Жить только тобой - Кэрол Маринелли

мудро, воздержавшись от комментариев. Она вела светскую беседу с целью нормализовать их отношения. Проблема в том, что между ними никогда не было нормальных отношений.

Неудачная прическа или нет, но его очень влечет к Эмили. Он ненавидел себя за то, что создал неловкое положение.

— Я пытаюсь поступить правильно и знаю, что поступаю правильно.

— Рада за тебя, — огрызнулась Эмили, удивившись собственной дерзости. Она не придумала ничего лучше, чем Алехандро в качестве первого любовника. Но он об этом не узнает, придется собрать всю гордость в кулак. — Все в порядке, больше не буду заниматься с тобой сексом. — Она натянуто улыбнулась. — Похоже, я нравлюсь мужчинам, которые меня не хотят.

— Не говори так.

— Шучу.

Она перевела разговор на работу. В конце концов, именно поэтому она здесь. Ее восхитило то, что он спустился ее проведать.

— Мне нужно знать, могу ли я упомянуть твою маму.

— Оставь это пока. Обходи тему стороной.

— Я сделаю все, что в моих силах. У меня идея по поводу дизайна сайта. Найдется минутка?

— Конечно.

— Я нашла фотографию.

Она вывела изображение на экран. Он встал позади нее. На фотографии, снятой, вероятно, около пятидесяти лет назад, мужчина катил красивые старые бочки.

— Это со старого сайта.

— Я знаю. Но посмотри. — Эмили открыла снимок Алехандро, который сделала вчера утром, когда он не знал, что она здесь.

Фотография выглядела почти так же. Только современно. Из кармана Алехандро торчал телефон, черные брюки и белая рубашка сильнее облегали тело, чем одежда мужчины на старой фотографии. И прическа, и модно выбритая борода. Боже, они могли нанять модель, но этот снимок все равно не выглядел бы лучше.

— Правда, хорошо.

— Спасибо. Я подумывала использовать вневременные образы. Иные вещи меняются, иные остаются прежними.

— Мне нравится. Да, думаю, это что-то свежее и при этом не слишком мудреное.

— Не стану упоминать о том, что ты искал бриллиантовую серьгу.

— Нет.

Алехандро взглянул на Эмили и слегка поморщился, заметив ее покрасневшие глаза, понимая, что смутил и причинил ей боль, хотя это последнее, что он хотел сделать.

— Уверена, что ты в порядке?

— Скоро буду. Не волнуйся. Не такой уж ты уникальный, я уверена.

Она заметила, как он слегка прищурил глаза, хотя на провокацию не повелся. Так, пожал плечом и достаточно нагло пожелал ей всего наилучшего.

Оставшуюся часть первой недели она видела его лишь изредка, то тут, то там. Его кабинет находился несколькими этажами выше, так что в коридорах они не сталкивались. И, несмотря на то, что жили по соседству, пересеклись лишь однажды ранним утром, когда она лежала на площадке во дворе. Она отправилась встречать восход, а перед этим предприняла попытку сфотографировать луну, плывущую над виноградными лозами, сплетающимися над внутренним двориком.

— Тяжелая ночь? — спросил Алехандро, стоя над ней.

— Нет. — Эмили умолчала о том, что тяжелая ночь явно была у него.

Она легла в постель в десять, в то время как Алехандро явно только что вернулся из клуба, казино, еще откуда-нибудь. Он был небрит, в расстегнутом темном костюме, развязанном галстуке. Тем не менее, выглядел безупречно, напоминая кинозвезду десятилетней давности.

Эмили не смутило то, что он застукал ее лежащей в попытке сделать идеальный снимок. Она была благодарна за то, что в предрассветные часы не встретила его под руку с какой-нибудь красоткой.

— Что ты делаешь, Эмили?

— Думаю, эти виноградные лозы станут красивой рамкой или фоном для сайта. Впрочем, я уже закончила.

Она попыталась встать. Он протянул ей руку, чтобы помочь.

— Вернешься в постель?

Ее смутил легкий намек в его голосе, с толку сбивало то, насколько легко он возбуждался, при этом не менее легко ее отвергал. Эмили убрала руку.

— Нет. Я направлялась на виноградники, хочу запечатлеть их на рассвете.

— Звучит неплохо. Уверен, выглядеть будет потрясающе.

— Надеюсь.

Алехандро наблюдал, как она упаковывает свой любимый фотоаппарат. Ночь выдалась долгая. Сначала частный клуб, потом частная вечеринка в Севилье — одном из самых популярных мест ночной жизни в Европе.

Прошлой ночью ехать туда не хотелось. Теперь он знал почему. Ему нужны изгибы Эмили, ее буйные белокурые локоны. Он хотел познать страсть, которая тлела нетронутой под ее чопорной маской.

— Давай помогу.

— Нет, спасибо. — Она совершенно очевидно не желала рыцарства от него.

Он всего лишь пытался быть благоразумным. Непонятно, правда, зачем, ведь, похоже, никто от него этого не требует.

Тем более Эмили.

Она вошла в студию фламенко и залилась румянцем, оказавшись лицом к лицу с очаровательной Евой. Та возлежала на шезлонге и ела нарезанное яблоко. Однако тепло улыбнулась Эмили:

— Hola.

— Я видела ваше выступление воскресным вечером, — начала Эмили на ломаном испанском. — И слышала, что вы даете уроки фламенко. Скажите, проводите ли вы индивидуальные занятия. — Мысль о танцах в группе была невыносима, не стоило выставляться полной дурой перед местными жителями. — Я имею в виду, я…

— Claro que sí! Конечно! Но заниматься в группе гораздо приятнее и дешевле. Сейчас я, к сожалению, занята и не располагаю временем.

— Все в порядке. Алехандро только что упомянул…

— Так ты от Алехандро! Тогда я, конечно, найду тебе местечко.

Разрумянившаяся Эмили улыбнулась добрым глазам Евы.

— Проходи. Я тебе все покажу.

В студии были зеркала, деревянные полы, со станков свисали шелковые платки, в углу аккуратными рядами стояли туфли для фламенко.

— Честно говоря, я ничего не знаю о фламенко.

— Потому-то ты и пришла на занятия для начинающих. В два у меня групповое занятие, так что сейчас у нас есть немного времени. Может…

Эмили собиралась было сказать, что ей нужно вернуться на работу, но подумала, что это в некотором смысле часть работы.

— У меня нет подходящей обуви.

— Сейчас. Подожди пару занятий, не трать деньги. Первый урок бесплатный. — Ева постучала пальцами по ладони, раздался невероятный четкий звук. — Эти хлопки…

— Они называются palmas. — Ева постукивала тремя пальцами, потом, переместив, руку, обхватила ладонь. Звук изменился. — Попробуй.

Эмили провела перед зеркалом в студии почти час и воочию убедилась, насколько у нее слабое чувство ритма, тем не менее время пролетело незаметно.

— Завтра в это же время, — предупредила Ева.

— Не хочу лишать вас обеденного перерыва.

— Ты же сказала, что у тебя всего пять недель! Попробуем подключить ноги. Можешь взять напрокат обувь, а если понравится, купишь свою, но сначала обсуди это со мной. И да, Эмили! Подумай о групповых занятиях. Если хочешь втиснуть в программу еще несколько уроков, — хороший способ, и там всегда весело.

«Весело», — подумала Эмили. Именно веселья слишком долго не хватало в ее жизни.