Джилл Гарриетт - Любви не скажешь нет

– Сью, я понятия не имею, что надевать, – объяснила Мэри. – Я не буду с тобой спорить и поеду на студию, но помоги мне выбрать платье, Я боюсь попасть в неловкое положение.

Сью облегченно вздохнула. Отлично, подумала она, самый главный вопрос отпал, и мне не придется убеждать Мэри, что такой шанс выпадает один раз в тысячу лет. А выбрать платье? Мелочи!

– Давай я посмотрю, что у тебя есть, – сказала она и направилась к шкафу. – Нужно что-нибудь элегантное, достаточно скромное, но подчеркивающее женственность. Так…

Мэри сидела на пуфике, притянув к груди коленки и обняв их руками. Ей было забавно наблюдать, с каким сосредоточенным выражением лица Сью рассматривает ее наряды.

Подруга напомнила ей полководца, склонившегося над картой дислокации вражеских войск.

– Это не пойдет, – бормотала она, – слишком нарядно, мы идем не на вечеринку. Это тоже, не на работу нанимаемся. Здесь слишком много блеска… Этот вырез может слишком понравиться мистеру Сноу… Цвет не тот… А вот это можно попробовать! – Сью повернулась к Мэри, весело сверкнув глазами. – То что нужно, – сказала она и протянула ей серое платье из тонкой шерсти.

Мэри сама любила это платье. Оно ей очень шло. Цвет платья был скучный, мышиный, но отливал жемчужными переливами. К тому же фасон идеально подчеркивал все достоинства ее фигуры.

– Ты уверена? – пожала плечами Мэри. – По-моему, оно очень скромное. Все-таки это кино. Там все такие яркие…

– Положись на мой вкус, – уверенно заявила Сью. – Ты просто должна быть самой собой. Дальше – дело техники. Если им нужно будет надеть на тебя попугайский наряд, они найдут его в костюмерной. Важно произвести первое впечатление. Просто подчеркнуть то, что в тебе и так есть.

– Ну и что же во мне есть?

– Жен-щи-на! – по слогам произнесла Сью. – Теперь это редкость. Смазливые грудастые и глазастые дурочки есть, есть интеллектуалки с нечесаными волосами, есть добропорядочные домохозяйки, есть экстремалки с куриными мозгами, а женщин… Как сказал Патрик, женщины – реликтовые особи. А ты настоящая женщина. Давай не будем это скрывать. Тонкие чулки, нитка жемчуга и высокий каблук. Поняла?

– Без тебя не догадалась бы, – ехидно заметила Мэри и отправилась переодеваться. – Через пять минут я буду готова. Чай сервирован.

Пока Сью наливала чай, Мэри оделась, заколола волосы и еще раз придирчиво осмотрела себя. Все было в порядке, только кусочек льда где-то в глубине души никак не желал растаять: она отчаянно боялась. До этого момента ее попытки начать новую жизнь были весьма иллюзорны, а теперь ей предстоит сделать шаг. Как с парашютом прыгать, подумала она, хотя никогда не прыгала.

Сью повернулась на звук каблучков подруги и замерла. Дело не в том, что Мэри прекрасно выглядит, она фантастически переменилась.

Перед ней стояла женщина, сознающая свою красоту и знающая, как ей пользоваться. Вот что значит долго жить в любви, с завистью подумала Сью. У нее в душе нет сомнений, что она всегда желанна.

– Я оказалась права, – улыбнулась она. – Майклу Сноу надо будет приставить к тебе охрану, чтобы тебя не увели другие режиссеры.

– Не смеши, – смутилась Мэри. – Он увидит, что я ничего не умею, и просто прогонит меня.

– Не прогонит, – уверенно заявила Сью. – Пей чай и ничего не бойся.

– Сью, ты обещала мне кое-что рассказать, – напомнила Мэри, присаживаясь к столу.

– О чем? – сделала удивленные глаза подруга.

– Не мучай меня, – жалобно попросила Мэри. – Видишь, я на все согласна, но я же должна знать.

– Ладно, слушай, – сказала Сью и откинулась на спинку стула, на ходу сочиняя правдоподобную историю, чтобы внушить подруге, что та спасает человечество. – Майкл Сноу – молодой талантливый режиссер. Он несколько лет работает на студии. Принимал участие в работе над несколькими картинами. И теперь ему дали возможность снять собственный фильм. Он нашел инвесторов, убедил руководство студии в том, что его идея придется по вкусу публике. Бюджет фильма утвержден, и он достаточно велик, чтобы спокойно работать. Если ты ему понравишься, то заработаешь приличную сумму.

– Если… – вздохнула Мэри. – А о чем он собирается снимать кино?

– Думаю, он расскажет об этом сам. К тому же даст сценарий. Мне он сказал, что это любовная история.

– Но я не хочу сниматься в любовной истории…

– А в какой истории ты хочешь сниматься?

О борьбе за права попугаев?

– Я боюсь…

– Я же тебя предупредила, ничего не бойся.

Хуже, чем есть, все равно не будет. Давай относиться к этому как к опыту. Отрицательный результат тоже результат.

– А какое впечатление он произвел на тебя?

– Самое благоприятное. Вежлив, спокоен, рассудителен. Такие умеют добиваться цели. Мне кажется, что ему очень важно, чтобы ты согласилась.

– Почему ты так думаешь?

– Видишь ли, Патрик рассказал мне, что у него была своя трагическая история. Он собирался жениться на прекрасной девушке, но она погибла… – Сью выговорила это и испугалась.

Ее фантазии могли все испортить. Эта глупость вырвалась как-то сама собой, но отступать было поздно.

Мэри выпрямилась, потом поднялась с кресла и отошла к окну. Сью с тревогой следила за ней. Только бы она не расклеилась! Сейчас польются слезы – и все старания пойдут насмарку.

Мэри молчала несколько минут, потом повернулась и с трудом проговорила:

– Тогда это совершенно невозможно. Я не смогу. Мне еле хватает сил, чтобы пережить свою историю. Я не смогу видеть рядом такого же подавленного человека.

– В том-то и дело, что он пытается выбраться, – с воодушевлением начала опять придумывать Сью. – Он хочет снять фильм о своей возлюбленной, о том, как даже трагическая любовь преображает человека. Ты просто обязана ему помочь. Кто, как не ты, может знать обо всех его переживаниях? Просто протяни ему руку и помоги. Может быть, ты напоминаешь ему ее? Может быть, именно поэтому он приглашает тебя. Дай ему шанс!

– Сью, ты хоть понимаешь, о чем ты говоришь? – взорвалась Мэри. – Я буду маячить перед ним каждый день, и он будет видеть ту, которую потерял навсегда. Ты хоть представляешь, как это больно?! Я бы не вынесла, если бы явился двойник Ларри. Я бы просто сошла с ума. Мне и так в каждом мужчине мерещатся его черты. Это наваждение…

– Мэри, успокойся, пожалуйста, – мягко и ласково сказала Сью. Она на чем свет кляла себя за такой поворот разговора. – Подумай, что и для тебя это важно. Ты сможешь рассказать людям о том, как сильно ты любила Ларри. Пусть в кино их зовут по-другому, но дай людям почувствовать, какое это огромное счастье – любить. Пройди еще раз этот путь. Найди что-то новое, что сможет тебя примирить с утратой. В психиатрии есть такой прием. Человека погружают в ту же обстановку, дают ему испытать те же эмоции, чтобы вылечить от боли.