Джессика Марчент - Любовь в Люксембурге

– Не только говорил, – она вдруг смутилась, – но и показывал.

– Это будет наслаждением, дорогая. Настоящим наслаждением.

Он взял у нее ключ, открыл дверь, зажег свет в прихожей и провел Тэффи внутрь. Она в замешательстве остановилась, и тогда он запер дверь, подхватил ее на руки и понес в спальню.

– Я не застелила кровать. – Она отвернулась от него. – Кровать Аннет.

– Это, моя хорошая, – он сел на кровать и усадил Тэффи себе на колени, – нисколько не похоже на то, что было с Аннет.

Она заглянула ему в лицо, почти поверив.

– Правда, Поль? Честно-честно?

– Честно-честно. – Услышав эти слова из его уст, она поняла, как по-детски выразилась, но ему, видимо, было все равно. – Ты знаешь, что твои глаза в точности такого же цвета, как листья бука, когда сквозь них пробиваются лучи солнца? – Он гладил ее спину. – Хотя нет, сейчас они глубокие и темные, как океан… Давай избавимся вот от этого.

Поль встал и сдернул с кровати одеяло. Его пиджак тоже упал на пол. Тэффи наслаждалась его размашистыми величественными движениями. Галстук последовал за пиджаком. Сквозь белоснежную рубашку ясно вырисовывались широкие мускулистые плечи.

– Нет. – Он опередил ее, отодвинув ночник у кровати, прежде чем она успела зажечь его. – Может быть, позже. – В пронизанной желтыми полосками дымке он обхватил большими ладонями ее талию. – Наклонись ко мне.

– Что? – Недоумевая, она сделала, как он просил, и тут же платье и лифчик упали, обнажив ее до пояса. – Как это у тебя получается?

– Получается, и все. – Он застыл, восхищенный, и затем поцеловал ее в грудь. – Какое сокровище.

Тэффи ощущала приятное прикосновение его волос, покалывание ресниц, еле заметную утреннюю щетину и, не выдержав, изо всех сил прижалась к нему, а он покрывал поцелуями ее грудь.

– Не сейчас. – Он отстранился от нее. – Мы пока не готовы.

– Мы не готовы?.. – с трудом вымолвила она, задыхаясь от желания. – Что ты делаешь?..

Поль встал, потянув ее за собой. В смущении она оказалась прямо перед ним; непонятно как ее платье и бюстгальтер скользнули на пол, без сопротивления прихватив нижнюю юбку и трусики.

Она невольно закрыла себя руками.

– Не прячься. – Он поймал ее запястья. – Ты прекрасна. – Он продолжал целовать ее шею, мягкий изгиб талии, грудь. Потом она попыталась вырвать руки.

– Отпусти меня, Поль. Так нечестно…

Она протянула руки к воротнику его рубашки. Клик-клик-клик, отозвались перламутровые пуговицы, зашуршала ткань, и кончики ее пальцев коснулись твердых ключиц, напряженных плеч, пробежали по широкой груди, поросшей темными волосами, спустились ниже, к ремню на брюках…

– Нет. – Он отстранил ее. – Об этом я позабочусь сам.

– Но, Поль! – (Он повернулся к ней спиной). – Я хочу… Я должна…

– Нет, это должен сделать только я. – Его остальная одежда присоединилась к уже лежащей на полу у кровати, но он все еще стоял к Тэффи спиной, склонив темноволосую голову, в неясном свете утра.

– Что ты делаешь?

Тэффи вытянулась на краешке постели, страстно желая его близости. Она не могла отвести глаз от его спины, залитой золотистым светом; гладкой кожи, отливающей бронзой; узких бедер, стройных ног, – но взгляда было недостаточно. Сейчас ей нужен был он сам.

Раз и навсегда, мелькнуло у нее в мыслях, и она постаралась тут же забыть эти слова, но поняла, что они слишком много значат, и не только для нее.

– Поль. – Он слегка обернулся, и она торопливо продолжала: – Я знаю, что с Аннет все кончено и что… что с Клодией ничего не было. Но…

Ей пришлось замолчать – он оказался наконец возле нее, увлекая ее в полутьму алькова. Тэффи отпрянула, закрываясь руками.

– Ты… ты не нарушаешь никаких обязательств?

– Конечно, нет! – Он застыл в изумлении. – Неужели ты думаешь, я был бы тогда здесь?

– Я знаю, ты не женат, но, может быть, помолвлен?..

– Определенно нет!

– И нет другой женщины, с которой ты встречаешься? Которая надеется?..

– Ни одной. – Он отвел в сторону ее руки. – Тебе не кажется, что ты задаешь эти вопросы слишком поздно?

– Лучше поздно, чем никогда… Что ты делаешь? – Она откинулась назад, задрожав от наслаждения. – Пожалуйста, еще…

Но он сам знал, что ему делать. Он постепенно довел ее до вершины наслаждения, действуя в собственном ритме, вызывая приливы страсти сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее. С каждым новым его прикосновением ее тело все больше жаждало еще неведомого ей ощущения.

– Сейчас, Поль, пожалуйста, пожалуйста…

Его губы приникли к ее рту, заставив замолчать. Но ее внутренний призыв невозможно было заглушить, она стремилась навстречу Полю так же естественно, как свежий бутон раскрывается навстречу солнечному лучу.

И наконец пустота, которую мог заполнить только он, исчезла, он вошел в нее, и она приняла его.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

– Тэффи! – Поль постучал в дверь ванной. – С тобой все в порядке?

– Да.

Сидя на краю ванны, Тэффи потуже затянула пояс халата, который набросила, войдя сюда, и тихо всхлипнула, потом рывком поднялась и отодвинула занавеску с узором из ромашек. Утренний свет был таким ярким, как будто наступил лучший день в ее жизни, но все было наоборот…

– Тогда выходи. – Низкий голос по другую сторону двери был одновременно нетерпеливым и озабоченным. – Обещаю, такого больше не повторится.

Тэффи сморгнула слезу, повисшую на ресницах, и бросила в сторону двери:

– Уходи.

– Что? – Озадаченный, Поль замолчал. – Ты с ума сошла?

Слеза упала на рукав ее халата цвета морской волны, на мгновение сверкнула золотисто-оранжевым светом в лучах солнца и без следа исчезла, впитавшись в ткань. Такова и сама жизнь, мрачно подумала Тэффи, сиюминутный блеск, в мгновение ока скрывающийся из глаз.

– Выходи, и поговорим. – Он подергал дверную ручку.

– Что это даст? – спросила она, сдерживая ярость.

– Судя по твоему тону, ты считаешь, будто я совершил что-то ужасное, – раздраженно сказал Поль.

– Так оно и есть!

– Если ты думаешь, что… – Он не закончил фразу, внезапно разозлившись. – Это глупо. Сию же минуту выходи!

– Ни за что.

Она выпрямилась на краю ванны, вдруг почувствовав себя лучше. Ни за что его не прощу, твердо сказала она про себя. Каким унизительным способом он показал мне, что я не заслуживаю его доверия!

– Прошу тебя, уходи. – Ее слова прозвучали слишком звонко, и она слегка понизила тон. – И не возвращайся.

– Что за идиотство… Послушай. – В его голосе появились знакомые повелительные нотки. – Если ты сейчас же не выйдешь, я сломаю дверь.

– Ты не сможешь, такое бывает только в кино, – наставительно заметила Тэффи. – Даже для твоих мускулов это уж слишком, – добавила она, представив на минуту его широкие обнаженные плечи.