Хелен Бьянчин - Ты – вся моя жизнь

Ей было достаточно одного взгляда на его губы, чтобы в ней все всколыхнулось.

Микейла понимала, что не значит для него ничего, она просто наложница, новая сексуальная игрушка, вот и все. И, как все новые игрушки, она имеет свой срок службы. Вот и будет он играть с ней еще почти четырнадцать месяцев. И тогда долг будет выплачен.

Не становись эмоционально связанной с ним, все время как заклинание мысленно повторяла она.

– В конце недели в школе начнутся каникулы, – вспомнил Рафаэль. – Правильно?

– Да. У нас двухнедельные каникулы.

– В воскресенье я улетаю в Нью-Йорк на несколько дней. Ты полетишь со мной. Я полагаю, у тебя паспорт в порядке?

– Да. – Нью-Йорк! Она попыталась успокоиться. – Я не знала, что путешествия составляют часть нашего договора.

Его пристальный взгляд приобрел загадочное выражение.

Что значит его предложение? Он хотел, чтобы она была с ним? Ты легковерная дурочка, подумала она.

– У тебя очень выразительное лицо, – лениво заявил Рафаэль.

– В то время как ваше – закрытая книга.

– Оно беспокоит тебя?

– Да, – ответила она кратко, – потому что дает вам несправедливое преимущество.

Она нагнулась, подхватила полотенце и быстро прикрыла грудь.

Рафаэль позволил ей уйти. Когда он вошел в спальню, она сидела, опираясь на груду подушек, с карандашом в руке и открытым учебником на коленях, делая записи в блокноте.

Микейла поглядела на него, когда он лег рядом.

– Мне надо закончить. Если моя работа мешает вам, я захвачу одежду и пойду вниз.

– Сколько времени тебе надо?

– Простите, что?

– Как долго ты еще будешь работать? – повторил он терпеливо.

– Пятнадцать минут, возможно, двадцать.

– Двадцать, – уступил он. – А потом ты отложишь свои книги.

Инстинктивно она подняла учебник, чтобы стукнуть его, но он мгновенно поймал ее запястье.

– Даже не пытайся, – мягко предупредил ее Рафаэль, и она бросила на него негодующий взгляд.

– Я пойду вниз. – Девушка отбросила в сторону одеяло, но обнаружила, что не может двинуться. – Отпустите меня.

– Заканчивай свою работу.

– Вы невозможны!

– Ты повторяешься, – невозмутимо ответил он.

– Я могла бы… – Она замолчала, на мгновение, потеряв дар речи.

– Что, моя милая?

Она повернулась к нему, с гневом глядя ему в глаза.

– Ударить вас! – проговорила она сквозь сжатые зубы и пришла в ярость, когда он не громко рассмеялся.

– Есть более мягкие формы наказания.

– У вас-то в характере нет ничего мягкого!

– Ты уже потратила четыре минуты. Микейла едва удержалась от грубого слова, взяла блокнот и принялась работать.

Рафаэль положил руки под голову и смотрел на нее. Ее карандаш быстро бегал по странице, и он задавался вопросом, знает ли она, что у нее есть привычка прикусывать нижнюю губу, когда она что-то обдумывает.

Прядь волос упала ей на лоб, и он с трудом удержался, чтобы не заправить ее за ухо. Он закрыл глаза и стал обдумывать текущие финансовые дела.

Наконец Микейла закрыла блокнот, вставила закладку в начало главы, отложила книги и поглядела на человека, лежащего рядом с ней.

Черты его лица вновь очаровали девушку, и она, не торопясь, начала рассматривать его широкие скулы, сильный подбородок и, наконец, чувственную линию губ.

Что он сделает, спрашивала она себя, если она проведет пальцем по его губам?

В этот момент веки у него дрогнули, и он внимательно взглянул на нее.

– Ты уже все сделала?

Знал ли он, что она смотрела на него? Она надеялась, что не знал.

– Да.

Он блаженно улыбнулся.

– Хорошо.

Затем высвободил руки, притянул ее к себе и начал целовать, и его поцелуи будили нежные воспоминания и обещали наслаждение.

Всегда ли будет так? Микейла не хотела сейчас ни о чем думать. Она отбросила стыдливость и позволила ему овладеть ее губами. Колдовские чары его прикосновений окутали ее тело, согревая кровь и вызывая сладостные предчувствия. Его ласки длились до тех пор, пока Микейла не потеряла способность мыслить…

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

Нью-Йорк поразил Микейлу. Ей понравился быстрый темп городской жизни, шум улиц, искренность людей.

Отель оказался первоклассным, их номер великолепным, обслуживание безупречным.

– Я буду занят. У меня целый день встречи, – проинформировал ее Рафаэль, после того как проверил свою электронную почту. Ничто не могло огорчить ее.

– Я пойду в Художественную галерею.

