Диана Гамильтон - Вернись в свой дом

Она снова ощутила страсть и необузданное желание, которое испытывала раньше. Только теперь это ощущение было порождением настоящего, а не картинами прошлого, которые она старалась выкинуть из головы, как только они там появлялись. Здесь и сейчас ее снова тянуло к Бену, как всегда. Его черные, как ночь, глаза пристально смотрели на нее. Безумно красивый рот медленно расплылся в улыбке. Эта сексуальная улыбка лишила ее остатков разума.

– Итак... – Бен медленно протяжно выдохнул. Его густые ресницы опустились, когда он внимательно посмотрел на ее рот. – Тебе нечего сказать, Каро? – Он наклонил темноволосую голову, почти вплотную приблизив свои губы к ее рту. – Хорошо. Очень хорошо.

Ее губы беспомощно раскрылись, приглашая его к поцелую. Кэролайн вдыхала его терпкий мужской запах, от которого у нее начинала кружиться голова. Он поцеловал уголок ее губ, и она инстинктивно повернула голову. Она жаждала получить его поцелуй – ощутить то, что хорошо помнила. Она была совершенно готова отдаться своей неодолимой страсти, которую ни один мужчина в мире не смог бы разбудить в ней с такой силой, с какой это делал Бен.

Но он лишь дотронулся языком до ее пухлой нижней губы и поднял голову. Его сильные руки спокойно лежали на ее тонкой талии. Он прекрасно себя контролировал, в то время как ее тело уже не поддавалось никакому контролю. И она была готова разрыдаться от жестокого унижения, когда он произнес:

– Так ребенок обычно угощает любимого человека конфеткой.

Бен отпустил ее и отодвинулся. Его губы были сжаты, а взгляд черных глаз блуждал по возбужденному телу Кэролайн, не упуская из внимания ее напрягшиеся соски, влажные раскрытые губы, затуманенные желанием и страстью большие фиалковые глаза.

– Один-ноль в мою пользу, Каро, – добавил он. Потом кивнул в сторону двери и продолжил уже совершенно равнодушным тоном: – Иди поспи немного. Теперь тебе это необходимо. Только в семнадцать лет ты могла не спать всю ночь и при этом быть обворожительной с утра. – Он язвительно улыбнулся. – Но все меняется, правда?

Смысл сказанного был ясен: на следующее утро Кэролайн будет выглядеть, как Баба Яга. Она уже не в том возрасте и, что самое обидное, утратила все, что когда-то разжигало в нем неудержимое желание. Тогда он бы не смог сдержать себя.

Трудно объяснить, откуда у нее нашлись силы, чтобы прямо, не шатаясь, выйти из комнаты. Ее унижение было настолько безграничным, что ноги сделались ватными, а глаза застилала красная пелена.

Проснувшись утром, Кэролайн была приятно поражена, что ей вообще удалось уснуть. Зато она совершенно не удивилась, увидев в зеркале темные круги под глазами. Ее обычно здоровая, жемчужная кожа казалась серой в ярком весеннем свете, который щедро заливал небольшую спальню.

Да, ей уже не семнадцать. Язвительное замечание Бена снова больно ужалило ее. Она – двадцатидевятилетняя женщина, умудренная жизненным опытом. Ей следовало быть умнее и не позволять лживому предателю Бену Декстеру доводить ее до такого эмоционального состояния, что она чуть ли не молила его заняться с ней любовью.

Горячая волна стыда окатила ее с головы до ног. Собственное тело предало ее так же, как в прошлом это сделал Бен.

Кэролайн тряхнула головой и помассировала пальцами ноющие виски. Так, ладно, подумала она устало, я вела себя как дура, как наивный подросток, каким была двенадцать лет назад. Она вспомнила, как однажды жарким летним днем вышла из прохлады леса к заброшенному полю, где раньше выращивали траву для скота. На старых деревянных воротах сидел Бен.

На нем были только обрезанные потертые джинсы и изношенные сандалии. Коричневая от загара кожа блестела на солнце, темные непослушные волосы свисали на лоб, а в черных глазах плясали тысячи соблазнительных огоньков. Он спрыгнул на землю и, обворожительно улыбнувшись, медленно направился в сторону Кэролайн.

Именно тогда она почувствовала, что между ними промелькнула какая-то искра. Девушка затаила дыхание и едва могла найти слова, чтобы ответить ему, когда он сказал:

– Значит, учеба закончилась? Что-то подсказывает мне, что это лето будет незабываемым.

По взгляду Бена она поняла, что ему нравилось то, что он видел перед собой: ее стройное тело, облаченное в легкий летний наряд из хлопка, и пышная копна волос, ниспадающих до пояса.

Никогда раньше она не стояла так близко от него. Эффект был ошеломляющим. Конечно, она знала, что он живет с матерью в старом домике вниз по реке. Пару раз Кэрри видела его в деревне и слышала, как жители шушукались о его непристойном поведении.

Но все, что она могла сделать в тот момент, – это одарить его очаровательной улыбкой и пожать протянутую ей руку. Так все и началось...

Кэролайн горько вздохнула и сжала губы. Какой же наивной она тогда была!.. И прошлой ночью вполне могла бы снова наступить на те же грабли, если бы Бен не дал ей понять, что он совершенно в этом не заинтересован.

Нет смысла размышлять о случившемся или жалеть, что она допустила такую ситуацию. Это произошло, и теперь ей надо привести в порядок свои мысли, собрать остатки гордости, доделать работу и как можно скорее уехать отсюда.

Прохладный душ немного привел ее в чувство. И речи быть не может о том, чтобы надеть предложенные Линдой старые джинсы и рубашку и отправиться расчищать чердак. Сегодня она как никогда должна быть при параде. Необходимо восстановить свой имидж и попытаться как-то забыть о вчерашнем вечере.

Пусть Бен сегодня уедет в Шрузбери и не увидит, как она выглядит, но Кэролайн хотела бы быть на высоте для самой себя.

Она надела элегантные льняные брюки, в которых была в ресторане, украсив их узким плетеным ремнем, и светло-серую шелковую блузку, провела намного больше времени, чем обычно, перед зеркалом, создав на лице идеальную маску. Потом собрала волосы в хвост и вышла из комнаты.

Линда сидела за столом на кухне и что-то писала. Увидев Кэролайн, она улыбнулась и встала.

– Отлично... Я как раз собиралась оставить вам записку. Теперь можно обойтись и без этого. Значит, так: продукты и немного готовой еды – в холодильнике, в шкафу всевозможные консервы. Так что хозяйничайте сами... Босс уже уехал в Шрузбери... Только не говорите мне, что собираетесь разбираться на чердаке в таком наряде! Разве джинсы и рубашка вам не подошли?

– Дело не в этом. – Кэролайн заглянула в кофеварку. – Просто сегодня я решила отдохнуть от чердака и заняться первым этажом. – Она взяла чашку. – Составите мне компанию?

Линда задумалась ненадолго.

– Как отказаться от столь соблазнительного предложения? Я уже должна быть в дороге, но десять минут погоды не сделают. – Она снова уселась на стул, пока Кэролайн разливала кофе. – И как вам удается всегда выглядеть стильно? Наверное, это от рождения. Вот на мне, например, что ни надень, все будет сидеть не так!