Селина Дрейк - Хрустальная мечта

— Мам, знаешь что, — сказал он, хлопнув своим учебником о кухонный стол и запуская руку в хлебницу. — Я попросил Буна быть моим папой в эти выходные, когда мы поедем в лагерь.

Никси застыла. Именно этого она и боялась. Чад часто говорил, что мечтает иметь папу, как остальные дети. Одно время он даже утверждал, что дядя Джим — его отец. И вот теперь мальчик спроецировал свою потребность в сильном мужчине на Буна. Но тот уже однажды покидал Лейквуд, и в любой момент может снова уехать.

— И что же он тебе ответил? — спросила Никси, надеясь, что у того хватило ума не обнадеживать мальчика.

Чад пожал плечами, дожевывая пирог.

— Бун сказал, что никто не может заменить настоящего отца, но что он будет заботиться обо мне…

У Никси перехватило горло. Все повторяется. В детстве, доведя ее до крайности, Бун напоследок неожиданно делал что-нибудь приятное. Как сейчас. Наверное, только благодаря этому они и сохраняли подобие дружеских отношений все школьные годы.

— Можно, я возьму с собой Коко?

— Разумеется, нет.

Когда подошла суббота, Стефани наотрез отказалась ехать.

— Не понимаю, почему я должна тащиться в какой-то дурацкий скаутский лагерь из-за Чада?

Никси взглядом дала дочери понять, чтобы та прекратила спорить при всех.

Бун подхватил спальный мешок Чада и сказал Стефани:

— Ты совершаешь ошибку. Ведь там будут и ребята постарше.

Он дернул ее за косу и пошел к выходу. Чад следовал за ним по пятам.

Никси положила в сумку-холодильник последнюю коробку сока и мороженое.

— Мы едем туда только на сегодняшний день, это семейная встреча.

— Тогда почему же мы не зовем с собой дядю Джима и тетю Лауру? — парировала дочь. — Бун ведь не член семьи.

— Джим и Лаура поехали сегодня в город покупать новую мебель для гостиной. Пожалуйста, перестань спорить.

Когда они подтащили тяжелую сумку к выходу, Никси заметила вернувшихся Чада и Буна, которые стояли у клетки попугая.

— Красивая птица, — сказал Бун и спросил: — Он только повторяет фразы или может отвечать на вопросы?

Дети переглянулись. Коко склонил набок голову и взглянул одним глазом на Буна.

— Я умею говорить, — хрипло произнесла птица. — Ты умеешь летать?

Дети покатились со смеху. Бун изумленно уставился на птицу. Громко хлопая красными крыльями, Коко тоже засмеялся.

— Что с тобой? Ты никогда прежде не разговаривал с попугаем? — насмешливо спросила Никси, но, поймав задумчивый взгляд Буна, поняла, что тот что-то замышляет. И все же потрясенное выражение его лица доставило ей массу удовольствия.

В этот момент он обратился к Чаду с невинным вопросом:

— Сколько времени нужно, чтобы обучить Коко чему-нибудь новому?

— Всего одна-две недели, — гордо ответил мальчик. — Если ему нравится то, чему его учат, он запоминает все быстрее.

Никси, почуяв неладное, решила прервать этот разговор, тем более что уже пора было ехать. Дети потащили вещи к машине, а Бун остался у клетки, что-то вполголоса приговаривая. Но, заметив, что Никси с подозрением прислушивается к его словам, он присоединился к детям и выхватил у них из рук тяжелую сумку-холодильник.

— Я просто попрощался с ним.

— Желаю счастливого дня, — пропел Коко.

Бун удивленно посмотрел на Никси.

— Откуда он знает, когда и что нужно говорить?

Она довольно улыбнулась:

— Иногда мне кажется, что он самый сообразительный в нашей семье.

Оказалось, что лагерь скаутов расположен по соседству с государственным парком. Пока Бун и остальные взрослые мужчины учили мальчиков натягивать палатки, Никси и Стефани накрыли столы для пикника и отправились осматривать окрестности.

Никси была рада, что место оказалось не таким «диким», как она предполагала. Над обеденными столами натянуты тенты и, поскольку для купания было еще холодно, в небольшом искусственном озере ребята могли ловить рыбу. В душевой текла проточная вода. На опушке леса находилось оборудованное грубо сколоченными скамейками место в виде полукруга для утренней церковной службы или вечерних киносеансов. Домик лесника находился всего в миле от лагеря, и в случае необходимости дети могли звонить оттуда родителям.

После того, как палатки были поставлены, а обед съеден, скучать не пришлось никому. Каждый нашел себе занятие по вкусу. Кто-то катался верхом, другие занялись рыбной ловлей или отправились на пешую прогулку.

Но когда все вернулись в лагерь, выяснилось, что без неприятностей все же не обошлось. Роджера, чей отец не смог с ним поехать, ужалила пчела. Пока Никси осматривала покрасневшую распухшую кисть мальчика, Чад сбегал за своим рюкзаком.

— Я сам все сделаю, — объявил он.

Ему хотелось доказать, что он способен сам справиться, не зря же мать обучала его дома. Никси отступила в сторону, наблюдая, как сын выдавливает зеленоватую мазь из маленького тюбика и наклеивает пластырь на запястье приятеля.

— Ты можешь гордиться Чадом, из него выйдет хороший скаут. Он и палатку поставил раньше, чем я кончил объяснять. Просто молодец, — сказал незаметно подошедший Бун.

Ей приятно было слышать от него похвалу своему сыну, возможно даже приятнее, чем от кого-либо другого. И все-таки она испытывала беспокойство, оставляя Чада на выходные, а происшедшее с Роджером только усилило ее нервозность.

— Но ведь ты только что сам убедился в том, что никто не застрахован от несчастного случая? Мне не будет покоя! — Она сказала это более резко, чем намеревалась.

Бун обнял ее за плечи, и этот дружеский жест почему-то глубоко взволновал Никси. Он давал ей ощущение безопасности и надежности, как будто его сильные руки были способны защитить ее от любой неприятности.

— Чад — сообразительный ребенок, который может позаботиться о себе сам. Кроме того, я все время буду рядом. Не тревожься. Кстати, как ты отнесешься к тому, чтобы дать моим подопечным несколько уроков по оказанию первой помощи пострадавшим?

Никси поняла, что он старается отвлечь ее от тревожных мыслей о сыне. И правильно делает, подумала она.

Бун веселился от души. Сын Никси оказался просто находкой. Когда по старой скаутской традиции мальчики у костра начали рассказывать страшные истории, маленький Роджер так испугался, что чуть не расплакался, и Чад тут же переключился на веселого дядю Джима и его розыгрыши. Все долго хохотали, и Роджер сразу успокоился.

Бун разглядывал лицо Чада. Те же тонкие черты, что и у матери, та же заразительная улыбка. Вот только у сына ямочка на правой щеке и тонкие светлые волосы, а слева от подбородка маленький вертикальный шрам. Из этого парня вырастет покоритель дамских сердец! Бун мысленно пожелал Чаду не быть таким неловким и застенчивым в отношениях с девочками, каким был в детстве он сам.