Прощай - Виктория Лукьянова

Но мне нельзя так рисковать. Я не могу. Ведь теперь я не одна.

Кладу руки на округлившийся живот. Артем смотрит на мои ладони. Уже не спрячешь, хотя я все это время тщательно берегла тайну. Ночь с последствиями. Вот что бывает, когда позволяешь себе рисковать.

– Видимо, да, – как-то грустно отвечает Артем, продолжая сверить взглядом мой живот.

– Могу облегчить задачу, – усмехаюсь, чувствуя, что мне удалось его обыграть. Хотя бы чуть-чуть. – Да, твой.

Артем прикусывает губу. А потом шумно выдыхает. Я вижу, как он расслабляется, плечи и спина больше не напряжены. Он опускает голову и прикрывает лицо ладонью. Растирает кожу, вновь выдыхает и смотрит на меня каким-то иным взглядом. Так как не смотрел никогда.

– Я думал, что его.

– Возможно, я и похожа на идиотку, раз не замечала измен мужа у себя под носом, и это касается всех измен, но на такое я точно не пойду, – пожимаю плечами, а внутри чувствую, как ликую. Все лучше, чем я могла бы представить. Все определенно лучше. – Не беспокойся, никто не узнает про наш маленький секрет. Это тебе не повредит.

Артем на миг морщится, а после отмахивается.

– Я ушел.

– Что?! – Если сказать, что я шокирована, то значит, ничего не сказать. – Как? То есть почему?

Он кисло улыбается.

– Устал играть в шпиона. Оказывается, я многое упускаю.

И я его взгляд вновь скользит по мне. Кожа покрывается мурашками. Прикусываю губу, сдерживая тихий всхлип. Чертовы гормоны до сих пор не дают мне покоя.

– Будет сложно.

– Я знаю.

– Готов?

Он кивает.

– Если простишь. Ведь из-за меня у тебя было столько проблем.

Отрицательно качаю головой.

– Не из-за тебя. Ты же знаешь.

Артем угрюмо молчит.

– Ладно, иди сюда.

Я двигаюсь, чтобы уступить ему место рядом с собой на диванчике. Артем медленно поднимается, обходит стол и присаживается рядом. Его губы касаются моего виска нежно и как-то по-особенному. Так у нас еще не было, но клянусь, мне очень нравится. Прижимаюсь к нему, вдыхая приятный аромат парфюма и зимы. Кладу руку в его ладонь, наши пальцы переплетаются.

– Так уж и быть, прощаю.