Конфетка для сурового босса. Судьбу не обмануть - Виктория Вишневская

Но знаю одно – этот тот варвар, лишивший меня работы, и спаситель, нашедший мою дочь.

Противоречивые чувства перемешиваются. Но всё же второе, более мягкое, тягучее, как пастила, перебарывает. Работа никогда не сравнится со здоровьем и безопасностью ребёнка.

– Ой, здравствуйте, – лепечу уже веселее, опуская пальцы на горящую макушку. И совсем забываю, что его холодная, несмотря на температуру воды, ладонь лежит на моей голове. Кожа в месте нашего соприкосновения воспламеняется. И я вновь ойкаю, одёргивая руку.

– Опять ты, – шепчет в удивлении.

– Опять я, – скромно улыбаюсь ему.

– Воспиталка, ты меня преследуешь? – усмехается.

И впервые я вижу его улыбку.

– Милана меня зовут, – напоминаю ему. – И благодаря вам… я больше не воспитательница.

Кулаки сжимаю.

Вот же!

– И нет, я вас не преследую.

Хотя… Блин.

Первая встреча – случайность.

Вторая – совпадение.

А третья… закономерность.

Интересно, четвёртый раз будет?

Но, соглашусь, наши пути слишком часто пересекаются.

Надеюсь, он не решит закрыть следующее место работы, куда я устроюсь.

– Я вообще-то должна возмущаться.

Если задуматься… Его ладонь всё ещё поглаживает мою макушку.

– За то, что я тебя ударил? – наконец, убирает руку.

Внезапный жест. И приятный.

Даже Паша никогда такого не делал, а тут… незнакомый человек.

– Крайние полосы для тех, кто плывёт лягушкой, – усмехается. – Середина для тех, кто хочет скорости.

– Этого не написано в правилах, – дерзко приподняв подбородок, проговариваю. – Я читала их.

– Это негласное правило, – на полном серьёзе выдает.

– Ничего не знаю, – отворачиваюсь и невозмутимо плыву дальше. – Вот вы грубиян. Могли бы и извиниться.

Он ничего не отвечает. Но вместо этого задаёт внезапный вопрос:

– С кем ты оставила ребёнка?

Опять останавливаюсь.

Откуда такой интерес? Ева для него чужая.

– Надеюсь, не с папашкой года?

Хмурюсь.

– С сестрой, не беспокойтесь.

Может, обычный вопрос после произошедшего. Но осадок остаётся. Чужой человек беспокоится о Еве больше, чем её отец.

Паша, кстати, нам ни разу не позвонил.

Снова становится грустно.

Я уплываю на крайние полосы, наворачивая круги туда-сюда. Не замечаю ни усталости, ничего. Хотя со временем становится всё тяжелее.

Надо вылезать… Ехать домой.

Бассейн немного помог. Но… тот мужчина вновь забил непрошенными мыслями мозг.

Гребу руками, осматриваясь по сторонам и разыскивая ступеньки.

И внезапно в ногу стреляет необъяснимая боль. Судорогой сводит.

Лёгкие мгновенно сжимаются от страха.

– Помо…

Не успею ничего выкрикнуть, как вода доходит до уровня губ, а затем полностью охватывает тело. Паника возрастает в геометрической прогрессии.

Знаю, что это бассейн и я не утону, но…

В момент испуга мозг отказывается думать.

Я мысленно прощаюсь с Евой, пытаюсь вынырнуть. Получается всего на секунду. Я лихорадочно хватаю ртом воздух и снова делаю попытку спастись:

– Помо…

Кто-то резко дёргает меня за лямки купальника. Ткань больно врезается в кожу, в нежные места, но мне абсолютно всё равно. Судорога быстро проходит, а я, как мокрый котенок, держусь на плаву благодаря одной лапище, тянущей меня за ткань.

Я жива…

Боже мой…

И всё благодаря суровому мужчине, вновь оказавшемуся вовремя в нужном месте.

– Ты что, ещё и плавать не умеешь? – спрашивает меня свысока.

Глава 11

То ли эта воспитательница издевается надо мной, то ли она маньячка. Я склоняюсь ко второму, поскольку не понимаю, как нам удаётся встречаться так часто и в самых неожиданных местах.

Взять хотя бы бассейн.

Их в городе – полно. А она решила записаться именно в этот. Где не каждый может позволить себе абонемент. А уж воспитательница в детском саду, да ещё и безработная…

Совпадение?

Не верю.

Столкнувшись с ней в воде, теперь не выпускаю из вида. Зачем? Чёрт знает. Хотел поплавать после работы, отдохнуть морально. В итоге все мысли теперь о Милане. Почему?

Даже о Еве вспомнил. Но успокоился, когда услышал, что кроха с тёткой. Хоть я её и не знаю – мне намного спокойнее. Главное, что голубоглазое чудо осталось не с горе-папашей.

А ведь это вообще не моё дело!

Но я продолжаю сверлить Милану взглядом.

Плавает она забавно. По-лягушачьи. Когда устаёт – гребёт собачкой. И я смеюсь себе под нос, наслаждаясь представлением. Личико у неё такое серьёзное при этом.

Ладно, чёрт с ней.

Может, позабавился бы с ней, если бы у неё мужа не было. А так…

Нет интереса.

Подплываю к бортику и боковым зрением замечаю, как Милана направляется к лестнице.

Нет. Она точно меня преследует. Я решил уходить из бассейна – и она тоже?

Может, хочет попросить меня не закрывать детский сад? А зачем? Её дочка уже по документам оформлена в другой. А ей только нужно найти новую вакансию, успешнее.

Всё. Хватит. Нужно быть настороже.

Однако внезапно девушка останавливается и с тихим: «Помо…», – идёт ко дну.

Не понял.

Всматриваюсь в голубую рябь. Её прорезает тёмная макушка. Звучат те же отрывистые слоги.

Я на инстинктах, невольно, сам не ощущая своего тела, в два счёта доплываю до Радовой. Запомнил её фамилию и сегодня даже пытался найти её мужа в штате своей компании. Не нашёл. Видимо, после брака она осталась на девичьей.

Воспитательница барахтается, и я быстро хватаю её за купальник, когда она снова идёт ко дну. Не утонет, хоть и здесь довольно глубоко для её роста.

Выныривает, ловит ртом воздух.

– Ты что, ещё и плавать не умеешь? – смотрю на неё сверху вниз.

С чего она вообще тонуть начала?

Может, ногу судорогой свело? Такое часто случается у новичков, когда переусердствуют.

На всякий случай приобнимаю