Tanza Liz - Жизнь как теннис

– Или мы доигрываем вместе или я… – не слушая предостережения Деби, Свон стояла на своем.

– Или ты… – бросает Миллс, – делай, что хочешь, только без меня!

– Ну, Реджи… – только и успела крикнуть Воркенсон уходящей брюнетке, – Свон, сказала же.

– Мне плевать! – также гневно кинула Эмма и, посмотрев на осуждающего тренера и такую же Воркенсон, бросила ракетку на корт и быстрым шагом проследовала с него.

– Вот, что с ними делать? И ты еще со своими правилами, – психанула Воркенсон, – меня все это заколебало. Все, собираю вещи и уезжаю в Вашингтон! – девушка была на взводе.

– Деби, – засмеялся Джонс, – ты то чего?

– Да, меня достало все это. Я больше не могу. Я очень хочу, чтобы этот чертов чемпионат закончился, – крикнула Дебора.

– Деби, дорогая, успокойся, – говорил Киллиан, – ты же у меня не такая как эти две, – улыбнувшись и показав рукой на выход, говорил Джонс, – он закончится уже совсем скоро. А после мы с тобой поедем куда-нибудь отдохнуть. Ты же не против? – спрашивал Киллиан и с замиранием сердце ожидал ответ на свой вопрос, явно говорящий – «Деби давай вступим в серьезные отношения?»

– Джонс, я очень хочу поехать с тобой, но я уже месяц не видела Майкла и безумно по нему скучаю, – с грустью сказала Воркенсон, подойдя и обняв мужчину.

Джонс своими сильными руками обвил талию Деборы и сильнее прижал ее к себе, кладя голову себе на грудь и гладя по рыжим волосам.

– Деби, – Киллиан прекрасно знал, кто такой Майкл и, зная, что хочет с ним познакомиться, но догадывается, что для Деби это серьезный шаг, – а давай мы возьмем Майкла и все вместе поедем, куда ты захочешь?

Деби посмотрела на мужчину, – ты, правда этого хочешь? Джонс, он мой сын и дороже его у меня никого нет, поэтому я не хочу, чтобы он как-то пострадал.

– Деби, ты чудесная, умопомрачительная, замечательная женщина. Я еще никогда не встречал таких как ты. Взбалмошная, но в тоже время умеющая себя контролировать, резкая, но тебе это идет. Дебора Воркенсон, да ты мой идеал, – не скрывал своих истинных чувств Киллиан, – я безумно хочу жить с тобой, – признался Джонс, – я хочу семью, счастье и спокойствие. И ты можешь дать мне все это. Деби, я знаю, что ты боишься, но если ты впустишь меня в свою жизнь, то уверен, я смогу найти общий язык с твоим сыном. Тем более я всегда хотел быть детским тренером, – улыбнулся Джонс, понимая, что на самом деле предлагает женщине и в чем признается, пусть и так как может.

Деби смотрела на Киллиана и понимала, что она хочет, чтобы этот мужчина был всегда рядом. Ей никто и никогда не говорил таких слов. Она приблизилась и нежно поцеловала его.

– Ты нашел ключик, вход открыт, – и вновь поцеловала Джонса.

Джонс расплылся в широкой улыбке и, подняв на руки Деби, нежно целовал ее.

Реджина пришла в номер и со злостью кинула сумку.

– Ну, почему она такая упрямая? – прошипела Реджина.

Девушка не знала, как себя занять, поэтому взяла ноутбук и решила себя отвлечь и пробороздить по всемирной паутине. Сайты мелькали один за одним. Девушка читала интервью разных людей. Звезд, спортсменов, политиков, но ничто не могло отвлечь ее от мыслей об Эмме.

«Свон, что мне с тобой делать? Ты же никогда не изменишься. Почему меня угораздило полюбить именно тебя?!,

За этими мыслями Миллс зашла на сайт одного из крупнейших ювелирных интернет-магазинов. Облазив все представленное, она нашла, то, что ей было нужно. Сделав заказ, Реджина, наконец, успокоила свои нервы.

– Может, после этого ты хоть немного будешь прислушиваться к тому, что я тебе говорю.

Приняв душ, брюнетка включила какой-то фильм и легла в кровать.

Свон, как только выбежала со стадиона, прямиком отправилась в парк. Ей нужно было хоть куда-то выплеснуть свои эмоции и гнев.

«Какого черта? Почему я должна к ним прислушиваться, в то время как меня они совершенно не слышат и не понимают? Если я сказала, что все нормально, значит нормально!» – все же была зла Эмма за сорванную тренировку.

Она дошла до спортивной площадки, которая находилась прямо за парком и увидела, как несколько ребят играют в баскетбол, а остальные смотрят на это и болеют за своих.

Эмма тоже решила отвлечься и понаблюдать за детьми, забыть гневные мысли, которые окутали ее белокурую голову и просто расслабится.

Она присела на лавочку и за просмотром игры невольно задумалась о своей травме. Которая, так некстати вылезла не только в воспоминаниях, и могла сказаться на завтрашней важной игре с Шарахниной.

«Да, Эмма! Вот так у тебя всегда. На самых важных стадиях начинает, что-то происходить. То простуда, то гребанная психология или вечно мешающий Стоун, то рецидив травмы…» – на последнем, Свон сильно покачала головой, откидывая совсем ненужные мысли. Она уже совсем не следила за игрой ребятни, а была полностью погружена в свои мысли.

Эмма встала с лавочки и решила размять правую руку. Только подняв ее кверху, Свон почувствовала неудобство и дискомфорт, который вполне мог исчезнуть благодаря одному только разминающему массажу. Эмма несильно выдохнула, замечая, что боли как таковой нет, да и само неудобство не доставит все же завтра ей проблем. И от этого Свон еще больше была зла на Миллс и Джонса, которые не позволили ей закончить важную тренировку.

«Надеюсь, Миллс понимает, что меня нельзя остановить или изменить мой подход к теннису. Я готова измениться для нее во всем. Во всем кроме тенниса и моих спортивных принципов» – думала блондинка и совсем не заметила, как на город уже опустилась темнота и, взглянув на наручные часы, пришла в легкий шок, так как они показывали уже половину первого ночи.

«Вот это я посидела, отвлеклась…»

Эмма встала и пошла медленным шагом в направлении гостиницы, все же нехотя, но понимая, что ей необходим отдых, да и Миллс, наверное, волнуется.

Реджина смотрела фильм, как услышала, что дверь номера открылась. Девушка поняла, что это Эмма, но разговаривать с ней она не хотела. Поэтому повернулась на бок и притворилась спящей.

Свон прошла в номер и увидела спящую брюнетку, она не стала ее беспокоить, и пошла в душ. Приняв освежающий контрастный душ, Свон уже через 10 минут вышла и, накрыв Реджину одеялом и поцеловав в щеку, прошептала:

– Спокойной ночи, маленькая моя, – и ушла в гостиную, открывая ноутбук, начала просматривать записи ошибок Шарахниной, так любезно присланных Гордоном.

Как только Эмма вышла, Миллс открыла глаза.

– Спокойной ночи, любимая, – прошептала она и уже со спокойным сердцем легла спать.

Эмма еще пару часов просматривала записи, отмечая про себя каждую мелочь в игре своей соперницы. Джеф также прислал Эмме все важные матчи Марии за последние несколько лет, как проигрышные со многими количествами ошибок, так и выигрышные с безумно сильной игрой Шарахниной.