Мой порочный Новый Год - Бетти Алая

огромный бежевый плюшевый медведь. Сердце пропускает удар. Беру его мягкую лапу. А он милашка!

— Не знали, что тебе подарить, — пожимает плечами Андрей, — катались по ближайшим магазинам. Всё либо закрыто, либо дурь всякую продают. Вот, решили пока откупиться медведем.

— Не стоило, — смахиваю слезинку умиления с ресниц.

— Почему? Не нравится? Вроде сшит хорошо. Или игрушки не любишь?

Как многие девушки, я очень люблю всякое милое. В том числе и плюшевые игрушки. Но Паша всегда говорил, что это дурь и детский сад. Так что мои любимые мягкие зверушки остались у родителей, а бывший завешивал квартиру картинами, которые я не любила.

— Очень люблю, — шепчу, обнимая медведя, — он дорогой, наверное. И мягкий такой!

— Не дороже денег, — фыркает бородач, — нам главное, твои эмоции. Думали что посерьезнее, например духи или ювелирку, но не уверены, что угадаем… всё-таки мы пока не очень хорошо знакомы…

— Но мы это исправим, — Лёша плюхается ко мне.

— Нужно на завтрак, — не могу отлепиться от чудесного подарка.

Мишка такой потрясающий! Милый! И чёрные глазки смотрят с любопытством. Я словно ныряю в детство. Чувствую себя маленькой, окруженной заботой.

Тут меня осеняет.

— А я вам ничего не купила… так неловко.

— Ты не знала, да и не нужно ничего. Ты нам уже сделала подарок, — улыбается Лёша.

— Какой? — туплю спросонья.

— Ты. И твои упругие дырочки, помпончик, — облизывается.

Резко краснею. Ладонь брюнета накрывает мою грудь. Слегка сжимает и соски мгновенно твердеют.

— Ммм, — выгибаюсь, позволяя ему больше, — боже…

— Нравится? У тебя красивая грудка, малыш, — шепчет он, разворачивая меня спиной, — вот так…

— АХ! Лёша…

— Да? — хитро улыбается он, пощипывая сосочки, поглаживая кожу, — ты когда возбуждаешься, грудки набухают… больше становятся. Это пиздец заводит. И соски твои постоянно торчат…

Стону, закидываю голову ему на плечо. Трусь ягодицами о его твёрдый пах.

— Войди в меня… не могу… пожалуйстаааа! — умоляю.

— Бесстыдница, — шепчет мужчина.

Слышу звук рвущейся фольги. Затем в меня врывается огромный член.

— Так легко проскользнул… ты такая мокрая, помпон, — шепчет он, обхватывая мои бёдра и начиная двигаться.

Интенсивно, быстро. Мы оба безумно голодные.

— Интересненько! — из ванной выходит Андрей, складывает руки на груди, — продолжайте.

— Присоединишься? — почти плачу от безумного удовольствия.

— Посмотрю, пожалуй, — рычит мужчина.

Лёша ускоряется. Его яйца порочно шлёпают о мои бёдра. Чувствую, как он становится больше.

— Ты такая тугая… — стонет, — не могу… прости, Анютка… я сейчас…

— Кончай, — разрешаю ему.

Но он немного замедляется, затем шумно выдыхает.

— Только после тебя, девочка моя… только после… бляяядь! Пиздец туго…

Кожей чувствую, как взгляд Андрея гуляет по поему телу. Тело мужчины напряжено. Он стискивает зубы. Тоже хочет…

— Андрей… — шепчу, глядя ему прямо в глаза, — иди сюда!

Он приближается.

— Хочешь, я пососу твой член? — от этих слов я безумно завожусь, всё сильнее и сильнее.

Вот-вот кончу. Но мне хочется доставить удовольствие обоим. Лёша выравнивает темп, входит очень глубоко. Затем полностью выходит, терзает, играет. Водит головкой по моим складочкам. Сводит с ума.

— Конечно хочу, — хрипит бородач.

— Дай мне его…

Андрей расстегивает джинсы, спускает. Его член пружинит напротив моего лица. Облизываю темно-красную бархатную головку. Проглатываю его возбуждение.

