Кэрол Дин - Летняя роза

— Вы опять меня не слушаете, Саммертон. Я говорила о своей преданности.

— Я знаю, но когда вы починили свои очки?

Она закатила глаза к небу.

— В субботу. Хеннесси заехал за мной и отвез меня к технику. Довольны?

— Надо было позвонить мне.

— Вы с ума сошли. Почему я должна была звонить вам?

— А почему Хеннесси?

— Потому, что он мой друг.

— Ну а я кто?

Ее губы задвигались, но ответила она не сразу.

— Хороший вопрос, Саммертон, очень хороший вопрос.

— И я хотел бы услышать ответ.

— Сейчас вы заказчик.

— И все?

Она посмотрела на него с опаской, как будто перед ней был человек, вооруженный до зубов.

— Хорошо, давайте посмотрим. — Она отложила вилку. — Вы заказчик, клиент издательства, человек, которого я хочу освободить от внимания назойливой женщины, человек, который предпочитает ни к чему не обязывающие связи, и очень большая язва, которую надо удалить.

Он засмеялся:

— Нет у меня никакой язвы.

Она улыбнулась безмятежно:

— Будет, Саммертон, будет. — И добавила: — Кстати, вы не отрицаете «ни к чему не обязывающие связи» из своей характеристики.

— Не могу.

Она глотнула воды.

— По крайней мере вы честны. Это уже что-то. — Рози произнесла это так, как будто это было не очень важно. Что-то наравне с привычкой мыть руки. Но правда заключалась в том, что он и сам не знал, чего хочет от Рози. За исключением того, чтобы повторить этот несчастный поцелуй на кухне.

Мэй принесла заказ, и остаток обеда они провели, обсуждая нейтральные темы. Их прерывали всего шесть раз, и не только Мэй. После обеда, когда они шли к офису, Рози спросила:

— Это всегда так? Так много людей приходят с вопросами к вам?

— Сейчас больше, чем обычно. Мой партнер уехал. — Как раз сейчас ему не хотелось думать о проблеме Кона Йорка, тем более говорить о нем. Поначалу они работали сообща, но постепенно Кент начал делать все больше и больше работы за Кона. Может быть, он вообще зря связался с Йорком.

Кент открыл дверь в офис, и они вошли. Внутри их ждал Грег.

— Рози, это Грег Нестор. Он наш тренер по гольфу. Он и Марлен смогут ответить на все ваши вопросы. Когда закончите, найдите меня. Я отвезу вас домой.

Она выпятила подбородок над «ошейником», как бы кивнула и, если он не ошибался, с трудом отвела от него глаза. Он решил сосредоточиться на своих проблемах и посмотрел на Грега.

— Позаботьтесь о ней, Грег. Я буду в своем кабинете. — Ему надо было сделать распоряжения насчет семейного обеда.

Рози позвонила ему в три, сказала, что сделала все, что планировала на сегодня, и он повез ее домой. Рози устала, но не хотела этого показывать. Так долго вне дома после операции она еще не была. Единственное, чего ей хотелось, — это добраться до дома и лечь.

Она посмотрела на Кента. Он в задумчивости морщил лоб. Она подавила желание разгладить его лицо, сжала пальцы.

— Кент, вы можете отвезти меня к врачу? У меня назначена встреча.

— Нет проблем. А как вы доберетесь домой?

— Позвоню Хеннесси.

— Нет.

— Извините?

— Я подожду, пока вы будете у врача.

Глава 6

— Но я обещала Хеннесси позвонить, когда освобожусь. Он ждет моего звонка.

— Я сам ему позвоню.

По выражению его лица было видно, что спорить бесполезно.

— Ладно, — согласилась Рози, — если хотите быть моим личным шофером, пожалуйста.

Она была недовольна и не пыталась это скрывать. Она не знала, что на уме у Кента, и это неведение раздражало ее. Рози надеялась, что Кент не принадлежит к разряду мужчин, у которых слово «нет» вызывает активную реакцию, потому что она не была к этому готова. Кровь ее закипала каждый раз, когда она смотрела на Кента. Даже то, что она была очень усталой и измученной, не гарантировало иммунитет. Спасти ее могла только сила воли.

Рози оставила его сидящим в приемной врача и просматривающим журналы. Внутри у нее все трепетало, когда, глядя на Кента, она представила себе его ожидающим свою беременную жену. Да, она была совершенно безнадежной.

— Вы молодец, Рози, — сказал доктор Уинтерз, — скоро мы снимем всю эту конструкцию.

Он вышел вместе с ней в приемную, где ждал Кент.

— А до тех пор будьте осторожны и не делайте глупостей. И не смотрите на меня такими глазами, — он сердито взглянул на нее, — я ничего не обещал. Ваша операция была нешуточной, милая леди, и я не хочу, чтобы вся моя работа пропала из-за вашего нетерпения.

— Я знаю, но я надеялась, что мне хотя бы заменят стальной обруч пластмассовым. Мне надоело быть живым громоотводом. — Несмотря на разочарование, Рози пыталась улыбаться. Она действительно надеялась, что ей удастся уговорить врача снять проклятый «ошейник» сегодня.

Чувствуя себя очень несчастной, Рози подошла к Кенту. Он поднял глаза и улыбнулся.

— Что-то изменилось, — сказал он, указывая на ее шею.

— Врач немного уменьшил его.

Кент встал, потом нагнулся и запечатлел короткий поцелуй рядом с ее губами.

— Теперь будешь чувствовать себя лучше, — добавил он, сжимая ее плечи.

Самым лучшим для нее было ощущение его губ на коже, звучание его низкого голоса в ушах и его аромат, щекочущий нос. Рози буквально одолевало желание обнять его и потребовать еще больше поцелуев. Ей безумно хотелось, чтобы он ее крепко обнял.

Сидя в машине, он вопросительно взглянул на нее своими зелеными глазами:

— Тебе нужно что-нибудь еще? Может быть, надо куда-то заехать по дороге?

В голове у нее пронеслась мысль о ближайшем мотеле с чистыми простынями. Гормония, возмутитель спокойствия, опять злобно строила ей глазки.

— Нет, прямо домой, — сказала она весьма решительно, чем вызвала удивленный взгляд Кента. Рози откинулась на спинку сиденья и мысленно послала мольбу о спасении своей Умнице. Последняя прислала ей цветные изображения маленьких детей, и всю дорогу Рози придумывала им имена. Кент по мобильному телефону разговаривал с Марлен о каком-то человеке по имени Паккард и о барбекю.

Рози, у которой появилась возможность поворачивать голову, не двигая корпусом, любовалась руками Кента. В одной он держал телефон, другой крутил руль. Она наблюдала, как изгибались его губы, когда он задумывался. Ей нравилось, как решительно он вел машину, как всматривался в боковое зеркало, не пытаясь изменить его положение. Она замечала очень многое, а остальное дорисовывало ее воображение.

Ей было интересно знать, мог ли он слышать то, что происходило у нее внутри, мог ли понять, каких трудов ей стоил каждый вздох. Рози не могла вспомнить, когда ее так сильно одолевало желание. Наверное, никогда.