(не) фиктивный брак (СИ) - Анина Татьяна

Даяр заворожённо уставился на меня. Он помолодел на тридцать лет и смотрел на меня, как маленький ребёнок, впервые увидевший палитру художника. Восхищённо! Пленённо! С упоением слушал мои слова, покорённо склонял голову.

– Олеся Ивановна, – прошептал он. – Хотите я вас охрененным вином угощу?

Дикий зверь потихоньку превращался в нормальное домашнее животное.

Мы вышли из галереи на шумный проспект. Солнце уже грело, как летом. И хотелось найти свой старый купальник, забраться на крышу дома и позагорать.

Даяру звонили. И мне неожиданно тоже. Хотя я звонков не ждала.

 Мы с мужем разошлись в разные стороны, при этом держались за руки. Это было интимно и жарко. Так замечательно, что я влюблялась всё сильнее и сильнее. И вот он уже понимает, как пишут картины художники. И, возможно, я очень на это надеюсь, что мы сходим в филармонию. И Даяр там не уснёт.

– Привет, Леся, – поздоровалась Таня Лопухина.

– Привет, – радостно отозвалась я.

Пауза. Обычно Таня не теряет время зря. Это меня удивило и насторожило.

– Что-то случилось?

– Да…нет, я звоню… Ты как?

– Всё в порядке с мужем на передвижников ходили, – рассказала я.

– В общем, я подумала над твоими словами,– она вдруг стала тараторить, – если ты не хочешь, чтобы я твоего мужа писала, может я вас в паре напишу? Просто я точно знаю, мужику нравится, если жена одобрила.

– В паре? – восхитилась я. Танька художница что надо. Она может очень красиво написать.  – Давай. Спасибо, Тань. Я буду рада.

– Отлично…

И опять пауза.

– Что-то хочешь сказать, – это не было вопросом. Она мялась на том конце связи. – Извини, мне Ритка дозванивается.

– Пока тогда, – Таня быстро отключилась.

Странная Лопухина сегодня.

– Леська!!! – орала в трубку Ритка. – Это мой Коля позвонил твоему Трёхглаву. И прикинь, такое сказал: «Ты скажи, если не можешь за свою женщину постоять, я сам за Олесю заступлюсь». Мол, ты вся такая беззащитная, а тут Мартин пристал.

– Да, Даяр рассказал,– настроение упало и хотело спрятаться за плинтус.

– Мартин в реанимации лежит. Быстро твой бандюган работает. Папочка там в трансе. Знаешь, у Липова такие отвратительные родители…

Вот о чём хотела поговорить Танька. Но не решилась рассказать в силу своей осторожности и ума. Просто спросила, как дела. Не рассказала. Потому что знала наверняка, что это испортит мне жизнь, испортит отношения. И в целом новость была ужасная. Что я даже пальцы с Даяром расцепила.

Ритка трещала, как потерпевшая на допросе, вдаваясь в свои влажные фантазии относительно праведной мести. И я поняла, что ей нужно в деревню, как  сказал Коля, и с концами, даже на новогодние праздники к родителям не приезжать.

– …Теперь ты бандитская любовь, – она заржала в трубку, и я отключила звонок.

– Что не так? – Даяр, как ни в чём не бывало посмотрел по сторонам. Кокс у машины напрягся. Хотя смена Биг Мази, но думаю, что охранник, который меня проспал, уже уволен.

– Мартин в реанимации, – прошептала я, глядя в зеркальные глаза.

Он словно хамелеон, менял цвет под ситуацию и внешнюю среду. Теперь фиг, что в его глазах различишь. Ничего, только солнечный свет отражался.

– Ты расстроилась, – только по губам я могла определить, что он зол. Они сжато натянулись в недобрую улыбку.  – Птенец, Мартин бы не остановился. Зажравшийся мажор, почувствовавший вседозволенность. Он бы добил тебя.

– Так нельзя, – замотала я головой в стороны, отказываясь принимать происходящее. – Нужно было обратиться в полицию.

– Но ты не обратилась. И правильно, это бесполезно, – он выловил меня в свои объятия. А я упёрлась ладонями в его стальную грудь. – Ему нужно было объяснить, что нельзя так делать. Как твоему Поликарпову, – он зарычал, – Нельзя маленьких беззащитных девочек бить, нельзя их подставлять и использовать в своих жалких махинациях. Это, как избить ребёнка на детской площадке, только потому, что рядом нет родителей.