Облизываю ствол от основания. Руками обхватываю гладко выбритые мешочки, сжимаю. Лёша трудится сзади, его жар опаляет и меня, стремительно подводя к пику.

— Малыш… не сжимай так! — умоляет брюнет, а я не могу.

От ощущения, что принимаю двоих, оргазм подходит очень близко. Расслабляюсь, позволяя наслаждению заполнить меня до краёв. И происходит взрыв.

Удовольствие мощной волной сносит всё на своём пути. Кричу, сокращаюсь на толстом члене, глотая сперму его друга. Глаза закатываются. Боже! Секс — это что-то невероятное.

Никогда не думала, что можно так остро чувствовать.

— Отлично, — Андрей целует меня в губы, даже не брезгуя тем, что на них осталось его семя, — я пошёл за завтраком.

— А я? — бормочу.

— Завтрак в постель, Анюта, — он подмигивает мне и уходит.

Это сон? Я попала в сказку?

— Пойдем в душик, помпончик, — выдыхает брюнет.

Покорно топаю за ним. Мужчина впускает меня в кабинку, включает водичку. Прикрываю глаза.

— Хорошо здесь, да? — улыбается он.

— Лёш… — тихо говорю.

— М?

— А ты в любовь с первого взгляда веришь? — кладу руки на его грудь.

Хороший рельеф, он явно над собой постоянно работает. Вода стекает по Лёшиным волосам, огибает сильную шею. Внимательно слежу за капельками, бегущими по гладкой груди к темной дорожке волос внизу живота.

Опускаю ладони ниже, к упругим кубикам пресса. Рассматриваю красивое мужское тело.

— Верю, — говорит он.

— А я не верила, — спускаюсь руками еще ниже, к его члену, — считала, что это всё бред легкомысленных девиц.

Прикрываю глаза. Он твердеет очень быстро. Сколько же желания в этом мужчине?

— И? Что изменилось, помпончик? — хрипит он.

— Я… кажется… — облизываю губы, пытаясь совладать с собой, — теперь… тоже…

Можно ли верить в то, что со мной случилось новогоднее чудо? И после всего я могу хотя бы попробовать помечтать о счастье?

Стать той самой легкомысленной девицей и просто жить тем, что даёт мне этот мир? А дал он двух наглых и безумно сексуальных, свободных мужчин.

— Ну… говори, — выдыхает мне в губы, едва касаясь, — не бойся.

— Я, кажется, влюбилась с первого взгляда…

Глава 9

Лёша

От слов Анечки внутри меня всё трепещет. Жадно ловлю каждое ее слово, любуясь идеальными губками. Пухленькими, алыми. А её рука, бесстыдно надрачивающая мой член, постепенно ускоряется.

— Помпончик… — хриплю, — я сейчас солью.

— Давай, — шепчет.

— Нет уж, — перехватываю её ладошку, прижимаю к губам.

Ловлю озорной взгляд. Аня — сам свет.

Сверху льется вода, а в моей голове вспыхивают порочные желания.

— Иди ко мне, — прижимаю девочку к себе, толкаюсь членом между её сладких бёдер, — черт… резинки остались в номере.

— Ммм… — бормочет она.

Я мог бы… сделать это в неё. Или попробовать вынуть. Но боюсь, что не успею. У неё очень узкая киска. Когда начинает сокращаться, сдавливает так, что могу не удержаться.

— Аня… Анечка… — шепчу, обнимая её миниатюрное тельце.

— Лёшааа…

Разворачиваю девочку. Снова толкаюсь между ножек. Не вхожу, скольжу, стискивая сладкие бёдра.

— Ножки сожми. Тебе тоже понравится, — рычу, впиваясь пальцами в молочную кожу.

— Ладно… — она покоряется.

Опирается руками на стену, выгибает попку.

— Твоя девочка нам поможет… голодная, мокрая… — накрываю рукой промежность, играю с горошинкой клитора.

— ААА! Лёша… — она мечется в моих руках.

Двигаюсь, наслаждаясь упругостью её тела. Член скользит между стройных ножек, всё сильнее наливаясь. Блядь… как же хочется кончить!

Я чувствую эту девочку. Она податливая и покорная, стонет, извивается. Пальцами одной руки