Ты меня бесишь (СИ) - Евстигнеева Алиса

Появившаяся догадка заметно его успокоила.

Макар попытался сделать шаг вперёд, но я не дала, одёрнув его за руку. Не хочу. Устала. Всё равно ничего не докажем. Да и нечего здесь было доказывать, ведь всё это по сути отголоски теней хорошо забытого прошлого. Евич поднял на меня свои глаза, обеспокоенные и напряжённые, что-то такое было в выражении моего лица, говорившее, что мне уже не смешно.

— Софья, мы можем поговорить в стороне? — это уже шеф.

— Да, конечно.

Отходить от этой парочки было тревожно, вдруг подерутся? Нет, кулаками, конечно, махать никто не будет, но вот покусать друг друга могут вполне. Впервые в жизни, я радовалась наличию Виктории, которая тут же что-то начала лепетать про сегодняшний вечер, пытаясь привлечь неизвестно чьё внимание. Плохи наши дела, если она даже не пыталась вклиниться в нашу беседу с шефом. Либо же она была не так проста, как я привыкла считать, и умела вступать в игру там, где это от неё требовалось.

— Ты мне можешь объяснить, что здесь происходит, — тут же накинулся на меня Владимир Владимирович, стоило нам немного отойти в сторону. — Ты действительно взяла на работу своего любовника?

Мда, на первый взгляд выглядело возмутительно. Правда, на второй и третий тоже. Но я всё же решила возмутиться для проформы, обидно было выглядеть в глазах начальства падшей женщиной.

— Следите, пожалуйста, за своими словами, — неожиданно для нас обоих сделала я замечание.

Он поморщился и устало вздохнул, оттянув узел галстука, всем своим видом показывая, что он уже десять раз пожалел, что однажды связался со мной.

— Извини, конечно, но какое я тут ещё слово должен применить? Твои личные отношения у меня уже вот где, — провел ладонью по горлу. — Один только роман с Завьяловым сколько нервов мне вымотал.

— Так получилось. Но ведь поначалу это только было вам на руку, — скажем честно, оправдание было так себе. И вообще это было моей ошибкой, начинать отношения с клиентом. Но в свою защиту замечу, что мы с Эдиком были знакомы ещё до того как я устроилась в эту фирму, просто рабочие взаимоотношения дали толчок для нового витка развития нашего общения, а дальше всё завязалось как-то само собой. Он был очень настойчив, а я… просто сдавалась, очарованная его ухаживаниями и широкими жестами, на которые он тогда был щедр. Хотя, наверное, всегда где-то на уровне подсознания понимала, что роман с Завьяловым — это в принципе очень хреновая идея, о которой я успела пожалеть уже ни раз.

— Поначалу. Но уж поверь, мы бы и без него обошлись.

Я обиженно надулась, скрестив руки на груди, правда, на деле понимала, что так оно и есть.

— Что у тебя с этим… Макаром?

— Учились вместе в университете.

— И всё? — пытливо впился шеф в меня взглядом.

— А остальное вас не касается, — даже не знаю, откуда во мне смелость взялась.

— Софья! Ты вообще не догоняешь? Нас Завьялов в понедельник за ваши выходки с землёй сравняет!

— Не сравняет.

— Но если ему приспичит, разорвёт все действующие договора. А это более половины наших заказов. Даже если он компенсирует все наши потери, мы всё равно в жопе. Ты к такому готова? Лично я — нет, мне ещё людям зарплату платить.

— Если хотите, могу написать заявление по собственному желанию! — неожиданно для всех психанула я, ещё и ногой топнула. Со мной вообще творилось что-то непонятное, откуда-то вылезли упорство и дерзость. На меня это было крайне не похоже, обычно я была вполне покладиста и послушна, Владимир Владимирович опять с подозрением покосился на мой живот, памятуя о недавних “великих” планах Евича. На самом же деле… я просто больше не могла существовать в этом всём.

— Не хочу! — прорычал шеф. — Но от этого своего… чтобы избавилась. Чтобы уже завтра его ноги в моем офисе не было!

Не то чтобы требование было совсем уж неожиданным. Но я всё равно задохнулась от эмоций, испугавшись, что так оно всё и окажется. Так если бы это не я вчера проклинала всё на свете из-за необходимости взять Макара на работу.

