Лабиринты страсти - Эвелина Гольдман

что было после её романа с Рохманиновым. После слов "я чуть не умерла" стало плохо, я в это время таскался по барам в поисках шлюх, а она мучалась рожая мою дочь. Почему не рассказала, хотя поверил бы я ей тогда? Не знаю, но проверил бы точно. Еще на много вопросов не было ответа и я не мог понять её действий. Например, почему не давала себя целовать этому придурку? Ведь встречались они несколько месяцев, как я понял. От этих мыслей было приятно, но всё-таки непонятно.

— Мамочка спит, — заметила Женя и я повернулся заметиив, что Лина поджала под себя ноги на кровати и крепко спала. Короткие волосы создавали неимоверно объемную капну жемчуга, а маленькие руки лежали в милой позе под щекой. Она всегда так спала, только когда-то у неё были хоть и маленькие, но щеки, а не острые лезвия- скулы.

— Да, поэтому нужно тихонько, — сделал я потише мультик Жени.

— Ты поженишься с мамой? — я знал, что такие вопросы нормальны для ребёнка, но как на них отвечать не знал вообще.

— Я не знаю, — ответил честно.

— Тогда я загадаю это на новый год, — она миленько зажмурила глаза, что-то пробурчала и дальше продолжила смотреть мультик, а я наблюдал за ней. Нос у нее был от Лины. такой же курносый. А вот губы мои, даже форма ушей была такая же. Лишний хрящик выделялся, в точности, как у меня. Это забавно. Никаких ДНК не нужно. И волосы у нее были, как у Лины. Жемчужные и блестящие. Я любовался, давно я так не любовался. Целых 4 года.

— Ладно уже 10, нужно спать, — вдруг говорит Женя. выключая мультики и блокируя планшет.

— Ты соблюдаешь режим?

— Да, мамочка научила меня. Она говорит, что так я буду чувствовать себя лучше и времени на игры будет больше, — в который раз замечаю, что она невероятно развита и Лина уделяет ей много времени. Это очень приятно. Я ощущаю что-то похожее на, на гордость?

— Это здорово, ты умничка. А мама соблюдает режим?

— Неа, у мамы больная спинка, она хромает поэтому и очень много работает, — на этом моменте вся радость проходит. Потому что хромота Лины очень заметна и видно, как каждый раз она сжимает челюсть, чтобы двигаться.

— А ты знаешь почему мама хромает?

— Да, потому что когда-то он упала с лошадки, — про это я знаю, оттуда у нее шрам на спине, — А потом упала еще раз, когда я уже была у нее в животике. Это мне тётя Света рассказала по секрету, — получается, что она получила вторую травму тогда, когда я её ударил. Я последний урод, но я тогда… Мне нет оправдания, она маленькая, хрупкая, я не должен был так делать. Я помогу ей обязательно, хоть и ненавижу её. Но одновременно скучал и очень хочу, не пойму своих чувств. Но почему Рохманинов не сделал ничего с этим? Я себяощущал просто скотиной последней. Хотя мне она причинила не меньше боли.

— Понятно, а кто у мамы друзья?

— Нуу, у мамы есть тётя Света и дядя Серёжа, они невеста и жених, — получается, что Лина так и дружит с той девушкой из универа, — и бабушка с дедушкой и дядя Дима, но он недавно стал другом.

— Недавно?.- интересно насолько недавно.

— Да, тогда было уже тепло, он пришел к нам в гости. Он дарил мне зайца, а маме покупал продукты, чтобы она готовила вкусненькое, — от этой информации еще более тошно стало, — Но он всегда хотел оставаться у нас, но мама его провожала, — а вот это приятно.

— Почему?

— Не знаю, потому что он давил на нее, это я услышала, когда мама в коридоре стояла с дядей Димой, — давил пиздюк такой.

— А у тебя есть друзья?

— Да, в садике. А ты поведёшь меня в садик, я давно хотела, чтобы папа меня повел в садик, а то меня обижают все из-за того, что в садик меня только мама водит? — как же жаль, что я так много упустил.

— Конечно, постоянно буду водить тебя в садик, — на этом я накрываю своей ладонью её крошечную и она улыбается и стесняется точно так же, как Лина.

— А мне мама много про тебя рассказывала, — вдруг говорит Женя.

— Что рассказывала? — наверное, всё самое плохое.

— Что ты очень талантливый ижинер, — я не смог не улыбнуться.

— Инженер.

— Да, и что ты умеешь кататься на лошадках, и что у тебя глаза, как трава, и что ты любишь дарить цветочки, — всё это описание вызывало боль. Потому что я очень скучал за ней, за ними. Каждый день своей убогой жизни- я скучал, но не мог простить ей предательство.

— Хочешь я тебя научу кататься?

— Очень.

— А теперь давай спать, — Женя сама повернулась на бочок в ту же позу, что и Лина и быстро уснула.

А я какое-то время сидел и наблюдал за ними двумя. И сам уснул в кресле…

Глава 16. Лина

Вскакиваю утром от звонка, поднимаю телефон и слышу в трубке бабушку:

— Линуша, доброе утро! Ты вчера не подняла трубку, поэтому я позвонила Свете, она мне все рассказала про Женьку, и что ты там одна, с этим негодяем, скажи где вы и я приеду, — Светка успела напугать бабушку, и я слышала, как она переживает, наверняка, у неё уже успело подняться давление.

— Бабуля, привет. Все хорошо, мы на Рыбалова в клинике.

— Как Женя?

— Все хорошо, ей уже лучше намного, чем было, — я не заметила, как Гордей спокойно пил кофе и смотрел в окно. Он что, ночевал здесь?

— Этот знает?

— Да, бабушка, — слышу, как бабушка вдыхает и выдыхание, а Иваныч рядом говорит ей успокоиться, — Давай мы потом поговорим, пожалуйста.

— Хорошо, мы обязательно потом поговорим, — и я сбрасываю.

Евгеша ещё спит, обняв свою пони.

— Доброе утро, — говорит Гордей, протягивая ароматный кофе в стаканчике, — Там ещё круассан в пакете, — подает мне пакет, который ещё горячий.

— Доброе утро, когда ты успел это все купить?

— Я рано встаю, как и раньше, — только вот, как раньше- уже не будет.

— Спасибо, — я откусываю приятное, мягкое тесто и запиваю кофе, — Вкусно, — не могу сдержать воглас восхищение, а Гордей просто улыбается.

— Блин, работа, я забыла, — начинаю подскакивать и собирать сумку, — Он меня уволит, — вот я соня, если и сегодня опоздаю, то мне конец и моей работе тоже.

— Я уже позвонил, — совершенно спокойно говорит Харитонов.

— Куда?

— Саркису

— Какое ты имеешь право вмешиваться в