Сэнди Мэдисон - А как ты играешь в любовь, чемпион?

Никто не уступал другому в страстности и силе выражения чувств. И когда они были близки к оргазму, никто из них не мог сдерживаться даже на сотую долю секунды.

То, что происходило с ними, было похоже на фейерверк: все началось внезапно и, казалось, будет длиться вечно. Каждая короткая пауза вела к новому экстазу. Снова и снова содрогались они от неизведанных ранее эмоций и ощущений. И малейшее движение одного из них приводило к новым высотам их упоительной страсти.

Когда они утолили первый любовный голод и стали привыкать к тем чувствам, которые вызывали их тела друг у друга, то немного успокоились. В их любовных играх появилось больше нежности — они целовали и нежно ласкали друг друга и, наконец с трудом разомкнув объятия, тихо легли рядом.

— Я никогда не думал… — промолвил в какое-то мгновение Фрэнки, нарушая долгое молчание, царившее между ними.

— Если бы я знала… — сказала Гледис в ту же минуту.

Они опять замолчали и посмотрели друг на друга выжидательно.

— Скажи ты, — потребовала Гледис от Фрэнки.

— Нет, договори до конца, — настаивал он.

— Я только хотела сказать, что я представляла себе игрока в баскетбол немного иначе, — призналась с легкой улыбкой Гледис.

— Иначе? — спросил он и положил свою левую руку ей на грудь так, что почти полностью прикрыл ее. — Больше мускулов и меньше мозгов, не так ли? — нарисовал он картину, которую могло бы создать воображение Гледис.

— Примерно так, — пробормотала она чувственно и закрыла глаза. Хотя сейчас ее желание было более чем удовлетворено, ей было приятно ощущать на своей груди руку Фрэнки.

— Ну, и? — спросил он, слегка сжав сосок. — Разочарована? Слишком мало мускулов?

— Нет, — призналась Гледис и, открыв глаза, лукаво взглянула на Фрэнки.

Можно было двояко понять это ее «нет», и Фрэнки тотчас же попался на удочку.

— Что значит «нет»? — спросил он. — Ты не разочарована, у меня не слишком мало мускулов?

— Не разочарована, — уточнила с улыбкой Гледис и, опустив веки, откинулась на подушку.

— Ты считаешь, что я соответствую тому представлению, которое ты обо мне составила? — вспылил Фрэнки с наигранным возмущением. Он убрал руку с ее груди и, скрестив ноги, сел на широкой кровати.

— Не совсем, — засмеялась Гледис. — Я не могу утверждать, что я разочарована.

— Ты, нахальная очаровательная ведьма. — Фрэнки нагнулся, чтобы поцеловать ее в кончик носа. Этот поцелуй превратился в новые объятия. И снова они погрузились в пучину страсти, возникающей мгновенно, стоило им прикоснуться друг к другу.

В эту ночь они занимались любовью до самого рассвета. Говорили не много. Все что они хотели знать, находило выражение в их чувствах. А для разговоров у них будет достаточно возможностей и днем.

7

Гледис разбудил осторожный стук в дверь. Она открыла глаза и сначала не могла понять, где она, затем увидела Фрэнки, лежащего на животе рядом с ней, и испуганно прикрыла рукой рот.

Господи, о чем она только раньше думала? Она ведь приехала сюда как представитель журнала, принимающего гостя. Она была здесь не для своих личных развлечений. То, что произошло между ней и Фрэнки, должно при всех обстоятельствах остаться в тайне.

Стук в дверь не прекращался.

— Кто там? — спросила Гледис.

Фрэнки, который ничего не слышал, повернул голову и попытался приподняться. Гледис приложила палец к губам, подавая знак, чтобы он молчал.

— Горничная, мадам, — услышали они голос из коридора. — Мистер Карленд прислал вам чашку кофе.

— Спасибо. Поставьте кофе перед дверью, — попросила Гледис, наморщив лоб. — Я не одета. Потом сама возьму его, когда буду готова.

— Да, мадам, — ответила девушка с сильным мексиканским акцентом. — Но я могу подождать и подать вам поднос.

— Нет, — возразила Гледис резче, чем ей хотелось. — Я возьму его. Идите.

— Как вы желаете, мадам, — ответила девушка.

Гледис и Фрэнки замерли, прислушиваясь к быстрым шагам, пока они не затихли.

— Доброе утро, — произнес затем Фрэнки. Перевернулся на спину и сел на кровати. Он потянулся к Гледис, но она уклонилась от его рук.

— Нет, — сказала она, наморщив лоб. — Нам надо подумать.

— Подумать? — удивился он и спустил свои длинные ноги с кровати. — О чем подумать? Я сейчас принесу кофе.

— Нет, ты этого не сделаешь, — резко возразила Гледис и вскочила, чтобы помешать Фрэнки, который уже направился к двери.

Стоя перед ним обнаженной, она вдруг испугалась. Она поняла, какой он большой, — выше нее на целую голову. Гледис поняла, что никогда бы не смогла его остановить, если бы он захотел пройти мимо нее к двери. Надо удержать его словами.

— Я не хочу, чтобы кто-нибудь узнал о наших с тобой отношениях, — пояснила она торопливо. — Я здесь, чтобы выполнить определенную работу. Я не имела права связываться с тобой. Я…

— Не говори глупости, — перебил ее Фрэнки и попытался обойти Гледис, как он обошел бы противника на баскетбольной площадке.

Но Гледис была готова к этому.

— Нет, — проговорила она резко.

Фрэнки остановился и посмотрел на нее с удивлением.

— Ты покинешь комнату так же, как ты в нее попал, — потребовала Гледис.

— Через балкон?

— Через балкон, — подтвердила она и решительно кивнула головой.

— А если меня кто-нибудь увидит? Не будет ли это выглядеть немного смешно? Подумай-ка об этом! — произнес Фрэнки.

— Поэтому тебя никто не должен видеть, — решила Гледис и пошла в застекленный эркер, откуда открывался вид на часть парка, лежащую за домом.

— Пока на террасе никого нет. Очевидно, все завтракают. Если ты немного поспешишь, то будешь внизу, прежде чем они появятся в парке.

— И ты посылаешь меня на этот тур скалолазания без кофе, — пожаловался Фрэнки. Но он уже знал, какой последует ответ, и потянулся за одеждой.

— Да, без кофе, — подтвердила Гледис, скрестив на груди руки.

— Ты бессердечна! — засмеялся Фрэнки и надел брюки и рубашку. На прощание чмокнул Гледис и исчез за перилами балкона.

Гледис с трудом сдерживала себя, чтобы не кинуться на балкон посмотреть, как он будет спускаться. Стояла посреди комнаты и напряженно прислушивалась. Она немного боялась за Фрэнки, хотя и не хотела ему этого показать. Но женщина не слышала ни малейшего шороха и постепенно успокоилась. Потом принесла поднос с кофе жадно выпила чашку. Затем приняла душ и оделась.

То, что Чарльз Карленд послал ей кофе в комнату, означало: группа уже была в нетерпении. Гледис не любила заставлять себя ждать. Через четверть часа она была уже внизу.