Джекки Мерритт - Двое на острове

А магазины, а кино, а друзья…

По ее щекам потекли слезы. Майлз встал и протянул ей руку.

— Пошли. Если мы будем сидеть и оплакивать самих себя, лучше от этого не станет.

— Вы и не плачете, это я плачу, — пробормотала Лекси. То, что у нее нет дезодоранта, казалось, угрожало самой ее жизни.

Майлз наклонился и потянул ее за руку.

— Вставайте. Надо принести брезент.

— Для чего?

— Еще не знаю. Но я не хочу оставлять его на берегу.

Они спустились с холма, и тут Лекси почувствовала страшную слабость и отвращение к самой себе. Что со мной случилось? Такая подавленность не в моем характере!

— Майлз, простите меня, — сказала она, тяжело вздохнув.

— Все забыто.

— Я мечтала о дезодоранте.

Он весело рассмеялся, словно она сказала нечто остроумное.

— Ну и что? Я бы тоже отдал полцарства за простую зубную щетку.

— Я тоже. Если вернусь домой, всегда буду помнить об этом.

Он усмехнулся.

— Через несколько недель вы все забудете.

— Нет, не думаю. Мне кажется, что я способна на многое, лишь бы надеть чистую одежду.

— Сегодня это беспокоит вас больше, чем вчера.

— Да, может быть, потому, что я плохо спала.

— Вы плохо спали? Почему же вы меня не разбудили? Мы бы могли поговорить о чем-нибудь.

— В таком случае у вас сегодня тоже было бы мрачное настроение.

Майлз тепло улыбнулся и взял ее за руку.

— Лекси, вы имеете право быть в плохом настроении, поэтому перестаньте себя обвинять.

От его прикосновения Лекси бросило в жар. Но она тут же отругала себя: Майлз не имел в виду ничего, кроме дружеских чувств. Вид у меня ужасный, такая женщина не может понравиться. Пусть он смотрит на меня и даже берет за руку — это ничего не значит. Глупо делать из мухи слона, придавая романтический смысл всякой ерунде. Что бы ему ответить?…

— А как вы сегодня себя чувствуете? Голова не болит?

— Голова совершенно пустая. А чувствую себя лучше, спасибо.

— Что-то не верится в пустую голову. Вы помните гораздо больше фактов, чем я, хотя у меня не было потери памяти.

— Да, кое-что помню. Но сосредоточиться на чем-то важном не могу.

— Я считаю, что ваши знания о кремне очень важны для нас. Развести костер — так здорово! Особенно ночью. Расскажите мне, как выглядит этот кремень, и я тоже буду его искать.

— Очень твердый минерал, обычно темного цвета.

— И вы думаете, что он просто так валяется на земле?

— Он бывает среди других пород.

— Может быть, на скалах вокруг озера?

— Нет, те скалы — вулканического происхождения. Должно быть, здесь когда-то было извержение вулкана.

— Вы, кажется, специалист по геологии.

— Нет, это скорее хобби. Смотрите, смотрите! Лекси взглянула в сторону океана.

— Боже мой! Корабль! — Она подбежала ближе к воде. — Но так далеко! Они никогда нас не увидят.

— Если б у нас сейчас горел костер, кто-нибудь на судне мог бы заметить дым.

Лекси возразила, продолжая смотреть на крохотный корабль:

— Почему какойто дымок встревожил бы их?

— Потому что дымок этот возник бы на необитаемом острове. Думаю, что это привлекло бы внимание экипажа.

— Но они могут не знать, что остров необитаем, — сказала Лекси со вздохом. — Все дело случая.

— Я уверен, все суда в этом районе океана знают о гибели яхты. И экипажи следят за появлением какого-нибудь сигнала — например, дыма от костра.

— Правда? Вы так думаете? — обрадовалась Лекси. А когда снова повернулась к океану, корабль уже скрылся за горизонтом. — Он ушел!

— Придут другие суда. Пошли, принесем брезент, это уже недалеко.

Теперешний Майлз Лайтон, несомненно, оптимист, подумала Лекси. Разумеется, и тот мужчина, которого я встретила на яхте, тоже мог быть оптимистом. У меня тогда создалось впечатление, что он высокомерный циник, но нельзя судить о человеке, общаясь с ним всего несколько часов.

Может быть, у него были причины выставить себя в таком виде. Есть люди, которые скрывают свою застенчивость под маской высокомерия. Может быть, ключ к пониманию Майлза кроется в его застенчивости? А теперь этот защитный механизм исчез вместе с памятью? Утратив ощущение реальности происходящего, Лайтон утратил также и высокомерие… Лекси понимала, что не сможет проанализировать характер Майлза. Ее попытки, не основанные на научных знаниях, были всего лишь потугами любителя. Она начала понимать теперешнего Майлза, а тот, кто был на яхте, остался для нее загадкой. Чтобы объединить их обоих в одном лице, надо быть профессионалом.

Но ее интересовало все, что связано с ним. Бросив взгляд на его босые ноги, она спросила:

— Как вы обходитесь без обуви?

— Прекрасно.

— Вы не поранили ноги? Майлз улыбнулся:

— Беспокоитесь обо мне?

Лекси смутилась и почувствовала, что краснеет. Ей показалось, что его рука стала еще теплее. Она не могла понять, почему столько думает о привлекательности Майлза, о его обаянии.

— Это естественно, ведь мы вместе попали в беду, — сказала она, еще больше смущаясь.

— В этом тоже есть положительная сторона.

Такое высказывание удивило Лекси.

— Положительная сторона?! Вы считаете, что в нашем теперешнем положении может быть что-то хорошее?

— Подумайте, ведь мы могли и утонуть, — заметил Майлз и снова улыбнулся.

— Да, конечно, но существуют и другие варианты, не обязательно… гибель, — произнесла она с дрожью в голосе.

— В нашем случае других вариантов нет. Не будь здесь этого острова, где бы мы с вами оказались?

— Посреди Тихого океана, — вздохнула она.

— Вот именно. Нас непременно спасут, Лекси. Надо только подождать. Вокруг прекрасная природа, у нас есть пища и вода. Неужели нам так уж плохо?

— Вы умеете вселять бодрость.

— А кроме того, — сказал он с лукавой улыбкой, — я бы мог оказаться на острове с какой-нибудь старой каргой или дурнушкой, которая вам в подметки не годится.

— Но я сейчас выгляжу ужасно…

— Вы выглядите очаровательно. — Он сжал ее руку. — А вот и наш брезент.

Кусок брезента оказался огромным. Майлз разложил его на песке, и Лекси заметила подпалины и дырки, а один край был сильно помят, словно его жевало какое-то морское чудовище.

— Он, наверно, весит не меньше тонны, — заметила она. — Как мы его притащим в наш лагерь?

— Вопрос по существу.

— Вы думаете, он был на яхте?

— Уверен.

— Из-за подпалин?

— Не только. — Майлз встал на колени. — Посмотрите.

Лекси опустилась рядом с ним на песок и начала разглядывать буквы, оставшиеся на брезенте.