Он губами поймал мои слёзы, а потом поцеловал в губы. Легко, мимолётно, но я вся содрогнулась от странного желания.

– Знаешь, почему ментов волками зовут? Потому что только звери могут выловить зверей. И только Толик Тягач может популярно объяснить шакалам, что у тебя есть папочка, и ты спокойно можешь играть на детской площадке.

Я вообще разревелась, и он насильно опрокинул мою голову себе на плечо.

– Я обещал твоей матери, что позабочусь о тебе, – жарко шептал Даяр мне в ухо. – Фирмы «Мегазайм» в нашем городе нет. К тебе всякая дрянь липнет.

Я с этим животным все стадии горя пережила. Вначале, был шок и отрицание, затем гнев и обида. Потом, я почему-то себя чувствовала виноватой, когда открыла дверь в квартиру и его арестовали. Теперь дошло до депрессии.

Я понимала, что Даяр в чём-то прав. Но наотрез отказывалась принимать такие методы. Он мог бы поговорить с отцом Мартина… Хотя Ритка права, там такие родители, что Мартину суждено было вырасти в подонка. И я теперь понимала: всё, что рассказывали о Липове, могло быть правдой. И девушки затащенные на дачу, издевательства и унижения…

Но я не желала возмездия. Этот мир оказался слишком жесток для меня. И муж, как яркий представитель этого мира, пугал.

17

Даяр сказал, что при изготовлении этого вина ни одна шоколадка не пострадала. На бутылке было написано, что вино шоколадное. Оказалось, что в современное вино добавляют какао, а вот если делать по старинке, выпаривать вино долго в нужных пропорциях, то оно приобретает оттенок шоколадного вкуса. Я бы даже сказала кофейного.

Не известно, где он такое заказал и сколько стоит бутылочка, но я захмелела и прибалдела.

Мы вымытые и довольные сидели на кухне. Я запахнулась в халат, Даяр одел только лёгкие домашние штаны. Резал хлеб большим ножом и подкидывал мне в тарелку жареное мясо, которое сам, между прочим, приготовил.

– Послевкусие невероятное, – прошептала я, пригубив ещё вина из своего фужера.

– Я же говорил, тебе понравится.

Он хитро прищурился, в голосе его промелькнули сладостные нотки предвкушения. Он выпил один глоток, остальное целенаправленно спаивал мне. Потому что у него по плану - исполнение супружеского долга. И если в начале вечера, я наотрез отвергала такой сценарий, то уже к концу готовки мяса, сидела размякшая и осоловелая. Скользила по крепкому торсу взглядом.

Наколки были разными, но среди них выделялись крылья. В которых, был спрятан беззащитный птенец. Это я. Тут к гадалке не ходи, Даяр меня так и называл и поступал практически так же, спрятав меня под своё крыло.

– Так чем ты занимаешься? – в моей хмельной голове ещё было приличие, которое напоминало, что вначале с мужчиной надо познакомиться, а уже потом лезть целоваться. Хотя я уже была готова попробовать в обратном порядке.

– Сейчас в строительном бизнесе. Держу пакет акций крупной компании. Есть ещё интерес в логистике. Только сейчас я, скорее спонсор, чем участник бизнеса. У меня своя команда, – Даяр подлил мне ещё вина. – Ты их видела. Точнее они тебя.

– Зоопарк, – хихикнула я. – Облезлый тигр, жирный боров, косоглазый медведь и старый козёл.

Даяр рассмеялся. А делал он это красиво, прямо загляденье.

– Козла я сразу узнал. Это Коля, он бородку отказывается сбрить, – Даяр влюблённо посмотрел мне в глаза. – Медведь это Вадик, боров у нас Савелий. Остаётся облезлый тигр, – Даяр опять рассмеялся. – Это Ваня, он у нас экономист.

– Верные друзья? – усмехнулась я, покачивая своё фужер в пальцах и с улыбочкой глядя на мужа.

– Неверные отпали сами собой, – прошептал Даяр, уже поняв, что я тёпленькая и пора брать.

И тут из коридора раздалось нудное, протяжное мяуканье соседской кошки. Я поставила фужер и принялась кушать. Смакуя сочные кусочки, даже простонала от удовольствия.

– У тебя есть мечта? – хитро подняла на Даяра глаза.

– Жена, дом, дети, – он немного подумал и решил тоже поужинать. – Первое у меня уже есть… Кошку не хочешь завести?