Эва Киншоу - Войти в роль

дело? – Слушай, – вновь повторила она, – в мои планы не входило спать с тобою, когда мы договаривались о контракте на рекламу шампуней и вина «Паркер'с Просперити». Но он нужен моему агентству…

– Забудь о шампунях, – насмешливо глядя на нее, сказал он. – Считай, что этот контракт ты уже получила.

– Что? – До нее с трудом доходил смысл его слов.

– Считай, контракт уже у тебя в кармане, Эйрин, – взвешенно и спокойно продолжил он. – Рейчел Теннеси может мыть голову и крепко спать.

– Ты хочешь сказать, что я не потеряю его, даже если… откажусь иметь с тобой дело?

– Совершенно верно. Ну а теперь я покину тебя и пойду, переоденусь. Ужин подадут через полчаса.

– Ты не упомянул контракта на вино?

– Решение этого вопроса займет чуточку больше времени.

– И ты еще говоришь, что по-деловому относишься ко мне, – с горечью произнесла Эйрин. – Оставляешь меня разгадывать твою немыслимую шараду. Мне это не по силам. Я бы ни за что не согласилась на то, что ты мне предложил, если бы знала о существовании твоей бывшей жены. Да, конечно, контракты очень важны для агентства, но согласись: некие неизвестные женщины, от которых я должна тебя «прикрывать», и бывшая жена – это совсем разные вещи!…

– Уверен, она бы с тобой согласилась, – сухо сказал Дэниел. – Но что поделаешь – Эйбл решила остаться на свадебные торжества, потому что она – лучшая подруга Лилиан. А что касается причины, чтобы осталась ты, то мы ее установили. Это забота о благополучии твоего агентства.

Он мягко коснулся ее щеки, которая в ответ мгновенно вспыхнула, и вышел. Эйрин села в кресле и залпом осушила остаток бренди. Да, у нее нет выбора. По крайней мере, на сегодняшнюю ночь она остается.

Через полчаса миссис Паркер зашла за ней, чтобы позвать на ужин.

Глава пятая

– Очень мило, дорогая.

Столь одобрительно хозяйка поместья оценила терракотовое мини-платье с низким квадратным вырезом, плотно облегающее фигуру Эйрин. На платье она надела тонкую блузку с длинными рукавами, чтобы скрыть синяки. Туалет отлично дополняли очаровательные туфли на невысоком каблуке такого же терракотового цвета.

Сама Барбара в черном бархатном брючном костюме выглядела безукоризненно.

– Как вы себя чувствуете, милая? – спросила она. – Дэниел уверил меня, что все загладил.

– Мистер Паркер, наверное, понимает под выражением «все загладить» нечто схожее с действием парового катка. Ой, простите, миссис Паркер, я не должна была говорить этого! Язык мой – враг мой.

– Эйрин, мне нравится ваша естественность. Пожалуйста, будьте в моем присутствии свободны от условностей.

– Все-таки он ваш сын, миссис Паркер.

– Но это не значит, что я одобряю все его поступки. Пойдемте вниз. Сегодня у нас шведский стол.

– Отлично, я так проголодалась, что могу, пожалуй, съесть целого буйвола. Это, наверное, из-за того, что сегодня я чуть не утонула.

Барбара Паркер внимательно посмотрела на нее такими же темно-голубыми, как у сына, глазами и сказала без обиняков:

– Должна признаться, Эйрин, я не одобряю разводов и живу надеждой, что Дэниел и Эйбл сумеют преодолеть свои разногласия. Все еще надеюсь. В других обстоятельствах я могла бы полюбить и принять вас, моя дорогая. – Она положила руку на плечо девушки, чтобы сгладить свои слова, и добавила: – Прошу вас, называйте меня Барбарой. Я, конечно, немолода, но ничто не заставляет меня чувствовать себя еще старше, как обращение «миссис Паркер»!

Кроме большого стола, в комнате вдоль стены размещалось несколько небольших столиков, уставленных блюдами с едой. Каждый сам накладывал на тарелку то, что хотел. А выбор блюд был разнообразен и необычен – копченый лосось в майонезе с ломтиками дыни и каперсами, фаршированные оливки и сладкий перец в качестве закуски. Холодный окорок с различными салатами на выбор, свинина под кислым соусом с рисом как основное блюдо и изумительный фруктовый салат из киви, бананов, клубники с мороженым и орехами на десерт.

Обстановка зала потрясла Эйрин. Свечи в старинных канделябрах, огромные кадки с мандариновыми и апельсиновыми деревьями, столы и стулья причудливого дизайна, посуда с нежным восточным рисунком, массивные серебряные приборы английской работы, играющий светом хрусталь – все создавало атмосферу, сочетающую изысканность и богатство.

Эйрин пришло на ум, что Уайт-Рок – благословенное место, созданное Богом для радости. Эта мысль заставила ее сделать паузу в еде и взглянуть на Дэниела, которого до сих пор игнорировала, хотя он и сидел рядом с нею.

– Я сделал что-нибудь не так?

– Ничего. Просто мне подумалось, как ты, должно быть, богат.

– Без комментариев. – Он посмотрел на часы и встал. – Ты простишь меня? Я жду важный звонок из Сингапура. Надеюсь, что не задержусь.

– Конечно, – весело ответила она.

– Со стороны могло показаться, что вы и раньше знали, как он богат, Эйрин, – сказала Арлена Трэвис, когда ее крестник отошел на достаточное расстояние. Она сидела напротив, между Рони и Тэдом.

Эйрин взяла себя в руки и постаралась ответить как можно беззаботнее:

– Никакого сравнения с тем, что я могла себе представить.

– Мы не ждем от вас оправданий, дорогая.

Тэд и Рони заерзали на стульях, когда Эйрин положила нож с вилкой на тарелку и посмотрела прямо в глаза старой даме. Арлене Трэвис было около шестидесяти. Своей седой головой и пронзительными глазами, прикрытыми тяжелыми веками, она напомнила девушке дряхлую орлицу.

– Что же, давайте не будем ходить вокруг да около, леди Трэвис, – как можно спокойнее сказала она. – По-вашему, я – охотница за чужими миллионами? Конечно, так оно и есть. Бедный маленький Дэниел знает об этом, но никак не может сам во всем разобраться. Я сказала себе: «Он свободен, ему уже тридцать пять, так почему бы мне не прихватить его денежки?» Не так ли, мадам? – с мягкой иронией закончила она.

Арлена Трэвис пришла в ярость. От бурного дыхания ее грудь заходила ходуном. Глубоко возмущенная непочтительным отношением к своей персоне она встала, взяла тарелку и пересела на другой конец стола.

– О, святые угодники! – Рони прыснул и прикрыл лицо салфеткой. – Эйрин, где вы были раньше? Почему мы с вами так поздно встретились?

Тэд тоже улыбнулся, но тут же пожал плечами и неуверенно произнес, отпив из бокала вино:

– Только не впутывайте меня и Лилиан!

Эйрин вернулась на грешную землю. Закрыв глаза, она прошептала:

– Сама не знаю, зачем я это сделала.

– Не надо жалеть, – успокоил ее Рони. – Самое время кому-нибудь слегка ее одернуть.

– И все-таки я сожалею. – Эйрин обернулась к Тэду. – Похоже, мое появление вносит суматоху в вашу предсвадебную неделю. Я уже почти готова согласиться с Дэниелом в том, что я – сплошное ходячее недоразумение.