Ронда Грей - О самом главном

— Да, мы не знакомы лично, но кое-что о вас я слышала. Уж не та ли вы мисс Олдфилд, которую прямо перед алтарем оставил Патрик Керр?..

3

— Эстер!..

— Нет, не надо мне ничего говорить. Максимум завтра утром я хочу покинуть этот дом. А как только доберусь до офиса, я заявлю мистеру Коллинзу, что заниматься вашими делами не намерена, даже если это будет стоить мне места.

Билл Картер закрыл дверь и проследовал на середину спальни. Это была большая, старомодно меблированная, но удобная комната. Особенно впечатляла огромная кровать на толстых ножках. Перед камином стояли два кресла-качалки. Вся мебель казалась слишком тяжелой и солидной. Вторая дверь вела на террасу.

Во дворе мерно гудел генератор, снабжавший электричеством все хозяйство.

— Эстер, я хочу извиниться за поведение моей сестры, — ровным голосом произнес Уильям.

— А что тут извиняться! Что произошло, то произошло, — резко ответила Эстер. — Я только не понимаю, почему все считают своим правом совать нос в мои дела? И кому какое дело, чем я занимаюсь?

— Но это не моя вина, что вы такая красивая, а занимаетесь работой, как будто специально предназначенной для желчных престарелых мужчин.

— Вы бесспорно виноваты в том, что заслужили репутацию, которая отбрасывает тень на любую вашу спутницу. Женщина рядом с мистером Уильямом Картером заранее считается чуть ли не падшим созданием. Или в лучшем случае — любовницей означенного мистера.

— И что из этого? Ведь вы-то можете подняться над сплетнями. Мисс Олдфилд вполне достойно дала отпор Софии, заявив, что лучше провести ночь в компании со змеей, чем с ее братцем. И потом, мы же никому не станем рассказывать о событиях той ночи, которую вы окрестили «коротким замыканием».

— Я ненавижу вас, — тихо и раздельно проговорила Эстер. И неожиданно для себя села на кровать. — Думаете, мне будет приятно, если ваша сестра, знакомя меня с гостями, каждый раз будет приговаривать: это та самая девушка, которую бросил Патрик Керр? И вообще, где ее воспитывали?

— Эстер…

— Если вы предполагаете, что я собираюсь разделить с вами постель, то вы сумасшедший, мистер Уильям Картер!

— Ну-ну успокойтесь. Ни на что подобное я не рассчитываю. Уж найду себе для ночлега какой-нибудь закуток…

— Это ваша проблема. Учтите, я по-прежнему не намерена задерживаться здесь.

На глаза Эстер набежали слезы, и она отвернулась от собеседника.

— И причина в том, что окружающие все равно будут считать, что мы спали вместе, так? — холодно поинтересовался он.

На лице Эстер были написаны отчаяние и брезгливость.

— Хорошо, хорошо, я виноват, — проговорил мужчина, а потом, тяжело вздохнув, присел рядом с ней. — То, что сказала София, непростительно, и я полностью оправдываю вашу реакцию на ее идиотскую выходку.

Эстер собрала все свои силы, пытаясь укротить подступившие к горлу рыдания.

А Уильям продолжал:

— Она поступила глупо, но не надо из-за этого ставить под угрозу вашу работу. Кстати, тогда в ресторане парень, на которого вы так выразительно смотрели, это и есть Патрик Керр?

Эстер удивленно взглянула на говорившего. Она и не подозревала, что Картер подметил обмен взглядами между ней и Керром.

Уильям рассмеялся, но совсем не зло.

— Когда дело касается вас, у меня, кажется, появляется сверхчувствительность.

Расстроенная женщина тихо призналась:

— Да, это был он.

— И он все еще так магнетически действует на вас?

— Я… — Она запнулась и вздохнула. — Думаете, просто забыть подобную обиду?

— По-моему, так поступить мог только сумасшедший!

— Вам не следует… Вы его не знаете и меня, кстати, тоже, мистер… Билл. Поэтому не стоит комментировать ситуацию, к которой вы не имеете никакого отношения.

— Согласен. Просто мне очень хочется узнать вас получше. Но мой совет: постарайтесь не думать о больном и перестройте ход своих мыслей.

— Мне нечего перестраивать, — зло заметила Эстер.

— Зря вы пытаетесь морочить мне голову.

Тут в ее глазах мелькнул озорной огонек.

— Я докажу вам это.

— Я же не пробую убедить кого-нибудь, что вы моя девушка. — Уильям мягко погладил ее по руке и встал. — София, кстати, вовсе не злюка. Обещаю вам, что она больше не скажет подобной глупости. И помните, что я всегда рядом. Кстати, ужин будет готов примерно через полчаса. Я зайду за вами.

Эстер посмотрела ему вслед. Ох, девушка, поберегись. Тебе ничего не стоит угодить в силки, которые он расставил. От сознания собственного бессилия она заскрипела зубами.

Эстер с удовольствием обнаружила, что рядом со спальней оборудована современная ванная комната. Приняла душ, надела очень изящное платье из прохладного шелка.

Солнце уже село, и сразу стало прохладно. Эстер собрала волосы в пучок, подвязав их зеленой лентой, они отливали золотом в лучах заходящего солнца. Туфли были под стать платью, легкие, элегантные. Духи выбрала прежние — коллекционные французские.

Слоняясь по комнате в ожидании Уильяма, она обнаружила несколько прелестных безделушек из фарфора и серебра. Раздался стук в дверь, и почти сразу появился Билл. Он не без удивления оглядел гостью.

— О, вы уже готовы!

Их взгляды скрестились. Мужчина и женщина смотрели друг на друга с нескрываемым любопытством, как будто впервые встретились. Взаимное доброжелательное любопытство, не является ли оно основой для взаимного доверия?

Эстер ответила утвердительно на этот, только что возникший у нее вопрос. Нет, все-таки просто невозможно не поддаться обаянию этого Билла Картера — он был таким большим и восхитительно красивым в голубых морских брюках и легком свитере, напоминавшем тельняшку.

Так хотелось оставаться спокойно объективной: да, красив, однако не только в этом сила его воздействия. Умен? Безусловно. Да разве Билл первый умник, встретившийся на ее пути? И тут вмешалось тело, заявив свое субъективное право судить о стоящем рядом мужчине. Ее бедра вспомнили дразнящее тепло его властных рук. Ее рот ощутил будоражащее прикосновение нетерпеливых губ. А мощь торса, упругость мышц — она их чувствовала сейчас, будто все еще длилось то, давнее объятие.

— Ну и как я вам? — улыбнулся он.

— Никак! — сухо проговорила Эстер, возвращаясь к действительности. — Можем идти.

Билл улыбнулся и предложил опереться на свою руку, сказав:

— Доверьтесь мне, я ваш провожатый в этот неведомый для вас мир. Не боитесь, а вдруг такое наше появление скомпрометирует вас как счетного работника?