— Завтра суббота! — зацепилась за самый бредовый повод.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Тогда в понедельник!

Мы обменялись гневными взглядами. Нет, со мной точно творилось что-то не то.

— Я не…

— Всё, я сказал! Если хочешь, то это мой приказ. А теперь иди… и как хочешь, но задабривай Завьялова.

Пустила в сторону шефа недоверчивый взгляд, до последнего полагая, что ослышалась.

— Да… не об этом я! Софья, ты мне как дочь! Но сейчас ты рушишь дело всей моей жизни на глазах!

Было ли мне стыдно? Безусловно. Но с детско-родительскими отношениями он явно перебарщивал. Никогда между нами не было ничего подобного, по крайней мере особой заботы в направлении себя я не ощущала, скорее уж наоборот, это нам всем полагалось бдить и заботиться об удобстве главнокомандующего.

— Это всё потому что нельзя класть все яйца в одну корзину! — маскируя своё смущение, пробормотала я себе под нос, имея в виду, что нельзя строить все свои дела вокруг одного клиента. А я ведь предупреждала! Но да ладно…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍-Ты меня ещё поучи! — комично погрозили мне пальцем.

Ещё какое-то время мы недовольно пыхтели, думая каждый о своём, но в итоге шеф махнул на меня рукой и поспешил обратно к покинутой нами компании.

А я осталась стоять на месте, спрятав лицо в раскрытую ладонь. Владимир Владимирович прав, он мне как отец… который точно так же всю жизнь пытается руководить мной и моими решениями. Но и в возникшей ситуации есть моя вина. Нельзя было тащить в работу личное. Ни Эдика, ни Макара. А всё ненавистное мной чувство долга. Я же должна… Как же я позволила всему так запутаться? У меня же обычно всё по полочкам… И что мне теперь делать с Евичем? Неужели, мне действительно через два дня придётся объявить ему о том, что я вынуждена его уволить?

Чужие руки мягко коснулись моей спины.

— Давай, сбежим отсюда, — прошептал мне на ушко обаятельный змей-искуситель.

— Я не…

— Можешь. Ты можешь всё.

И это звучало, настолько убедительно, что я просто не выдержала борьбу внутри себя и послушно кивнула головой.

— Вот и умница, — губы Макара опустились на мою шею в лёгком поцелуе. Видимо, в качестве награды.

Одна из его ладоней ожила и заскользила по моей оголённой руке, вызывая лёгкую дрожь по всему телу. Манипулятор. Знала, чувствовала, но никак не могла сопротивляться этому его притяжению. Наконец-то, его пальцы коснулись моего запястья, и он взял меня за руку.

Мы молча вышли из зала. В вестибюле помог мне надеть жакет, и мы выскочили на улицу. Здесь было прохладно, для марта мы одеты слишком легко. Ветер трепал мою длинную юбку и волосы, но я ничего не замечала, послушно шагая за Макаром. Мы словно бежали куда подальше от банкетного зала, в поисках места, где просто можно было побыть самими собой.

Я чувствовала себя ужасной, безответственной, безвольной. Отголоски самобичевания кружили на периферии сознания, а я всё никак не могла решить, что же мне делать. Привычно разрываясь между долгом и желанием. Слишком много косяков перед родной конторой, и чтобы их исправить, мне нужно было уволить Евича. Бред. Почему сейчас? Почему его? И ответ здесь был как всегда один, потому что глупая-глупая Сонечка как всегда возомнила, что держит всё под контролем.

Голова разрывалась от всех этих мыслей, я честно пыталась взять себя в руки и просто остановиться, чтобы поговорить, но собственное тело слушалось плохо, да и смелости мне не хватало. Из-за самого факта, что я думаю о его увольнение, мне становилось тошно. И как я об этом Макару скажу? Извини, но я не сделаю этого, то Завьялов устроит нам всем большие проблемы? Да я помню, что ты сказал, что тебе нужна работа, но давай мы придумаем что-нибудь другое где-нибудь там? Даже в моей голове это звучало слишком по-свински. Успокаивало только одно: у меня в запасе было два дня, чтобы как-то решить всё это.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})