Замуж за бывшего (СИ) - Попова Любовь

Все это конечно поражало.

Я была уверена, что максимум, что светит Юре — это охрана какого-нибудь «крестного отца», а в итоге он и сам поднялся.

Стало интересно за счет чего. Чему можно было научиться в тюрьме такому, чтобы заработать на особняк с колоннами и по меньшей мере несколькими акрами земли.

Что нужно было сделать, чтобы из грязи подняться в такие наглые, сексуальные князья?

Я продолжала жаться в углу машины, рассматривая место своего будущего заточения.

Временного, надеюсь.

Юра вышел, оставив дверь открытой и прошел к полукруглому крыльцу дома, на котором стояло по меньшей мере человек десять.

Все выглядели по-разному. Кто-то крупный и лысый, кто-то низкого роста.

Одного из них, в сером костюме Самсон приложил кулаком в нос. Я не смогла сдержать вскрик, на меня тут же посыпались градом воспоминания о той жестокости, которой он славился еще в детском доме.

Жестокости, что я не единожды испытала на себе.

— Вставай, Фролова! — ворвался он с утра в нашу с соседками спальню и буквально за волосы стащил меня с кровати. — Пошли вон шлюхи.

Ждать помощи от девушек не приходилось, поэтому визжа от боли я даже не удивилась, как они похватали свои смартфоны и смотали удочки.

— Ну что, шлюха…

— Юра, я не понимаю! Что случилось?!

Удар обрушившийся на меня, просто сбил с ног и откинул к соседской кровати.

— Ты потаскуха рыжая еще и смеешь спрашивать?!

Я закрылась руками, плохо соображая после сна, но его следующий удар по лицу быстро привел в чувство, как и член который он насильно засунул мне в рот мгновение спустя.

— Нравится сосать чужие члены, нравится трахаться с другими?! — орал он, проталкивая член все глубже, держа пальцы на моем лице, чтобы не язык не смог вытолкнуть его. — Шлюха! Шалава! Я же доверял тебе! Я любил тебя!!

Я хотела спросить, что он имеет в виду, почему он себя так ведет, но говорить, пока в горло упирается крупная головка сложновато.

Только и оставалось, что упираться руками в мускулистые бедра, и со слезами смотреть в бесчувственные глаза.

И сосать.

Долго.

До тошноты.

Принимать в себя член так как того требовал Юра, так долго, пока он наконец не залил мне спермой весь рот. И просто вышел из комнаты. Несколько раз вбив в стену кулак со звериным ревом.

Оставил меня одну, униженную, изнасилованную, грязную, одинокую.

Глава 22

****

— Ты сам потянул Андронова за хвост, — вырвал меня из воспоминаний громкий голос «серого».

За дерзость разумеется, он снова получил в челюсть, на этот раз отлетев и врезавшись в колонну. Самсон не терпел, когда ему перечили. Совсем.

Я не слышала дальнейшего разговора, то видела, как Юра что-то твердит мужчинам и активно жестикулирует в сторону машины.

Я посмотрела на ворота, под ними был вполне приличный лаз. Если поднатужиться можно и пролезть. Здесь нельзя оставаться. Я должна как можно быстрее покинуть этого безумца, должна покинуть, пока снова не стала зависимой от любого требования. Пока снова не полюбила, и готова стала простить буквально все. Надо бежать. Срочно.

— Даже не думай, — откуда не возьмись появиться в проеме двери Юра.

Он только что ударил человека за предполагаемую ошибку. Меня он избил, потому что думал, что изменила.

Надо бежать отсюда и как можно дальше.

— До завтра отсюда ни ногой, иначе пеняй на себя.

— Если я приеду в отделение с синяком под глазом. Они вряд ли поверят, что ты за мной просто поухаживать собирался, а я не так поняла, — заметила я язвительно.

— Думаешь, я не смогу причинить боль, не оставляя синяков? — с недоброй улыбкой потянул ко мне руку. Как бы я не вжималась в дверцу, он подтянул меня к себе за футболку и немного подумав, снова закинул на плечо.

Легкие заполнились сладостью свежего воздуха и прелестями загородной жизни. Как ведь в самом деле я ненавидела города с их толпами, безразличием, серостью и пробками. Ненавидела, хотя и большую часть жизни провела в них.

Я еще немного пыталась абстрагироваться от происходящего, но соглядатаи быстро привели меня в чувство. Так позориться перед его людьми я не могла.

— Юра, если ты не хочешь проснуться с перерезанным горлом, то лучше поставь меня. Немедленно, — процедила я сквозь зубы, вцепившись коготками ему в голую спину.

Он на полпути к дому остановился и резко свалился меня на землю. В следующий миг поставил на дрожащие ноги, сам оттянув футболку до самых колен.

— Скорее я воткну тебе рукоятку ножа в задницу, чем ты перережешь горло, — и в его голосе не было ни грамма шутки, как и в резком ударе по той самой части тела, о которой он «не шутил». — Шагай, давай.

От жадных взглядов не спасала даже футболка, длинной до середины бедра. Зато парни мигом перестали глазеть, когда Самсон, сжав мое запястье пальцами, словно наручникам, потащил меня ко входу.

— Что пялитесь? Баб не видели? Быстро по машинам. Через десять минут выезжаем.

Он реально болен, впрочем, как можно было убедиться, я не слишком от него отстала.

Я много читала по психологии, потому что много лет и сама была пациентов психиатра. А про то, куда по доброте душевной запихивала меня тетя, когда я собиралась в Россию к сыну, лучше не вспоминать.

Глава 23

За спиной послышались смешки, а следом топот ботинок по мрамору.

Я прикрыла глаза, чувствуя обжигающий стыд от этих наглых усмешек. Все всё понимали.

Кто я. Зачем я здесь.

Интересно, как часто Юра вот так приволакивает к себе девушек?

Выбравшись из плена мыслей я, наконец оглянулась и не смогла скрыть своего удивленного возгласа. Внешне дом может быть и казался дорогим, но внутри было все в разы дороже. Мраморные позы, позолоченная кайма на зеркалах. Лепнина под натяжными потолками, где посередине сияла весьма приятная хрустальная люстра.

Я почти, что вернулась в богемную жизнь Лондона, от которой с такой радостью сбежала.

— Ну как? — горделиво ухмылялся Самсон, словно показывая не многомиллионный дом, а новую игрушку.

Как там в песне.

Мальчики любят большие игрушки.

Строят дома, самолеты и пушки.

Мальчики играют в большие игрушки.

Но смысла в них нет, смысла в них нет,

Смысла в них нет без любимой подружки.

(Винтаж, игрушки)

— Я так понимаю «Парадиз» тоже твой? — спросила я, осмотрев пафосную обстановку, паркет, позолоченные плинтуса, тканевые обои и дубовые панели.

— Верно, — как-то сразу напрягся он. Неужели понял, что собираюсь сказать — А что?

— И наверное ужасно дорогой? — уточнила, взирая на резную полукруглую лестницу, ведущую на второй этаж.

— Лучший в городе.

— С некоторых пор титул лучших, дают тем, кто выпускает всякий шлак. Макдональдс тоже называют рестораном, но там стабильно заседают бомжи.

— Поясни, — прорычал он угрожающе, но меня было не остановить.

Я хотела унизить его хоть в чем-то, так же как он постоянно унижает меня.