Дина Аллен - Первобытный инстинкт

Какая истинно мужская поза! Как и всякая женщина, Сью была неравнодушна к мускулистой груди и узким бедрам: вот и сейчас она ощутила, что согласна на любой компромисс.

– Сегодня ты не ищешь себе парней. Не флиртуешь, не обмениваешься телефонами. Я покажу тебе город, расскажу, где тут что, а завтра решим, как нам быть дальше.

– Договорились!

Итак, сегодня ее кавалером будет только Джеральд. Неплохо. Совсем неплохо. Даже, можно сказать, очень хорошо.

– Уверена, что тебе не нужна помощь с пологом?

– Абсолютно.

– Ладно, тогда пока. Заеду за тобой в восемь.

– Буду ждать.

«Заеду за тобой в восемь»! Вот что значит жить в большом городе! В Тихом Омуте свидания начинаются гораздо раньше – и по большей части гораздо раньше заканчиваются, ибо в девять там замирает всякая общественная жизнь. Если человек является домой в половине двенадцатого, вся семья начинает живо интересоваться, где же это он пропадал, в такую поздноту. А уж если кого угораздит вернуться в два или в три ночи… назавтра на каждом углу будут обсуждать его моральный облик.

– У тебя есть теплое пальто?

– Ммм… да, – поморщившись, ответила Сью.

Пальто, у нее отродясь не было. Только куртка, в которой, честно говоря, на столичную улицу выйти стыдно. На первую же зарплату Сью пообещала себе купить длинное черное кожаное пальто – из тех, что никогда не выходят из моды. Но до зарплаты надо еще дожить, а надевать в первый субботний лондонский вечер куртку ох как не хочется…

– Ладно. Увидимся. – Джеральд перебросил через руку пальто, улыбнулся Сью и скрылся за дверью.

Глава 6

Пять часов спустя Джеральд подозвал такси и назвал водителю адрес Сью. В кармане пальто у него лежал подарок, который он проискал несколько часов и которым страшно гордился, – путеводитель по Лондону.

Поначалу Джеральд, сомневался в своих силах: ну какой из него экскурсовод? Но, ввязавшись в это дело, с удивлением обнаружил, что ждет предстоящего вечера с нетерпением, какого не испытывал уже много лет. Он не из тех, кто гоняется за приключениями, – но на этот раз, похоже, приключение нашло его само. Ибо, что такое Сью Поттерс, как не Приключение с большой буквы?

За те несколько часов, что Джеральд провел вдали от нее, он успел перевести дух и поразмыслить о том, почему Сью так на него действует. Правда, ни до чего хорошего не додумался. Ясно, что их влечет друг к другу: не менее ясно, что оба ревностно охраняют свою свободу. Значит, между ними возможна лишь короткая интрижка. А короткая интрижка с подругой Вайолетт почти неминуемо омрачит отношения Джеральда с самой Вайолетт и, следовательно, с Ником.

Вайолетт, конечно, не назовешь дурой, – но в этот раз ей словно что-то в голову ударило. С какой стати она так старательно их сводит? Уж не мечтает ли женить Джеральда на своей подружке? Одно утешительно: Сью, кажется, такой исход привлекает не больше, чем его самого.

И все же жаль, что Сью – подруга Вайолетт и Ника. Будь она сама по себе, из нее вышла бы прекрасная партнерша для легкого, необременительного романа. Джеральд никогда не предполагал в себе ценителя провинциальных простушек, – но с удивлением обнаружил, что наивность и неискушенность Сью необыкновенно его возбуждают. Всего несколько часов назад они расстались, а он уже не может дождаться, когда увидит ее снова. Получив в подарок путеводитель по городу своей мечты, она, наверное, запрыгает от радости…

На кровати, добавил внутренний голос, и Джеральд затряс головой. Нет, он не станет воображать себе Сью на великанской кровати! Не будет гадать, как проявляется ее заразительный энтузиазм в постели! Не станет портить дружбу с Ником и Вайолетт.

Прежде всего, конечно, с Ником. Но Джеральд понимал, что, поссорившись с Вайолетт, – а это непременно случится, если он обидит Сью, – потеряет и Ника. Вот чем еще плоха женитьба: с женатыми, куда сложнее дружить.

Конечно, компанию для себя Джеральд всегда найдет. Но компания – одно, а друзья – совсем другое. Второго такого друга, как Ник, у него нет и, наверное, не будет.

Такси остановилось. Джеральд ощупал карман – путеводитель на месте! – и, крикнув шоферу, чтобы подождал, бегом понесся к подъезду. Долго ждать не придется, мысленно пообещал он себе. Ради моего же собственного блага. Чем меньше времени я проведу наедине со Сью и с ее необъятным ложем, тем лучше.

Лифт, кряхтя, словно дряхлый старец, тащился с этажа на этаж. Джеральд успел десять раз пожалеть, что не пошел пешком. Взглянул на часы – ровно восемь. Сью, наверное, уже в пальто стоит у дверей, нетерпеливо постукивая ножкой… Тут Джеральд взглянул вниз и обнаружил, что сам нетерпеливо постукивает ногой.

Наконец двери лифта распахнулись; миг – и Джеральд второй раз за день звонит в квартиру Сью. В первый раз он спешил, желая поскорее отделаться от неприятной обязанности, теперь тоже спешит, но по иной причине. Дышит он подозрительно часто, а сердце колотится так, словно Джеральд на четырнадцатый этаж бежал по лестнице, перескакивая через ступеньку.

Как он и ожидал, Сью распахнула дверь сразу. Но пальто на ней не было. Собственно говоря, не было и почти ничего другого. Взгляд Джеральда уперся в обтягивающую черную мини-юбку и стройные ножки в черных чулках – ножки, кстати сказать, оказались еще лучше, чем на фотографии.

Джеральд поспешно поднял глаза – и попал из огня да в полымя: полную грудь Сью туго обтягивал тонкий черный свитер. Груди так и круглились под тонкой шерстью, словно просили: «Потискай нас!», – а тонкую талию, казалось, можно было обхватить двумя пальцами. Словом, Сью была… во всеоружии. Джеральд сглотнул.

– Наконец-то! – Она схватила его за руку и втащила в квартиру. – Иди сюда, я покажу тебе готовую кровать!

Не хочу я смотреть на кровать! – мысленно взвыл Джеральд. Готова? Отлично, идем – к черту, к дьяволу, только подальше от этой трижды проклятой кровати!

Но Сью уже ввела его в полутемную гостиную – именно туда, куда он так не хотел идти.

Она взяла его за руку – впервые – и прикосновение ее, теплое и мягкое, потрясло Джеральда, словно электрический удар. Но даже прикосновение руки Сью не могло сравниться с тем, что увидел Джеральд в гостиной.

На подоконнике, на коробках, на стойке, отделяющей комнату от крошечной кухни, – везде трепетали огоньки свечей. Углы комнаты прятались во тьме, зато кровать посреди гостиной виднелась во всем своем великолепии. И Джеральд смотрел на нее – смотрел во все глаза, словно слепой, к которому чудом вернулось утраченное зрение.

Сью повесила-таки полог. Тяжелая драпировка цвета слоновой кости пышными складками нависала над постелью, придавая кровати вид шатра. А за драпировкой – волны греховно-черного атласа, горы подушек, гостеприимно откинутое одеяло…