. Элен уже была готова поднять вопрос об организации ночлега и завтраков для экскурсантов, когда Марк заговорил вновь:

— Чего бы ты желала для Монтигла — в идеале?

— Все очень просто. Я хочу, чтобы он опять стал моим домом. Естественно, чтобы я имела возможность содержать его должным образом. — Элен вздохнула. — Никаких экскурсий, никаких чайных приемов. Покой, уют и уединение. Чтобы Монтигл стал таким, каким был когда-то. Как по-вашему, разве не таким должен быть настоящий дом?

— Я не знаю, — сухо отозвался Марк. — У меня есть квартира в Париже и постоянный люкс в Лондоне. Когда я был ребенком, мой отец не задерживался подолгу в одном месте. Только выйдя в отставку, он приобрел небольшой разрушающийся замок с виноградником в Бургундии, вблизи своего родного селения. Он рассчитывал жить там и заниматься производством вина, но умер, так и не успев сделать это место обитаемым.

— И какова его судьба?

— Я продал его английскому семейству, которое искало сладкой жизни.

Марк слегка улыбнулся.

— А у вас самого не возникало соблазна поселиться там?

— И возделывать виноград? — Он покачал головой. — У меня есть фабрики, и мне приходится разъезжать по миру, чтобы налаживать торговлю. — Внезапно он напрягся, и темные брови сошлись на переносице. — Все, последний столик занят. Причем твоими знакомыми, ma belle.

— Знакомыми? — Элен осеклась и в страхе взглянула на Марка. — Это Найджел, да? И его новая пассия?

— И еще парочка постарше; несомненно, его родители. — Элен отодвинула тарелку, и Марк взял ее за обе руки. — Нет, cherie, деваться тебе некуда.

— Но я не могу, — испуганно зашептала она, — не могу видеть их вместе. Не могу…

— Придется, — строго сказал Марк. — Все очень просто. Смотри на меня. — Он поднес ее руки к губам и поцеловал побелевшие костяшки, а она сидела словно загипнотизированная. — Подумай, Элен, — тихо заговорил он, — если ты удерешь, они поймут, что в их власти заставить тебя страдать. А значит — победа останется за ними.

Он отпустил ее руки и снова наполнил ее бокал.

— Они меня заметили? — в панике спросила она.

— Да, я обратил внимание на определенное раздражение. — Губы Марка скривились. — Мадам хотела уйти, но ее муж — это глыба, его с пути не собьешь.

— А Найджел? — Элен сделала судорожный глоток. — Как он… выглядит?

Марк пожал плечами.

— Похоже, купание ему не повредило.

— Он же никогда меня не простит, — в отчаянии проговорила Элен.

— Возможно. Но отныне тебя это не будет волновать. — Он саркастически посмотрел на нее.

— Разве может такой человек, как вы, понять меня? — бросила Элен.

— Ты говоришь со мной так, как будто я совсем не человек. И все-таки мне, уверяю тебя, знакомы все человеческие чувства. Тебе доказать?

— Нет! — Лицо Элен горело. — Вы же никого не любили так, как я любила Найджела. Да я никогда не смотрела на других мужчин!

— Возможно, дело только в том, что тебе не представлялось возможности, — невозмутимо сказал Марк. — Но твоя жизнь далеко не окончена. Съешь все-таки что-нибудь, ma belle, пока никто не обратил внимания на то, что у тебя пропал аппетит.

Элен метнула на него дерзкий взгляд, но все-таки покорилась.