Сьюзен Джонсон - Понравиться леди

– Я уже сказала ему, что не собираюсь с ним спать.

–И?

– Он был чрезвычайно вежлив.

– Но лжив?

– Да. И все же я не стану с ним спать.

– Даже за английский титул? – с улыбкой осведомилась Амелия.

– Особенно по столь меркантильной причине. Я люблю свою свободу. Она мне милее всего.

– Благодаря Джонни Карру, –пробормотала Амелия.

– Да, – усмехнулась Роксана. – Он защитил меня от всех остальных после смерти Килмарнока. В ответ я сделала то же самое, когда его стали осаждать незамужние женщины.

– Очень удобная дружба.

– И приятная. Если поклонники станут уж очень сильно мне досаждать, Джонни с ними поговорит.

– Дипломатическое предупреждение от лэрда Равенсби неизменно производит сильнейшее воздействие, – сардонически бросила подруга. – Или теперь эта роль перешла к Робби?

– О, он не станет довольствоваться столь скромной ролью, – вздохнула Роксана. – Он хочет быть больше, чем любовником. И одна из самых сложных моих проблем заключается в том, что он ничего не желает понимать. Я вовсе не уверена, что мечтаю снова выйти замуж. Вдовство дает почти полную свободу! И разве он сумеет стать отцом моим детям?

– Хочешь сказать, что вы не сможете убежать от всех и жить лунным светом и страстью?

Роксана с сожалением усмехнулась:

– Приходится каждый день иметь дело с гувернерами, няньками, уроками верховой езды и танцев... и детьми, которые стараются провести со мной каждую свободную минуту. И если уж быть до конца честной, я не уверена, что вихревая энергия и бурный характер Робби Карра не внесут хаоса в мою упорядоченную жизнь.

– Неужели твоя практичность сможет устоять против его непреодолимого обаяния? Дамы выстраивались в очередь к Робби с тех пор, как ему исполнилось шестнадцать. И я слышала, он очень-очень хорош, – игриво промурлыкала Амелия.

– Не смотри на меня так, – пробормотала Роксана, краснея. – И... да, он очень хорош. Но я надеюсь, что мою безумную страсть погасят все те серьезные обязательства, которые сейчас лежат на мне. Или по крайней мере я смогу до конца осознать огромную разницу в нашей жизни и характерах. Поэтому я буду очень благодарна, если ты ненадолго увезешь детей. Робби не желает быть благоразумным. Он не понимает значения этого слова. И поскольку шпионы Куинсберри снуют повсюду, моим детям грозит опасность.

– Не представляю, что Робби Карр способен спокойно уйти, не слушая твоих доводов.

– Пойми, я боюсь еще и того, что его убьют из-за меня. Знаешь ли ты, что прошлой ночью он хотел сразиться с солдатами Куинсберри и спасти меня, подобно благородному рыцарю? Единственное, что убедило его уйти, – это напоминание о моих детях.

– Полагаю, человека, вернувшегося в Шотландию после того, как его объявили вне закона, вряд ли можно назвать осторожным.

– Что ставит меня в самое неловкое положение: между молотом и наковальней, то есть между Куинсберри и Каррами, – расстроенно пробормотала Роксана. –Я бы предпочла подождать, пока судебный процесс Карров не завершится. Чтобы им не грозила смерть. Чтобы они больше не были изгоями. Робби заявляет, что они вернут поместья к осени. Не правда ли, есть смысл подождать?

– Здравый смысл незнаком Каррам?!

– Вот видишь! – в отчаянии воскликнула Роксана. – Что мне делать?!

– Держать Аргайлла на расстоянии. Не дать Робби ступить на путь саморазрушения. Нейтрализовать все усилия Агнес уложить тебя в постель Аргайлла. И пытаться сохранить рассудок, – усмехнулась Амелия. – Прости, дорогая, но такова горькая правда.

– И любая хорошо воспитанная леди могла бы выполнить все это, не нарушая своего светского расписания, – смеясь над чудовищной глупостью предложения Амелии, ответила Роксана. – Что, кстати, заставляет вспомнить о сегодняшнем ужине у Кэтрин. Полагаю, она по-прежнему преследует Аргайлла.

– О, дорогая, она полна решимости затащить его в постель.

– По крайней мере у меня вовсе не скучная жизнь, – простонала Роксана.

– Если не считать сегодняшнего ужина у Кэтрин, – сухо поправила Амелия.

– Лучше смеяться, чем плакать над абсурдностью сегодняшнего вечера. А Хэддока, как всегда, убрали с дороги? – спросила она, имея в виду мужа Кэтрин.

– Я слышала, он в Абердине, – сладким голоском сообщила Амелия.

– Кое-что никогда не меняется! За кем она гонялась в последний раз? Я забыла.

– За Дандоналдом. Неужели не помнишь? Она всю ночь говорила о шотландских коровах, словно торговец скотом.

– О Господи, ты права! – засмеялась Роксана – Я действительно помню, как она перечисляла цены на разные породы. Спасибо, Мели, это так уморительно! – Она поцеловала невестку в щеку. – И спасибо за то, что выслушала мои жалобы.

– В который раз, – поддела подруга.

– По-моему, я тоже тысячу раз выслушивала твое нытье относительно пристрастия Дэвида к охоте, – весело парировала Роксана.

– И это мне за то, что я постоянно помогаю улаживать твои неприятности с поклонниками?! – включилась Амелия в дружескую перепалку.

– Нежелательными поклонниками, – подчеркнула Роксана.

– Верно, но на этот раз все по-другому, так? – с неожиданной серьезностью спросила Амелия.

Роксана кивнула, вспомнив все трудности и опасности, которые поджидают ее впереди.

– Боюсь, на этот раз дело не в том, чтобы тактично отвергнуть ухаживания поклонника. Все ужасно запутано... и так странно снова любить после стольких лет! – Она попыталась улыбнуться, но губы дрогнули. – Мне не стоило бы волноваться из-за этого. Женщине, похоронившей двоих мужей, следовало бы усвоить кое-что насчет самоотречения и сдержанности. Я думала, так оно и есть. Думала, что больше не восприимчива к подобным чувствам.

– Но ты еще совсем молода, Рокси. И почему бы тебе не испытывать к кому-то чувства?

– Почему я не могла выбрать кого-то безопасного и надежного? – грустно усмехнулась Роксана.

– А по-моему, это он выбрал тебя, и ты очень долго противилась любви. Не уверена, что ты всегда сможешь управлять событиями своей жизни. Оставайся в полной безопасности с Куинсберри, но не отказывайся от любви, – мягко предложила Амелия.

– Я не могу иметь все, о чем ты говоришь, – объявила Роксана с легкой улыбкой.

– К сожалению, это сознаешь, только став взрослым человеком. Но тут есть свои преимущества... как, например, любовь Робби Карра.

Глаза Амелии азартно блеснули.

- Ты всегда умеешь успокоить меня, дорогая Мели, – благодарно выдохнула Роксана, так нуждавшаяся в ее доброте и сочувствии. – Спасибо тебе, и спасибо за то, что увозишь детей от всех неприятностей.

– Ты бы сделала для меня то же самое или больше, – ответила невестка, вспомнив, как Роксана помогла ей пережить смерть ее дочери Шарлотты от оспы.