Синица в руках - Борис Петров

чуть не лопнули от возбуждения, а этот сидит молча и ничего вокруг не видит.

— Так может его напоить? Вообще, зачем тебе все это? Лена вроде твоя подруга, а ты хочешь их в конец развести. Тебе мало было одного раза?

— Ленка, конечно, мне подруга, — Настя вдруг сделалась серьезной, пропал гламурный вид, открыв ее настоящее лицо, уже начавшей стареть женщины. — Я не люблю, когда кто-то считает, что он лучше, чем я. Я хочу ее проучить. А тот раз не считается, он был пьян, так, одно название, не больше. А я хочу, чтобы она нас увидела, чтобы ревновать стала.

— Не понимаю, зачем ее так мучить. Она и так вся в проблемах. Ты жестока.

— Да, я такая, — самодовольно ответила Настя, чокнувшись с ним. — Но ты же меня такую и любишь, правда? Тебе что, Ленку жалко?

— Нет, не жалко.

— Ну, тогда не мешай, дай я поразвлекаюсь.

— Больно ты загружена работой, — усмехнулся он.

— Ой, кто бы говорил. Целыми днями только и делаешь, что трахаешь свою Машку, — фыркнула она.

— А ты что против?

— Нет, я же сама тебе ее наняла.

— Ты что-то задумала, да?

— Ленка завтра едет в свой дебильный Новозареченск. В пятницу вроде вернется.

— А дома ее ждет сюрприз.

— Ага, как думаешь, она на меня с ножом не бросится?

— Нет, она скорее в угол забьется! — Артем неприятно засмеялся, Настя неестественно громко расхохоталась. — Не забудь все заснять.

— Не волнуйся милый, я уже все приготовила.

Лена подошла к закрытой двери комнаты и осторожно постучала, Андрей поднялся с кресла, но дверь не открыл.

— Андрей, открой, пожалуйста, мне надо с тобой поговорить, — тихо попросила она.

— Я не хочу с тобой разговаривать, — его голос звучал глухо через дверь, скрывая обиду и горечь. Щелкнула зажигалка, из-под двери потянулся легкий запах сигареты.

— Андрей, ну открой. Ну, я так больше не могу. Открой, пожалуйста, — Лена тихо заплакала и опустилась на пол возле двери. Слова дробились на слоги, разрываемые тяжелым рыданием, ей не хватало воздуха, а дым сигареты душил, дурманил, убивал.

— Я… я не хотела… ну нет у меня с ним ничего… я же тебе все рассказала… я не помню. Не знаю, как это получилось… ну что мне еще сделать, ну скажи?! Не мучь меня! Пожалей меня…

— Пожалеть? — он открыл дверь и вылетел из комнаты, едва не сбив ее. — Пожалеть, вот значит как! Действительно, а ведь больше ничего не остается, только жалеть, правда? Как мне тебя жалко!

— Прекрати, пожалуйста, — она встала, утирая слезы. — Давай, как я вернусь, уедем куда-нибудь. Подальше, чтобы никто нас не трогал, хорошо?

— Уедем? Так просто? И все забудем? Ой, как просто! — от него сильно несло алкоголем, он с трудом стоял на ногах.

— Андрюша, не пей больше, пожалуйста! Посмотри, ты и так уже опух, прошу тебя, — она подошла к нему и провела ладонью по его отекшему лицу.

— Хочу и пью! У меня отпуск! Иди. Иди уже в свой аэропорт, — голос его дрогнул, он дернулся, освобождаясь от нее, но Лена почувствовала, что он сомневается, и не отступила.

— Я скоро вернусь, всего три дня. Андрей, я тебя люблю, слышишь?

— Твое такси пришло, — Андрей пошел в прихожую, взяв ее чемодан.

— Всего три дня, хорошо.

— Собирайся, опоздаешь, — он взял чемодан и вышел за дверь.

Такси, аэропорт, взлет, посадка — все было как в тумане. Алена, ни на шаг не отходила от Елены, чувствуя, что ей нужна поддержка. Она не задавала лишних вопросов, молча вела ее от одной точки до другой. В гостинице Елена отказалась от ужина, Алена долго не уходила из номера, пока не заставила ее переодеться и выпить успокоительное.

— Иди, со мной все в порядке, — еле слышно отвечала Елена на немые вопросы Алены, которая боялась оставить ее одну. — Правда, я успокоилась.

Алена долго колебалась, но вытребовав у нее согласия, что если что-то понадобится, то она сразу ей позвонит, ушла. Елена попробовала позвонить Андрею, но он отключил телефон. Она легла на кровать, поджала ноги к груди и забылась тяжелым сном, навязанным большой дозой успокоительного.

Утром Алена обнаружила ее полностью готовой, с непроницаемым лицом и непонятной злостью в движении и взгляде.

— Ты уже завтракала? — спросила она Елену.

— Нет, а ты?

— Нет, я за тобой пришла.

— Пойдем. Я есть не хочу, но надо.

— Мы можем сегодня улететь, если хочешь. Я пока держу бронь на рейс, — Алена показала ей письмо в телефоне.

— Спасибо! — у Елены загорелись глаза. — Спасибо, Алена.

— Не за что, как ты думаешь, как все пройдет? — Алена положила себе и ей яичницу с салатом.

— Ой, мне много, — запротестовала Елена.

— Не спорь, — строго сказала Алена. — Я знаю, что нужно.

— Откуда ты все знаешь?

— Просто знаю, — смутилась Алена. — Так как все пройдет?

— Надеюсь, что пройдет. Меня это больше не волнует, — она звякнула вилкой по тарелке. — Я хотела уволиться летом, вместе с тобой, но я больше не выдержу.

— Ну и увольняйся! — обрадовалась Алена. — А то я не знала, как сказать. Понимаешь, я не успеваю заниматься дипломом, вот и решила уйти после марта.

— Замечательно! Вот пусть эти козлы сами и рулят всем! — воскликнула Елена.

— А вот и козлы, — прошептала Алена, кивнув на вход, где уже показались президент компании и Виталий.

— О! Доброе утро, красавицы! — неприятно дружелюбно поздоровался президент компании и сел рядом. — Завтракаете?

— Мы уже закончили, — Елена встала, Алена поднялась за ней. — Приятного аппетита.

— А я думал, что вы составите нам компанию? — искренне удивился он.

— Нам еще нужно подготовиться к переговорам, носики напудрить, сами понимаете, — улыбаясь, ответила ему Елена.

— А, ну тогда да, не смею задерживать. Красота страшная сила.

— Страшная красота! — хохотнул севший рядом Виталий.

Дорога до завода сильно затянулась, в салоне было душно, пахло печкой и промокшей обувью. Машина вгрызалась в снежную колею, оставленную после ночного снегопада колонной фур.

— Ты как, нормально? — спросила Елена Алену, сидевшую у окна с побледневшим лицом.

— Меня сейчас стошнит, — прошептала она одними губами.

— Откройте, пожалуйста, окно, — попросила Елена водителя.

— Ты что? Не май же месяц! — возмутился на заднем ряду Виталий, сильно закашлявшись, когда поток свежего морозного воздуха влетел в салон через открытое окно.

— Ничего не замерзнешь, — не оборачиваясь, ответила Елена. — А можете еще печку сбавить?

— Да, конечно, — водитель подкрутил регулятор и через пару минут закрыл окно.

Виталий позади усердно кашлял, а Дмитрий Павлович спал, убаюканный дорогой и вчерашней попойкой.

— Когда мы приедем? — спросила Алена.

— Надеюсь, что скоро. Как раз к