Саманта Такер - Тот, кто любит

А завтра придут люди, чтобы помочь ей расставить мебель, которая уже привезена и с трейлера сгружена прямо в вестибюль особняка Хорстов. И помощников надо будет накормить. Их явится много, в этом ей тоже повезло: почти все семейство Сайзмуров во главе со Стэном. Гейл улыбнулась при мысли о старом друге.

Около полок с хлебом молодая женщина стала притормаживать тяжелую тележку, что, наверное, было так же непросто, как притормозить двухэтажный автобус фирмы «Бритиш Лейланд». Отец сегодня работает, и ребят не с кем было оставить. Не могла же она привести их в полицейский участок, чтобы Стэн присмотрел за ними. У него и так дел хватает, надоедать ему нельзя.

Прошло уже три недели, как она вернулась домой, а только сейчас начала заново привыкать к городу, где прошло ее детство. Сначала Гейл думала, что встретиться со старыми друзьями и возобновить прежние знакомства будет легко. Но теперь постоянно чувствовала в себе мучительную неуверенность. Ведь сама, кроме как с Келли, которой отправила пару писем вскоре после отъезда отсюда, так ни с кем и не пыталась поддерживать связь. И теперь было бы глупо рассчитывать, что кто-то из прежних друзей захочет с ней знаться.

— Нет, Ли Энн, — сказала она. — Не надо так сильно прижимать к себе хлеб!

— Он такой мягкий, мамочка.

Отобрав батон у дочери, Гейл положила его в нижнее отделение тележки, предназначенное для крупных товаров, и быстро пробежала глазами список продуктов, что составила дома.

— Кажется, все. Поехали к кассе.

— Да, да, поехали, поехали! — радостно отозвались дети.

Стоявшая за кассой Оливия Тингл Бейли помогла Гейл выложить содержимое тележки на прилавок. Она и ее муж заведовали супермаркетом с тех пор, как умер старый мистер Тингл. Сколько Гейл помнила, этим магазином всегда заведовал кто-то из Тинглов.

При виде близнецов, Оливия притворно сощурилась.

— И в каком же отделе у нас продаются такие очаровательные малыши?

— Это мои, миссис Бейли, — объяснила Гейл. — Ли Энн и Риччи.

— Как похожи на свою маму. — Привычно пробежав по кнопкам пальцами, кассир набрала стоимость товара и оценивающе взглянула на Гейл. — Слышала, ты вернулась.

Не было сомнений, что она осведомлена о гораздо большем. Миссис Оливия Бейли Тингл жила сплетнями, циркулировавшими в Хартлпуле под видом местных новостей. Гейл изобразила улыбку.

— Да, вернулась.

— Навсегда?

— Поживем — увидим, — уклонилась Гейл от прямого ответа.

— Слышала, ты собираешься жить в доме Дороти Хорст, — продолжала выпытывать Оливия.

Ну как же Гейл могла забыть, что сплетни здесь распространяются со скоростью света.

Продолжая улыбаться, она утвердительно кивнула.

— Не боишься приведений?

Она хотела было ответить, но беседу вместо нее продолжил выросший словно из-под земли Стэн.

— Говорят, там живет всего лишь одно приведение, миссис Бейли. А впрочем, допрос с пристрастием здесь могу проводить только я или начальник полиции Майлз.

Гейл с удивлением оглянулась. Молодой человек принялся складывать покупки в пакет.

— Привет, Стэн.

— Привет, Стэн, — попугаями отозвались близнецы.

Он кивнул в ответ и подмигнул детям.

— Это вовсе не допрос, — попыталась оправдаться Оливия. — Просто интересуюсь по-соседски.

Помощник полицейского взглянул на сумму, высветившуюся на кассовом аппарате.

— Тогда сделайте леди десятипроцентную скидку, — предложил он. — Думаю, это как раз по-соседски.

Подведенные черным карандашом брови миссис Бейли взлетели вверх. Укоризненно глядя на Стэна, пожилая женщина произнесла:

— Пятипроцентную, так и быть. Только в этот раз.

— Идет, — вмешалась в разговор Гейл, и, пока кассир не передумала, достала из сумки кошелек.

— Рада была снова тебя увидеть, — прокричала Оливия, когда, расплатившись, Гейл и Стэн направились к выходу.

— Я тоже, миссис Бейли.

Всю дорогу до двери, она чувствовала на себе немигающий взгляд кассирши.

— Ты у нас герой! — пошутила Гейл, когда все четверо оказались на улице.

Стэн расплылся в улыбке.

— Да, я здесь местный супермен, — бросил он небрежно в ответ.

— Как ты узнал, что мы в супермаркете?

— Проходил мимо, заглянул в окно и увидел твое храброе противостояние миссис Оливии.

Гейл не помнила собственного проявления особой храбрости. Она скорее ощущала себя редким насекомым, которое разглядывают под микроскопом. И ей очень хотелось надеяться, что для Оливии это не было также очевидно.

— Просто я знаю, все, что я бы ей ни сказала…

— Сегодня вечером будет обсуждать почти весь город, — закончил за нее Стэн.

Несомненно, факт, что он пришел ей на помощь, тоже будет обсуждаться. А известие о том, что молодая женщина вернулась без мужа и с двумя детьми, продержится на первом месте среди местных сплетен еще несколько месяцев. Именно поэтому Стэну хотелось оградить ее от городских пересудов в кругу своих родственников.

Направляясь к машине Гейл, он взглянул на Риччи. Мальчик закрыл лицо руками, потом снова убрал ладони с глаз, довольный тем, что большой и сильный мамин друг обратил на него внимание.

Молодая женщина заметила этот обмен взглядами. Ее сердце сжалось. Она понимала, что Риччи не хватает мужского общения.

— Он скучает по отцу, — сказала она Стэну. — Я думала, что в этом возрасте сын еще ничего не понимает, но это не так. Риччи нужен образец для подражания.

Она немного помолчала, потом добавила:

— Если ты не очень занят, может, поиграешь с ним?

Она умоляюще, с надеждой посмотрела на Стэна. Когда она так на него смотрит, он готов сразиться с огнедышащим драконом или поменять местами северный и южный полюса Земли. Но ей-то нужно всего лишь, чтобы он позанимался с ее сыном. Такой пустяк!

— Конечно. Что тебе больше нравится, Риччи? Бейсбол, футбол, карты?

— Стэн…

— Шучу. Или, может, ты заядлый рыбак?

На каждое предположение мальчик отрицательно качал головой. Стэн бросил взгляд на красивую разноцветную коробку, выглядывавшую из сумки с продуктами.

— А-а, ты, наверное, большой сластена. Любишь шоколадное мороженое?

На этот раз белые кудряшки весело запрыгали вверх-вниз.

— Ага. А еще я люблю ванильное мороженое.

— А я люблю клубничное, — вставила Ли Энн.

— Ты говорила, она у них главная? — спросил Стэн.

Гейл сама не поняла, почему ей было так приятно услышать его вопрос. Может, потому, что он выдавал неподдельную заинтересованность ее приятеля в детях, которой они так и не дождались от родного отца.