Энн Хампсон - Жена за один пенни

— Это очень мудро с твоей стороны — хранить наш секрет, Лиз. — Нигель пристально посмотрел на жену. — Помни, ты всегда должна хранить его, в противном случае тебе не сдобровать.

Глава четвертая

В тот же день после обеда Лиз загорала на лужайке, под окнами дома, когда зазвонил телефон. Нигель быстро взял трубку.

Это наверняка Грета, подумала Лиз. Ей захотелосьподойти к окну и послушать их разговор, но она быстро одернула себя и осталась лежать, перевернувшись на живот, чтобы загар был ровным. К ее удивлению, вскоре появился Нигель, и Лиз подумала, что если бы она и решила подслушивать, то он бы, несомненно, застал ее за этим занятием.

— Это твоя подружка? — не утерпев спросила Лиз проходящего мимо Нигеля.

Он остановился, и она бесстрашно подняла голову.

— Объясни, кого ты имеешь в виду? — резко сказал он, нетерпеливо и высокомерно глядя на жену.

— Она заходила сюда через пару дней спустя после твоего отъезда. И, по-видимому, ужасно огорчена твоей женитьбой.

Нигель нахмурился.

— Как, черт побери, она узнала об этом? — тихо сказал он сам себе, так что Лиз с трудом поняла слова.

— Слуги, — коротко ответила она, и Нигель мрачно кивнул. Он посмотрел на Лиз. Она была почти раздета, как во время визита его кузена.

— Ты разговаривала с Гретой? Почему ты мне раньше не сказала?

— У нас пока не было времени обсуждать твои амурные дела, — едко ответила Лиз, наслаждаясь внезапным гневом, вспыхнувшим в его глазах. — Мы занимались менее приятными вещами!

Нигель окинул взглядом всю ее фигуру, и по какимто причинам, которые Лиз сама не смогла бы объяснить, она быстро перевернулась на спину. На губах Нигеля появилась изумленная улыбка, и он направился к воротам. Лиз проводила взглядом его высокую фигуру пока он не скрылся из виду, гадая, куда он направился. К Грете? Но какого черта она должна терять время на размышления о том, когда он пошел! Ее это никогда не интересовало, так же, как и она не интересовала его.

Почему же он женился на ней? Лиз чувствовала, что никогда не найдет ответа на этот вопрос. Что за упрямый человек! Он вынудил ее выйти замуж и теперь не хочет сказать почему. Что бы ни говорил Нигель, Спирос сказал правду. Когда появилась вероятность, что помолвка Артура и Вивьен будет расторгнута, Нигель решил опротестовать завещания, и это было единственной целью его приезда в Англию.

Лиз некоторое время раздумывала над этим, пока ей внезапно не пришла в голову мысль, заставившая ее резко сесть. Может быть так, что тот поцелуй пробудил у Нигеля аппетит к чему-то большему?.. Он так страстно прижимал ее к себе. Лиз стала думать, что предложение о женитьбе могло возникнуть из его примитивного желания… Сейчас, когда она сидела на солнце и лишь жужжание насекомых нарушало разлитый вокруг мир и покой, до нее стало смутно доходить, что произошло. Предположим, Нигель решил… Но он поселил ее в отдельную комнату. Если бы ЭТО было его намерением, он бы с самого начала устроил все по-другому.

Лиз нетерпеливо встала и пошла в дом, чтобы одеться.

Выходя из спальни, она услышала телефонный звонок и сняла трубку.

— Нигель? — донесся с другого конца провода резкий голос. — Где же ты?

— Мужа нет дома. Ему что-нибудь передать?

— Я уже звонила раньше и сказала, что желаю его видеть. Почему он не пришел?

Лиз отняла трубку от уха. Значит Нигель поехал не к Грете. Лиз слегка улыбнулась. Если Грета разговаривала с ним таким тоном, то понятно, почему он к ней не поехал.

— Где он? — Голос Греты сорвался на крик. — Где?

— Боюсь, я не могу сказать, где мой муж, — ответила наконец Лиз. — Хотите, чтобы я ему что-нибудь передала? — снова спросила она.

Маленькая пауза.

— Да, передайте, что я приеду к нему сегодня вечером…

Грета внезапно замолчала, затем Лиз услышала, как она сказала совсем другим тоном:

— Нигель! Ты пришел! Нигель, почему ты?.. — Снова пауза, затем в трубке раздались гудки.

Лиз тоже повесила трубку, позволив себе слегка улыбнуться. Ей нечего было беспокоиться о сексуальных потребностях Нигеля. Грета их удовлетворит, как, по словам Спироса, она это делала последние два года.

Позже заехал Спирос, и Лиз предложила ему остаться на чай.

— А где Нигель? — спросил Спирос, завидев Лиз на террасе. — Я знаю, что он вернулся. Мать видела его машину.

В глазах Лиз появилось озорство, и она сказала:

— Он поехал к любовнице.

— К кому?.. — Спирос мгновение смотрел на Лиз, потом пожал плечами. — Да, я полагаю, он должен был к ней поехать. Интересно, как она это воспримет, я имею в виду то, что он ее бросил.

Из его тона можно было понять, что Грета никогда не пользовалась расположением Спироса.

— