Марти Джонс - Очарование

— Ну, я уверена, что шишки не исчезли, но масло и чеснок будут смягчать их, и, в конце концов, они рассосутся. Я сказала ей, чтобы она перестала носить тесную обувь.

— Когда я видела ее, на ней были старые башмаки Генри с двумя парами носков, — рассмеялась Мэгги.

— Отлично, для нее это самое лучшее.

Бренди отпила еще кофе и медленно подбирала слова, чтобы объяснить причину своего приезда к Мэгги Беллоуз.

— Я думала…

— Я не знала…

Обе женщины заговорили одновременно, рассмеялась и замолкли.

— Говорите, — подбодрила Бренди. Мэгги на миг уставилась в пустую чашку, потом посмотрела в глаза Бренди блестящими от непролитых слез глазами:

— Я думала, вдруг в вашем смешном фургоне есть какое-нибудь чудесное лекарство, которое поможет моему Дэви.

— Я не творю чудеса…

— Конечно, у меня нет денег заплатить вам, даже если бы вы творили. Но я сильная и ловкая и по-настоящему хорошая портниха. — Она бросила взгляд на свое поношенное платье и тихо добавила: — Если бы вы купили хорошую ткань…

— Не знаю, смогу ли я помочь Дэви. Я никогда не лечила никого с такой болезнью.

Бренди увидела, как лицо Мэгги превратилось в маску отчаяния, и тронула ее руку.

— Но лечила моя мать, и у меня сохранились ее записи и рецепты лекарств. Плюс я слышала кое-что, когда мы проезжали по Вичиту, и записала. Я бы хотела попытаться, если вы не возражаете и если понимаете, что это может и не помочь.

— Я бы попробовала любое средство прямо сейчас. Док говорит, что я должна отослать его в Оклахома-Сити, в тамошний сумасшедший дом. Но я просто не могу этого сделать. Я буду тосковать по нему, и Даррел тоже. Они близнецы, знаете ли. О, они не очень похожи, но это потому, что Дэви с рождения слабенький. Если мы отошлем его, это просто убьет нас обоих.

— Тогда нам нечего терять, правда? У меня в фургоне есть все, что надо для лечения. Вы не поможете мне принести все сюда? Я расскажу и покажу вам все, что необходимо знать.

Мэгги взяла ее за руку, когда Бренди поднялась.

— Насчет денег…

— Позвольте мне самой побеспокоиться об этом. Я могла бы поймать вас на слове и попросить сшить мне платье. — Бренди потрогала ткань своей светло-зеленой юбки и поморщилась. — Не думаю, что хорошо выгляжу в этой одежде.

Она не добавила, что по сравнению с дамой шерифа чувствует себя дешевой побрякушкой рядом с жемчужиной. И столкновение с ним поколебало ее уверенность в себе. Бренди не сознавала этого вплоть до сегодняшнего утра, когда вдруг обнаружила, что ей хочется посмотреться в зеркало.

Мальчики лежали на койке Дейни в фургоне, разглядывая сокровища, которые девочка хранила в старой коробке из-под сигар. Когда женщины вошли в фургон, Бренди заметила, как Дейни схватила что-то с койки и спрятала в карман юбки. Когда Бренди встретилась глазами с виноватыми глазами сестренки, ее охватило дурное предчувствие.

Опасаясь, что Дейни украла еще одну безделушку, Бренди поклялась сурово поговорить с ней, как только сможет. Не сейчас, когда рядом были Мэгги и мальчики, разговор придется отложить, пока они не останутся одни в фургоне.

— Мы немного побудем в доме, Дейни, — сказала Бренди, скрывая свое неудовольствие. — Почему бы тебе не распрячь Сол?

— Хорошо, Бренди, — отозвалась девочка, пулей вылетев из фургона. Страстное желание Дейни быть от нее подальше подтвердило догадку Бренди о вещице, которую сестра спрятала при их появлении.

Бренди сняла несколько банок и бутылок с полок и передала их Мэгги. Потом она вышла и, с помощью Дейни опустив платформу, взяла остальные нужные ей травы.

Вернувшись в дом, она стала учить Мэгги готовить лекарство из трав и порошка корня аира. Дейни занимала мальчиков лошадью, фургоном и тем украденным сокровищем, которое прятала в кармане. Бренди и Мэгги улыбались по-матерински, слыша взрывы детского смеха.

Бренди открыла маленький мешочек и отмерила в деревянную коробочку несколько порций желтовато-коричневого порошка.

— Это пивные дрожжи, я узнала про них в Вичиту. Кладите по две столовые ложки в молоко Дэви два раза в день.

Бренди увидела растерянность на лице Мэгги и слишком поздно вспомнила, как женщина говорила ей, что у них нет молока.

— Не волнуйтесь, — сказала она, пытаясь замять неловкость. — Что-нибудь придумаем.

Потом они приготовили сироп из меда и толченых долек чеснока. И, наконец, приготовили смесь из чесночного и оливкового масла с черными и синими каулофилмомами, кувшинками и вербеной. Смесь положили в банку с широким горлом и залили водкой. Бренди объяснила, что лекарство должно настаиваться две недели, потом его надо процедить, вылить в бутылку и капать несколько капель в уши мальчику каждый вечер.

Именно пустая водочная бутылка было первое, что бросилось в глаза Адаму, когда он подошел к двери развалюхи.

— Хелло, шериф, — сказала Мэгги, заметив, что тот стоит в узком дверном проеме. — Не войдете?

Рука Бренди дрогнула, и несколько капель чесночного масла капнули на скатерть. Она медленно закрыла бутылку и повернулась к человеку, который унизил ее и во многом лишил уверенности в себе.

— Шериф… — холодно произнесла она.

— Я удивился, увидев здесь ваш фургон, — сказал он, отбрасывая любезность. — Я считал, что дал ясно понять, что хочу, чтобы вы уехали.

Бренди твердо встретила его гневный взгляд, которым он сверлил ее, но долго не могла собраться с мыслями.

— Бренди предложила помочь Дэви, — вмешалась Мэгги, чувствуя напряженность между молодыми людьми. — Ну не чудесно ли это?

Адам окинул глазами бутылки и коробочки, в беспорядке расставленные на столе. Губы его вытянулись в жесткую линию.

— Как Дэви? — спросил он.

— О, сегодня замечательно. Немного усталый и расстроенный, но это нормально после такого тяжелого приступа, который приключился с ним вчера.

Адам кивнул и снова обернулся к Бренди:

— Могу я поговорить с вами на улице, мисс Эштон?

— Мы вообще-то заняты сейчас. Вам придется подождать…

— Нет, сейчас.

Мэгги коснулась руки Бренди:

— Я закончу сама.

Бренди не очень-то нравилось подчиняться надменному шерифу, но ей не хотелось устраивать сцену перед своим новым другом. Дав несколько коротких указаний Мэгги, она вытерла руки о кусок холщовой тряпки и поправила юбку.

— Хорошо, шериф.

Он отступил, и Бренди протиснулась мимо него, выходя на крыльцо. Она остановилась у столбика, но, когда повернулась к нему, он взял ее за руку и завел за угол дома.

— Чем, черт побери, по-вашему, вы занимаетесь, вы, лживая маленькая плутовка? — прорычал он, мертвой хваткой вцепившись в ее локоть.