Джуди Лоусон - Забери мою судьбу

— Не хочу больше быть одна, — неожиданно заплакала миссис Джефферс.

— Ты не одна. У тебя есть я и Ханна. — Сьюзен обняла мать, а Ханна, видя трогательную сцену, внезапно подняла пронзительный крик.

— Не плачь, куколка моя. Бабушка с тобой, — бросилась к ней миссис Джефферс.

— Вот видишь, мама. Не это ли самое правдивое подтверждение моих слов?

11

— Доброе утро, — услышала Сьюзен на другом конце телефонного соединения голос Стивена, и ее сердце провалилось куда-то вниз живота. — Как дела?

— Доброе утро, все отлично, — эхом отозвалась она.

— Ты готова? Я уже у твоего дома. Хочешь, я поднимусь и помогу тебе вынести вещи?

— Нет, — испугалась Сьюзен. — Я уже собиралась выходить, — солгала она. — У меня мало вещей и сумка совсем не тяжелая, я буду через минуту.

— Отлично. Жду.

Сьюзен в спешке засунула ноги в ботинки, руки в рукава куртки и натянула шапку. Потом поцеловала на прощание маму и Ханну и, схватив сумку, выскочила из квартиры. Пока лифт опускал ее на первый этаж, Сьюзен перевела дух и заставила себя дышать ровнее. Ни к чему показывать Стивену свое волнение, тем более что его, этого волнения, практически и нет. Как всегда бывает, когда человек после мучительных раздумий приходит к какому-то решению, в душе разливаются спокойствие и благодать. Так было и со Сьюзен. Как только она решила согласиться на предложение Стивена, ее нервы успокоились и она больше ни о чем не тревожилась. Неожиданный звонок Стивена и его предложение зайти в квартиру вывели ее из равновесия ненадолго.

Как и накануне у кафе, Стивен притянул Сьюзен к себе и поцеловал, одновременно забирая из ее рук сумку.

— Садись в машину Я только положу вещи в багажник и присоединюсь к тебе, — сказал он как-то очень мягко и нежно, и она вновь сравнила его с Кевином.

Кевин никогда не повышал голоса, но всегда говорил тоном, не терпящим возражений, словно знал все на свете и в силу своих знаний и жизненного опыта требовал неукоснительного подчинения. Сьюзен мысленно сразу же отругала себя за неуместное сравнение и за то, что идея сравнивать двух мужчин вообще пришла ей в голову.

— Удобно устроилась? — спросил Стивен и завел мотор.

— Да. Как хорошо здесь пахнет! Что это — зеленое яблоко?

— Знал, что тебе понравится. С детства люблю аромат яблок, — улыбнувшись чарующей улыбкой, признался Стивен.

— Не поверишь — я тоже.

Всю дорогу они оживленно болтали о подобной ерунде, весело смеялись и чувствовали себя озорными подростками, вырвавшимися на свободу из-под опеки родителей. Так же веселясь и дурачась, они вместе махали лопатами, прочищая дорожку к дому. Снега нападало так много, что полсотни метров казались бесконечно длинными.

— Мне как-то в голову не пришло, — признался Стивен, — приехать и заранее очистить дорожку от снега.

— Всего нельзя предусмотреть, — подбодрила его Сьюзен. — Прокопаемся как-нибудь, — хихикнула она и упала в сугроб.

Стивен бросился поднимать ее и сам, застряв в глубоком снегу, упал рядом.

— Я жутко устала и, наверное, уже не смогу подняться, но мне безумно хорошо, — тихо сказала Сьюзен, устремив взгляд в чистое голубое небо.

— И мне хорошо. — Стивен смахнул с ее шапки налипший снег и, заглянув в горящие глаза, накрыл ее рот своим.

От страстного поцелуя тело Сьюзен загорелось огнем. В холодном снегу ей вдруг стало нестерпимо жарко.

Поцелуй Стивена был долгим и пьянящим. Когда он оторвался от губ девушки, оба едва не задохнулись от переполнявших их чувств.

— Надо вставать, — тихо произнес Стивен, все еще не отстраняясь от Сьюзен, — ты можешь простудиться.

Он тяжело поднялся из сугроба и помог встать ей.

Вход в дом был всего в нескольких шагах, и остаток дорожки они очистили быстро.

— Сьюзен, заходи скорее в дом. Я быстро растоплю камин и перенесу вещи из машины. Тебе надо переодеться, — мягко командовал Стивен, но она и не собиралась протестовать. Ей была очень приятна его забота.

Около камина были предусмотрительно сложены сухие дрова, и всего через несколько минут огонь весело выплясывал свой причудливый танец, оживляя лом и наполняя его теплом.

— Вот твои вещи, скорее надень сухое белье. Я тоже переоденусь.

Сьюзен схватила сумку и почти бегом побежала в ближайшую спальню. Быстро переодевшись и развесив промокшие вещи, она спустилась в гостиную, где уже вовсю хозяйничал Стивен.

— Садись ближе к огню, я подвинул тебе кресло, — продолжал он раздавать приятные указания, проворно выкладывая из сумки запасы продуктов.

— Ты решил здесь зазимовать? — рассмеялась Сьюзен, взирая на растущую гору продуктов.

— Я не знал, что ты любишь, поэтому брал наугад, — улыбнулся Стивен. — Хотя идея хорошая. До конца зимы как минимум месяц, и я с удовольствием оставлю тебя здесь заложницей и останусь сам. Как ты на это смотришь?

— Пока не знаю. Подумаю. Если ты не заставишь меня сегодня вставать на лыжи, то шансов у тебя больше.

— Ты не хочешь кататься на лыжах?! — наигранно-возмущенно воскликнул Стивен. — Мы же за этим сюда приехали. Обманщица. Затащила меня в глушь и отказываешься выполнять обещание.

— Я не могу, — смеялась Сьюзен. — Все мои силы остались на дорожке к дому.

Очень быстро на затерянный в глухом месте дом надвигались сумерки. Пока Сьюзен и Стивен распаковывали вещи, а потом, сидя на полу у камина, перекусывали, день склонился к вечеру и ни о какой долгой прогулке, тем более о катании на лыжах не могло идти и речи. Все же с полчаса они постояли на улице, пьянея от чистого воздуха, пропитанного запахом хвои, и от присутствия друг друга. Сьюзен мечтательно взглянула на небо, где, словно мириады бриллиантов, рассыпались звезды.

— Надо же, я никогда не видела таких ярких звезд! — удивленно воскликнула она.

— Да, в оживленном даже в ночные часы городе они выглядят иначе, мельче и тусклее.

— Хорошо здесь.

— Мне тоже хорошо, особенно когда рядом ты, — сказал Стивен, взяв руки Сьюзен в свои.

В ответ на такое признание она покраснела так, что даже в темноте он увидел, как пылают ее щеки.

— Мне нравится, как ты смущаешься. Мне нравится в тебе все — ты мне очень нравишься.

Сьюзен подняла голову и посмотрела на Стивена. Ее глаза блестели во сто крат ярче ночных звезд. Он очертил пальцем нежный овал ее лица и дотронулся до губ. Чувственные губки приоткрылись, словно приглашая к поцелую, и Стивен с наслаждением впился в губы Сьюзен долгим и страстным поцелуем.

— Пойдем в дом? — почти неслышно, одними губами проговорил он, когда наконец смог оторваться от нее, и она согласно кивнула головой в ответ.