Там она могла провести, по крайней мере, день, а еще могла пойти в музей и посмотреть кучу других достопримечательностей, не говоря уже об огромных универмагах.

Он дал ей сотовый телефон.

– Носи его с собой всегда и пользуйся им, когда тебе нужно будет поговорить со мной. – –Он многозначительно посмотрел на нее. – В любое время. Бери такси и не езди в подземке. Поняла?

– Я прожила в большом городе всю жизнь.

Выражение его лица стало твердым.

– Нью-Йорк – совсем другой город, и ты к нему не привыкла. – Он взял пиджак, извлек бумажник и вручил ей пачку банкнот. – Возьми.

Она застыла.

– У меня есть.

Она поменяла на доллары сумму, которую ей выплатили в школе перед каникулами.

– Возьми деньги.

Она смотрела на него, ощущая его настойчивость.

– Я не нуждаюсь в них.

– О господи, – Рафаэль вздохнул. – Ну почему ты всегда споришь?

– Почему спорите вы? – возразила Микейла. – Я не дурочка. Я не буду выходить из отеля без достаточной суммы, которой хватило бы на еду и такси. – Она задержала дыхание и медленно выдохнула. – Если будет нужно, я скажу вам. Хорошо?

Он пересек комнату, подошел к стенному сейфу, открыл его, положил деньги внутрь, запер его и вручил ей ключ.

– Так будет проще.

Она не могла с ним согласиться, проще не будет.

– Спасибо.

Рафаэль проверил часы.

– Я должен уехать. Ты будешь здесь все время или уйдешь?

– Уйду, – ответила она без колебания.

И начала с музея.

Рафаэль позвонил ей по сотовому в полдень, в тот момент, когда она принялась за хот-дог с горчицей и майонезом.

Ей надо слишком много увидеть, чтобы тратить впустую ценное время, сидя в кафе.

– Я возвращусь в отель около половины шестого. Мы отправимся на обед, – сообщил он.

– Хорошо.

– Где ты?

– У прилавка с хот-догами. Была секундная пауза.

– Где точно?

– А я и не знаю, – легкомысленно ответила она, – я не могу отсюда прочитать название улицы.

– Микейла…

– У меня есть карта. Если потеряюсь, то спрошу кого-нибудь. – И отключила телефон.

Он тоже отключил телефон, положил его в карман пиджака, покачал головой, затем вернулся к ожидавшим его партнерам в кабинет ресторана… борясь с искушением променять выдержанное вино и прекрасные блюда на уличный хот-дог в обществе маленькой зеленоглазой блондинки.

Микейла наслаждалась свободой. Она гуляла в Центральном парке, разглядывала витрины, остановилась выпить холодной кока-колы, затем спустилась в подземку. Время дневное, черт возьми, и она не выделялась из толпы в своих простых джинсах, джемпере и жакете из хлопчатобумажной ткани. Никто не подошел к ней, в вагоне она не заметила ничего угрожающего и вышла на платформу через несколько остановок.

Ей сразу стало не по себе, когда она поднялась на улицу. Атмосфера на окраине города была другой, и она не смогла бы объяснить, что ее беспокоило. Но интуиция подсказала, что здесь не стоит задерживаться.

Она решила поймать такси и уехать отсюда поскорее, но ни одного такси не было видно. Раз так, она спустится в подземку и вернется туда, откуда приехала.

Но, как назло, она ошиблась остановкой. В тот момент, когда она вышла на улицу, раздался сигнал ее телефона.

– Рафаэль?

– Где тебя черти носят?

Она вздрогнула, ощутив его неподдельный гнев.

– Вы хотите знать точно?

– Не шути со мной, Микейла! Показалось такси, она махнула в отчаянии рукой и с облегчением увидела, что оно остановилось рядом с ней.

– Я уже сажусь в такси и скоро буду в отеле.

Поездка должна была длиться от силы минут десять, но заняла полчаса. Машина больше стояла, чем двигалась, но счетчик все равно работал. И заплатить пришлось, естественно по счетчику.

Микейла вошла в холл отеля, вызвала лифт, поднялась на нужный этаж и через несколько секунд уже вставила карточку в щель дверного замка.

Рафаэль ожидал ее. Было видно, что он крайне рассержен.

– Ты хоть имеешь представление, сколько сейчас времени?

Он отчитывал ее, не повышая голоса. Легче было бы, если бы он накричал на нее.

– Простите меня, – извинилась девушка.

– Ты не хочешь объяснить, почему ты явилась так поздно?

– Я хотела прокатиться в подземке…

– Ты все сделала наперекор мне, ведь я специально просил тебя не пользоваться подземкой. После половины шестого ты ни разу не подумала, что я беспокоюсь. У портье не было никакого сообщения для меня, не было голосовой почты, ты не отвечала, когда я звонил на твой мобильник.