Эмма Радфорд - Прощаю за все

— О чем ты говоришь? — изумился Стивен.

Ему следовало податься в актеры, раздраженно подумала Джейн, больно здорово у него выходит прикидываться невинной овечкой.

— Имей мужество по крайней мере признаться! — яростно бросила она ему. — Как ты это проделал? Кому заплатил, чтобы подделать ужасные документы и придумать дикую историю? И вообще зачем ты сделал это?

Последовала долгая пауза. Затем в трубке раздался взволнованный голос Стивена:

— Ты что, с ума сошла? Я не имею ни малейшего понятия…

— Хватит дурачить меня, — резко оборвала Джейн бывшего возлюбленного. — Признаюсь, тебе удалось ненадолго напугать меня, но теперь я верю моему мужу. И я люблю его! Ты меня слышишь? Так что забудь о своих грязных играх, Стивен, и оставь нас в покое!

Не дожидаясь ответа, Джейн бросила трубку.

Ее трясло. Через застекленную дверь молодая женщина вышла на террасу и, усевшись в деревянный шезлонг, стоящий под густой тенью дерева, попыталась прийти в себя. Удивление Стивена, что Филипп еще с ней, его притворная забота о ее безопасности, безусловно, выдавали его. Наверняка сфабрикованные документы — его проделка. Вероятно, через какого-нибудь приятеля в Америке ему удалось разнюхать прошлое Филиппа, выяснить, что тот был женат, и заварить всю эту кашу, чтобы опорочить ее мужа.

Ничего не замечая вокруг, Джейн вспоминала свое недолгое знакомство с Филиппом. С самого начала Эшли произвел на нее сильное впечатление, но излишнее самолюбие обоих препятствовало развитию их отношений.

Во время короткого, но бурного романа с Эшли Джейн чувствовала свою вину перед Стивеном, ведь она раньше искренне считала, что влюблена в него. Стивен был сыном хороших друзей ее семьи, и родители мечтали, что их дети поженятся. Они дружили с детства и стали еще лучше относиться друг к другу во время учебы в университете. Краткая и довольно неудачная попытка Джейн попытать счастья с сокурсником, оказавшимся женатым, лишь сильнее заставила ее привязаться к надежному и верному Стивену.

После встречи с Филиппом Джейн обнаружила, что смотрит на помолвку со Стивеном как на слабую пародию идеи замужества. Но в то же время ее бурные чувства к Филиппу страшили прежде всегда уравновешенную и благовоспитанную девушку из приличной семьи. Со Стивеном она всегда чувствовала себя в полной безопасности. Эшли вызывал у нее поначалу лишь страх. Только через полтора месяца совместной работы Джейн осмелилась признаться самой себе, что отчаянно влюбилась в босса.

Вместе они много путешествовали по миру, посещая аукционы, где распродавались предметы искусства. В поездках Эшли, конечно, заказывал им в гостиницах отдельные номера: ведь Джейн была помолвлена с другим, а сам он, казалось, старался производить впечатление человека, не расположенного вступать в личные отношения со своими сотрудниками. Но их чисто физическое влечение друг к другу не заметить было нельзя, хотя оно хорошо маскировалось под видом обоюдной неприязни вплоть до той ночи, когда Джейн вернулась с аукциона из Берлина.

Она ездила туда купить по поручению Эшли небольшой пейзаж, написанный в семнадцатом веке неизвестным голландским художником. В каталоге аукциона эта картина считалась копией девятнадцатого века. Дело было в том, что одна из голландских фирм уполномочила галерею Эшли отыскать и приобрести это полотно. В Берлине в тот день шел сильный дождь, и Джейн по дороге из аэропорта вымокла до нитки, а в гостинице в этот майский день, как назло, уже отключили отопление. Так и не согревшись, Джейн отправилась в небольшую галерею, где проходил аукцион, чувствуя, как голова раскалывается от боли.

Еле уложившись в сумму, отведенную Филиппом, Джейн все же купила картину и успела на вечерний рейс. Девушка прилетела в Лондон совершенно измотанной. В самолете у нее поднялась температура, сильно болело горло, сел голос.

Она очень удивилась, когда в аэропорту ее встретил Филипп, которому она позвонила из Берлина сообщить о покупке картины, и отвез к ней домой. Дом Джейн был пуст: родители девушки уехали на две недели отдохнуть в замок во Франции.

Молодые люди позвонили Стивену, но оказалось, что тот совершенно внезапно отправился на неделю порыбачить в Ирландию. Тогда Эшли настоял, чтобы Джейн поехала в его квартиру и там оправилась от простуды. Ее босс выделил ей отдельную спальню, заботливо приготовил горячее питье с лимоном и дал лекарства.

— Не могу позволить моим служащим столь небрежно обращаться со своим здоровьем. А если осложнения? — слегка поддразнивая вялую девушку, заявил Филипп.

— Да уж, — криво усмехнулась Джейн, — тогда вам придется оплатить мой больничный лист.

Стоял теплый майский вечер, из окна в ее спальню проникал аромат цветущей сирени, чирикали птички — природа радовалась весне, а Джейн, покрытая испариной и дрожащая всем телом, лежала в постели.

Двое суток Эшли неустанно заботился о ее здоровье. Наконец Джейн почувствовала себя в силах встать на ноги. С трудом натянув на себя джинсы и футболку, девушка добрела до большой, сверкающей белизной кухни. Там, опоясанный передником и с вымазанной в муке щекой, Эшли с мрачным видом мученика нарезал огромным кухонным ножом зелень. Джейн вспомнила, что Филипп обещал ей какое-то экзотическое блюдо итальянской кухни. Из стоящего на полке радио доносились мелодии испанских народных песен.

Утомленная переходом, Джейн устроилась рядом с ним на стуле у кухонного стола и с восхищением наблюдала за работой Филиппа. Оторвавшись на секунду от своего увлекательного занятия, мужчина просунул палец за пояс джинсов, болтающихся на ее талии, и слегка потянул, чтобы продемонстрировать, как она похудела.

— Я бы сказал: вам необходимо поправиться, — авторитетно заявил он и с удвоенной энергией принялся за готовку.

— Эта музыка не совсем подходит к еде, — невпопад сказала Джейн. Она густо покраснела от его фамильярного жеста…

— Ну а я люблю испанскую музыку и итальянскую кухню, — спокойно произнес Филипп. — Я — американец, а мы — нация космополитов.

Вечером после романтического ужина Филипп впервые поцеловал ее. Этот поцелуй оказался для Джейн самым большим откровением в жизни.

Когда через неделю Стивен вернулся из Ирландии с ящиком замороженной рыбы, она без колебаний вернула другу детства кольцо, подаренное при обручении.

Нет, конечно, в тот вечер Филипп не сделал ей официального предложения. Да и вообще было трудно судить о том, что у него на уме. Но уже тогда Джейн твердо решила: как бы ни повел себя Эшли, она никогда не выйдет замуж за Стивена… Это было бы предательством по отношению к нему.