Пола Льюис - Беспечный ангел

— Так вы собираетесь меня выслушать, Нора?

— Да.

Не в силах поднять глаза, она уставилась на свои руки, лежащие на коленях. Щеки горели так, что, наверное, дотронься она до них, обожгла бы руку. Ну и вечер! Почище той субботы в Хартфорде, хотя тогда казалось, что хуже некуда.

— Сам не знаю, с какой стати с вами откровенничаю. — В его голосе снова послышалось неподдельное удивление. Нора быстро взглянула на него и тут же опустила глаза. Винсент был взбешен. — Мне следовало бы просто выкинуть вас из машины и отправить домой пешком.

— Меня такой вариант вполне устраивает.

Нора уже сделала движение, собираясь открыть дверцу, как вдруг он рявкнул:

— Сидите смирно!

Она подчинилась.

Винсент с шумом втянул воздух, запустил руку в волосы и резко откинулся на спинку сиденья. Когда он заговорил, девушка поняла, что он окончательно взял себя в руки.

— Нора… Что касается моего, как вы выразились, предложения. Это было приглашение, а не угроза. Я вовсе не подразумевал, что вы обязаны делить со мной постель. Просто, учитывая недавние события, я предполагал, что вы готовы снова начать жить, и думал, что мы оба одинаково смотрим на приятные, ни к чему не обязывающие отношения. Но, как видно… — Он помедлил, но Нора продолжала молча разглядывать свои руки. — Вы мне верите?

Верит ли она… Мысли путались, но одна звучала в мозгу совершенно отчетливо: нет, не верит, и если она ввяжется в эту игру, то ей не сдобровать. Пусть израненная, но все же она выкарабкалась из пропасти отчаяния, кое-как пережила жгучее унижение последних месяцев и извлекла из своего несчастья важный урок: никогда, никогда больше нельзя позволять ни одному мужчине выставить ее на посмешище. Конечно, сейчас было бы гораздо удобнее притвориться, но, требуя честности от мужчины, нужно и самой быть до конца честной, и Нора призналась:

— Нет, не верю.

На некоторое время воцарилось полнейшее молчание. Нора нашла в себе смелость поднять голову и посмотреть в глаза Винсенту.

— Я понял, — сказал он без всякого выражения.

— Вряд ли. — Она заставила себя продолжать: — Не знаю, с какого рода женщинами вы привыкли иметь дело, и, понимаю — это меня не касается. Однако, судя по вашим словам, могу примерно догадаться, чего вы ждете. Вы сухо перечислили выгоды, которые сулит мне этот роман, — все прозвучало именно так. Возможно, некоторые дамы одобряют подобный чисто деловой подход, но…

— Но вы не одобряете, — бесстрастно закончил он.

— Не одобряю. — Ее тон не был извиняющимся. — По-моему, это отвратительно.

— Отвратительно?! — Теперь никто не назвал бы Винсента бесстрастным.

— И еще хочу добавить, что я не сплю со всеми подряд, как вы, вероятно, подумали, — дерзко добавила Нора. Пусть уж он услышит все сразу, работу она в любом случае уже потеряла! — Ни раньше, ни теперь.

— Мне такое даже в голову не приходило, — натянуто произнес Винсент.

Как от него восхитительно пахнет… Боже правый, с какой стати ей лезут в голову подобные мысли, этого только не хватало! Но Нора ничего не могла поделать: в замкнутом пространстве автомобиля едва уловимый лимонный аромат, исходящий от волос Винсента, творил с ее гормонами что-то невероятное.

Осторожно, Нора, это входит в его планы! Возбуждающий запах — часть мужской стратегии обольщения, которой Винсент прекрасно владеет и умело пользуется. На короткое мгновение Нора вдруг испытала острое сожаление, что она не из тех женщин, которые интересуют Винсента Пламмера, и эта предательская мыслишка лишний раз подтвердила, что нужно бежать, и поскорее.

— Я хочу уйти.

Но только она протянула руку к двери, как голос Винсента заставил ее застыть.

— Сидите смирно, черт бы вас побрал!

— Я уже сказала все, что хотела, — с опаской заметила Нора и, бросив быстрый взгляд на его мрачное лицо, поспешила отвернуться.

— Как мило с вашей стороны, — ядовито произнес Винсент. — Однако теперь настал мой черед. Вы, похоже, вообразили, будто я управляю своей личной жизнью, как каким-нибудь рейсовым автобусом. Пассажир садится, некоторое время наслаждается поездкой, а потом выходит на своей остановке, освобождая место другому. Так, что ли? — Нужно было просто сказать Винсенту, что она ему верит, может, тогда бы он успокоился и отвез ее домой! — Ну? — Винсент ухитрился произнести это короткое слово таким тоном, что Нора вздрогнула.

— Я бы не стала выражаться столь прямолинейно, — натянуто проговорила она. — Но, по вашему собственному признанию, существует немало женщин, готовых примчаться по первому зову, если вам… если вы… — Нора смешалась, чем вызвала насмешливую улыбку Винсента.

— Я помню, что говорил. — Он с раздраженным вздохом откинулся на спинку сиденья и уставился прямо перед собой в ветровое стекло. — Это тоже по-своему верно. Я одинокий мужчина, к тому же очень богатый, — он бросил быстрый взгляд на Нору, — а эта комбинация, как оказалось, фатальна для некоторых женщин… скажем так, для представительниц более хищной породы. Для них богатство и власть — мощнейшие возбуждающие средства, поэтому всегда находятся желающие предложить все что угодно в надежде завоевать…

— И вам это нравится? — не сдержавшись, перебила Нора.

— Разумеется, нет! — прорычал Винсент. Потом, взяв себя в руки, продолжил уже спокойнее: — Но это факт, и было бы глупо его игнорировать. Да, некоторые женщины ясно дают понять, что мне стоит только снять трубку и позвонить, и они будут тут как тут, но подобная готовность меня не слишком вдохновляет. Я… хм… поддерживал отношения только с теми, кто мне нравился и кого я мог уважать. Надеюсь, они отвечали мне тем же. И, прежде чем вы спросите, отвечаю — толпы в моей спальне не было.

— Я и не думала спрашивать!

— Неужели? Вы меня удивляете, — сухо заметил он. — Я не развратник, Нора, но и не монах. Мне тридцать пять лет, и у меня, конечно, были романы. Однако мои сексуальные подвиги сильно преувеличены: стоит только улыбнуться какой-нибудь женщине, как газетчики уже рады раздуть из этого целую историю. Но тут уж я ничего не могу поделать. Близкие друзья и родные знают, как обстоят дела на самом деле, а остальное не столь важно.

Родные? Норе почему-то было трудно представить себе Винсента чьим-то родственником. Разумеется, у него должны быть близкие, но Винсент казался ей эдаким воплощением волка-одиночки. Интересно, каково это — быть членом его семьи…

— В ресторане вы сказали, что не хотите никаких обязательств, — осторожно заметила Нора. — Я правильно поняла?

— Да.

Нельзя было сказать, что его односложный ответ поощрял к дальнейшему разговору, но Нора продолжила: