Операция "Аист". Ищу Маму! - Елена Верная

Поднялись в его квартиру, и на нас налетел вихрь по имени Родион. Он явно заскучал под присмотром домработницы и теперь выплескивал накопившуюся энергию.

– Слушай, ну правда, не волнуйся ты так, – попытался он меня успокоить. – Разрулим. Может, и правда, свадьбу сыграем? Ну, фиктивную, конечно. Фоточки сделаем, кольцами обменяемся… Родители успокоятся. А потом, когда все уляжется, тихо-мирно разведемся. Что скажешь?

– Марк, я борюсь с собой, чтобы не наброситься на тебя с кулаками, – признаюсь совершенно честно. Его легкомыслие доводило меня до белого каления.

– Ладно, обсудим позже, – и Марк подхватил на руки мальчика. – Ну как Родя, хорошо провел время без нас?

– Хоцу к маме, – захныкал мальчуган, прижимаясь к Марку.

– Вот именно, – я с укором смотрю на босса. – Нам в первую очередь надо найти его мать.

Марк нахмурился, задумался. Родион, устроившись у него на руках, трогал его за щетину, почесывая ладошку.

– Знал бы – давно бы уже нашел, наверное, – буркнул он. – Я дал все распоряжения своим службистам, но она как сквозь землю провалилась.

– Значит, будем искать вместе, – решительно заявила я. – Давай думать. Женщина же не совсем сумасшедшая, что оставила ребенка в твоем офисе. Она была уверена, что ты в курсе того, кто такой Родион.

– Ну, это если мыслить логически, – согласился Марк. – Но не факт, что у этой дамочки есть логика.

– Придерживаемся того, что логика есть, – я была уверена, что мать Родиона как раз таки в своем уме. А еще у меня сложилось впечатление, что она была в отчаянии, раз оставила ребенка.

– И к какому выводу мы пришли? – Баринов недовольно усмехнулся.

– Что надо сделать тест ДНК, – и я уставилась на Марка, прожигая его взглядом.

– Я клянусь тебе, я не знаю его мать, – мужчина оправдывался, словно пойманный на измене муж.

– Сделай ДНК-тест, – настаиваю и смотрю в упор.

– Хорошо, – сдается Марк. – Сделаю.

– Сегодня же, – я не намерена оттягивать. – Сейчас поедем в клинику.

– Сейчас? – мужчина уставился на меня.

– Да, – кивнула я и вопросительно посмотрела на него, словно беря “на слабо”. В моих глазах читалось не только требование, но и надежда. Надежда на то, что он, наконец, поймет всю серьезность ситуации и начнет действовать.

Глава 8.

– Это какая-то ошибка, – Марк хмуро сверлил меня взглядом, словно ища виноватого, пока я читала заключение, что прислали на электронную почту из клиники, где он сделал тест ДНК. Его лицо было напряженным, скулы выдавались, а в глазах читалось неверие. – Да я их засужу.

– За что? – я отчего-то была уверена, что тест подтвердит то, что и так визуально было ясно. Сходство Родиона и Марка было очевидным.

– Я ни разу в жизни не видел мать Родиона, и понятия не имею кто эта женщина, – и Марк, не сдержавшись, стукнул кулаком по столу. От удара подпрыгнули ручки и карандаши.

– А на меня-то ты за что злишься? За то, что заставила сделать этот тест и узнала правду? – мне было неприятно, что Марк так упорно не хотел признавать, что Родион его сын. Ну не помнил он эту девицу, что бросила ребенка у него в офисе, ну всякое может быть, но почему он так упорно это отрицает?

– Потому что ты думаешь, нет, даже не так, ты уверена, что я тебе вру, – и Марк обошел стол и сел передо мной на корточки, чтобы заглянуть мне в глаза. Его взгляд был пронзительным, словно он пытался разгадать все мои мысли.

– Да тебе ли не все равно, что я о тебе думаю? – мои слова прозвучали как-то жалко, словно крик о помощи, и я поняла, что по щеке скатилась слезинка, хотя я изо всех сил старалась не показать, что меня это задело. После того, что между нами было, я твердила сама себе, что он мне просто симпатичен, что я увлеклась моментом, можно сказать, заигралась, но теперь понимаю, что он зацепил меня. Я влюбилась. Влюбилась в этого сложного, противоречивого мужчину.

– Нет, не все равно, – тихо произнес Марк и взял меня за руку. Его прикосновение было теплым и уверенным. – Мне на тебя не все равно.

– Можешь не волноваться, я не соскочу с нашего договора и доиграю этот фарсовый спектакль до конца, – мои слова были пропитаны горечью и досадой. Я чувствовала себя марионеткой в чужой игре. – Мы слишком много наврали всем, чтобы сейчас отступать. Да и арабы сегодня дадут ответ по правкам и замечаниям.

– Я не из-за этого волнуюсь, – Марк хмуро смотрел на меня. – Считаешь меня бездушной скотиной, который даже своих любовниц в лицо не запоминает?

– Давай закроем эту тему? – мне было горько, неприятно, внутри все рвалось на части, хотя он мне ничего не обещал, в любви не клялся. Я, как говорится, сама себе дурочка, очаровалась моментом. И от этого было тоже больно и обидно. Я чувствовала себя обманутой и преданной.

– Как скажешь, но я докажу, что это какое-то недоразумение, – и Баринов сжал губы в тонкую линию, решительно посмотрев на меня. В его глазах горел огонь, и я понимала, что он не отступит.

– Я буду только рада, – честно призналась. О как же я хотела, чтобы это было действительно недоразумение, но отчего-то я слабо в это верила, имея на руках ДНК тест, пусть и с размытой и неясной формулировкой, но там черным по белому написано, что между мужчиной и ребенком есть родственная связь. – А пока давай поговорим о работе.

– Мои родители ждут нас сегодня вечером для разговора, – произнес мужчина, возвращаясь на место. – И мама сказала, чтобы мы привезли Родиона, она хочет познакомиться.

– А ты с ним поговорил? – миссия подготовки мальчика к встречам с родственниками была поручена Марксиму. И он все утро на это потратил.

– Поговорил, – кивнул Баринов. – Пообещал свозить его в парк аттракционов, если он сделает, как я сказал, но это ребенок и потому не стоит исключать каких-то форс-мажоров.

– Я их не исключаю, – устало потерла переносицу. Я еще не совсем отошла