Дом дракона и ведьмы, или Случайная осень - Мила Лимонова
— И что теперь делать?
— Ловить и говорить по душам с этим… извращенцем, — хмыкнул маг. — И надеяться, что мы успеем до родов. У оборотней и в человеческой ипостаси двойни и тройни не редкость, а в волчьем? Может, там семеро щенят вообще. Но при рождении в зверином облике они оборачиваться в человека долго не могут… Перекидываться Дайне крайне нежелательно. Увести ее в город я не могу: пока она не станет человеком, заклятье привязки к этому месту с нее не спадет. Пригласить кого-то — тоже. Повитуху, да еще с опытом обращения с детенышами оборотней, здесь не сыскать. Одна надежда на того оборотня — как-то же он сюда попал. Значит, на него заклятье не распространяется по какой-то причине. В общем, есть чем заняться, — подытожил маг с кислым выражением лица.
— Бедная Дайна! — от души пожалела ее ведьма. — Но ведь, получается, отец этих малышей о них знает?
Волчица вздохнула и совсем по-человечьи мотнула головой.
— Ничего, узнает! — погрозил кулаком в воздух маг. — Вот разберемся с заклятьем — и сразу этого ловить и удивлять новостями… А то ишь, отец-молодец нашелся, бросил самку!
А Майла со вздохом подумала, что побыстрее уж бы снять это заклятье.
— Давайте приступим поскорее к занятиям, — предложила она. — А то нужно же поскорее с заклятием разобраться.
Маг покивал:
— Вот сразу видно ответственного человека! Дана, вот смотри и учись, лентяйка.
Волчица оскорбленно тявкнула и задней лапой взрыла почву, бросив в брата прелой листвой и землей.
Тот, впрочем, не обиделся.
— Что ж, раз у нас тут оборотень может присутствовать, предлагаю далеко не отходить. Я, конечно, буду начеку, но если он вдруг захочет напасть — может подкрасться не хуже настоящего зверя.
— Зачем ему нападать? — спросила Майла.
— Они могут быть агрессивны в определенные периоды жизни. Или вдруг какая-то часть заклятого леса была его территорией? Я бы на всякий случай готовился к недружелюбному варианту.
— Может, тогда лучше здесь остаться и не выходить? — поежилась Майла. Об оборотнях она только слышала, но не сталкивалась, к счастью. Оборотни здесь жили закрыто, своими общинами, и с людьми смешивались не слишком охотно. Ведьме даже стало боязно за Дайну.
— Нет, дома трудновато. Магия заклятия все еще сильна, и это мешает сосредоточиться. Я, хоть и практически свободен, все еще с трудом могу колдовать в доме. Просто не будем отходить далеко.
— Дайна, а давно ли ты видела его в последний раз? — спросила Майла.
Волчица вздохнула, ее глаза наполнились печалью.
— Видимо, давно, — расстроилась и успокоилась одновременно девушка.
— Я бы все равно не расслаблялся, — сказал Мидлор. — Что ж, если вы покончили с завтраком, давайте собираться на нашу обучающую прогулку.
Майла сегодня постаралась выложиться по полной и даже упросила своего наставника продлить занятие на час, но уже через полчаса маг оборвал:
— Достаточно. И вы, и я устали. Ваша главная проблема, из-за которой в детстве у вас не получалось, знаете, какая? Вы творите волшебство через силу, через не могу и не хочу, будучи на нуле, — словно катите в гору тачку с квадратными колесами. Мне отрадно ваше трудолюбие, но это не слишком хорошо. Ведьмовский дар принуждения не любит. Я звал Дайну лентяйкой, но на самом деле, это шутка. При всей безответственности моей сестры, она очень хорошо чует, как обращаться со своими способностями.
Вернувшись домой, маг отправился отлеживаться в ванной и подремать, а Майла села в спальне, положила на колени платье, которое она еще не перешила до конца, укоротив подол и обузив рукава, чтобы в нем можно было ходить в лесу, не цепляясь ни за что.
Принявшись за шитье, Майла начала напевать себе под нос. Негромко. Любимую мамину песенку, которую та всегда пела за рукоделием.
Волчица, устроившаяся на соседней кровати и вроде бы дремавшая, повела ушами и приоткрыла один глаз.
— А я суженых не жду,
Я сама его найду… — потихоньку напевала Майла.
— У-у! — подпела Дайна.
— Я к нему домой приду, за собою уведу…
— У-у!
Майла звонко рассмеялась и сбилась, но потом продолжила петь нехитрую песенку, а руки ее в это время трудились над швами.
— Браво! — И раздались аплодисменты. В дверях стоял Мидлор.
Майла даже иголку уронила от неожиданности.
— Вы меня напугали! — сказала она с легкой обидой.
— Простите, я не хотел. У вас с Даной получился отличный дуэт.
— Скажете тоже… — пробурчала ведьма. Волчица подошла к ней и попыталась пристроить морду на колени, но Майла оттолкнула ее в испуге. — Осторожней! Я же уронила иглу!
Она шарила по ткани, но нашла только нитку. Иголка с нее соскользнула, затерявшись то ли в складках платья, то ли вообще в щели между досками.
— Попробуйте воспользоваться магией, для разнообразия, — подбодрил маг.
— Да, сейчас… — Майла сосредоточилась.
— Нет-нет, не будьте так серьезны, ради всех Источников! — замахал руками Мидлор. — Легче… проще… И напевайте при этом, как вы сейчас пели.
Майла покраснела и нерешительно завела припев, Дайна подвыла ей, и ведьма с удивлением увидела невидимую доселе ниточку силы, тянущуюся к щели в полу. Вскоре оттуда выскочила иголка и сама наделась на нитку.
— Браво! Я же говорил! — Маг радовался как ребенок, а волчица била по полу хвостом, восторженно подвывая.
— У меня получилось… — прошептала Майла, сделав последний стежок и завязывая узелок. — И платье я дошила… Так быстро! Не верю…
— Придется поверить, — улыбнулся Мидлор. — Ну, значит, дело пойдет на лад!
К вечеру Майла так устала, что даже заснуть не смогла. Она лежала, непривычно изнуренная, и в то же время душа упорно отказывалась погружаться в сон. Мысли беспорядочно сменяли одна другую: то думалось о загадочном оборотне, который где-то бродит, не зная о своем потомстве, то о том, как ловко и легко сегодня сработала магия, когда Майла уронила иголку, то о том, как забавно смотрелись они дуэтом с волчицей.
Майла перевернулась с боку на бок и снова закрыла глаза, но сон не шел. Она села в постели, закутавшись в одеяло.
— Домик, а ты видел здесь драконов? — позвала она.
«Нет».
— Жалко, — сникла ведьма. — Я-то думала, что обо всем догадалась… А оборотней не видел?
«Почти два месяца назад», — был ответ.
— А какой он? Он Дайну не обидел?
«Настолько далеко я не знаю. Я не вижу, что происходит вокруг дома. Я могу чувствовать магию, но не вижу».
— А что ты чувствовал?
«Оборотень был, и очень сильный. И дети наверняка будут такие же».
