Ливия Элиот - Мечты сбываются в Голливуде

— Чушь! Как можно было спалить мясо?!

— Я ошиблась с температурой. Установила на пятьдесят градусов больше и немного отвлеклась, чтобы приготовить картошку, а когда…

— Отвлеклась?! Ты же все время была в кухне? И почему ты установила температуру… — Крис не успел сформулировать вопрос, потому что ответ вдруг пришел сам собой с поразительной ясностью. Как же он не догадался сразу! — Ты не умеешь готовить!

— Я умею готовить! — запротестовала она. — Просто у тебя здесь нет того, что есть у меня дома. Да, я не знаю, как пользоваться такой духовкой, потому что у меня микроволновка. И вообще…

— Подожди, — перебил ее он. — Где картошка? Где твой хваленый соус? Где хоть что-нибудь? Ты провела на кухне почти час, покажи мне результат и не говори, что мои часы идут быстрее, чем твои.

Саманта опустила голову.

— Ладно-ладно, только не кричи. Да, я не шеф-повар. Да, я не умею готовить сложные блюда. Да, я немного присочинила. Но это вовсе не означает, что я вообще не умею готовить. Потерпи еще немного и…

Он решительно поднял руку.

— Черт возьми! Ты же рассказывала, что росла в большой семье! Неужели так и не научилась готовить? И если нет, то зачем ты солгала мне?

— Во-первых, я не люблю готовить. Во-вторых, по пути я слушала по радио передачу на кулинарную тему, где как раз рассказывали, как приготовить бифштекс. У меня хорошая память, вот я и подумала, что смогу без особого труда поджарить кусок мяса. — Она виновато шмыгнула носом. — Наверное, я что-то забыла или перепутала. Но, уверяю тебя, голодным ты не останешься. Дай мне еще четверть часа…

— Ну, уж нет! Я не позволю тебе переводить продукты.

— Послушай, мне действительно очень жаль, что так получилось, но я еще исправлюсь. Сделаю омлет. Приготовлю греческий салат…

Он покачал головой.

— Нет. Наверное, у нас с тобой ничего не получится.

— Что ты имеешь в виду? — Саманта испуганно взглянула на него. — Что не получится?

— Я имею в виду нашу договоренность. Тебе не стоит здесь оставаться.

— Господи… — Она побледнела и едва не выронила тарелку с безнадежно испорченным бифштексом. — Только не говори, что ты меня прогоняешь.

— Не прогоняю. Но тебе лучше уйти. Мы заключили договор. Ты не выполнила свое обязательство. Я отвезу тебя куда-нибудь.

Несколько секунд она просто стояла перед ним, не двигаясь, даже не шевелясь, потом судорожно сглотнула, моргнула, и Крис понял — сейчас начнется самое страшное.

Глаза ее блеснули, подбородок мелко задрожал, и на ресницы выкатилась крупная, как жемчужина, слезинка. Мгновение-другое капля висела, потом медленно покатилась вниз, оставляя после себя влажный след.

Он пошарил рукой за спиной, нащупал полотенце, сорвал его с крючка и протянул ей.

— Перестань… Не плачь…

Она кивнула, но слезы уже лились обильным потоком.

— Может быть, тебе стоит позвонить домой и попросить помощи, — предложил, глядя в сторону, Крис. — Объяснишь ситуацию, попросишь прислать немного денег и вернешься.

Саманта прерывисто вздохнула.

— Не могу. Я не могу так поступить с ними. Они целый год во всем себе отказывали, чтобы собрать мне денег на поездку в Лос-Анджелес. — Она вытерла глаза. — Мне, конечно, не следовало так с тобой поступать. Я имею в виду, напрашиваться к тебе домой. Ты и без того много для меня сделал. А я еще наврала насчет своих кулинарных способностей…

Крис развел руками.

— Послушай, я не понимаю. Ты не хочешь обращаться за помощью к родным, потому что обманула их ожидания. Но почему тебе важно остаться здесь, в этой квартире? Я не самый приятный человек в этом штате. И место это не самое лучшее. Да и городок наш… — Он махнул рукой. — Поверь, в женском приюте не так уж плохо.

— Нет. — Саманта помолчала, сосредоточенно рассматривая что-то у себя под ногами. — Я не поеду в женский приют. Понимаешь, после всего, что со мной случилось, мне страшно оставаться одной. — Голос ее прервался, и последние слова прозвучали едва слышным шепотом. — С тобой я чувствую себя в безопасности.

Что? В безопасности? С ним? Что она такое говорит? Ей должно быть страшно с ним. Она должна бояться его. Как и весь остальной мир. Именно к этому он привык. И вдруг услышать такое.

Кипевшая в нем злость превратилась вдруг в пар и растворилась в воздухе, все еще хранившем неприятный запах сгоревшего мяса. Она обезоружила его одним предложением. Еще несколько секунд назад Саманта была для него одной из миллионов и вот теперь стала странно близкой. Крис чувствовал, что просто не может отвезти ее в женский приют или какое-то другое заведение, где она будет всего лишь регистрационным номером, лицом в толпе, неудачницей, о которой некому позаботиться и до которой никому нет дела. Ну и ну. Вот так чудеса.

Крис неловко откашлялся.

— Ладно. Перестань. Ты можешь остаться.

Слезы остановились мгновенно, будто кто-то где-то повернул кран.

— Что? Что ты сказал?

— Я сказал, что ты можешь остаться.

Она недоверчиво покачала головой.

— Ты сказал это только для того, чтобы я не плакала, да? А потом…

— Нет. Я серьезно. Ты можешь остаться.

— Мужчины не любят, когда женщины плачут, и готовы пообещать все, что угодно, только бы они успокоились.

— Послушай, я не бросаюсь пустыми обещаниями. А почему передумал, это уже не важно.

— Я просто не хочу, чтобы ты думал, будто я специально расхныкалась. Просто так получилось. И не думай…

— Саманта…

— Не думай, что я всегда так себя веду. Обычно меня не так-то легко довести до слез. Но в последние дни столько всего навалилось… Но это не имеет значения. Если ты разрешил мне остаться только потому, что не вынес моих слез…

— Перестань! Она утерла глаза.

— Послушай меня, — медленно заговорил он. — Ты можешь остаться здесь на некоторое время. Понятно? Я говорю это серьезно и не собираюсь повторять.

— Правда? Ты действительно меня не прогонишь? — Саманта попыталась улыбнуться. — Не дашь коленкой под зад?

— Не дам.

— Сколько я могу у тебя побыть?

— Не знаю. Несколько дней. Пока ты не подыщешь что-нибудь другое. Посмотрим. А пока давай попробуем спасти то, что еще можно спасти, и придумаем что-нибудь на ужин.

Улыбка стала смелее. Саманта вытерла щеки посудным полотенцем, огляделась и кивнула.

— Конечно. И придумывать ничего не надо. Не могла же я полностью испортить такой кусище мяса. Сейчас поскребу ножом, очищу от угольков — и все будет прекрасно.

Она взялась за нож и уже через минуту полностью успокоилась, даже начав что-то напевать себе под нос. Звук этот должен был бы свести его с ума, но Крис ощутил странную умиротворенность, словно рядом с ним звенел горный ручей или ветер гулял в кронах деревьев, шевеля сухую и звонкую осеннюю листву.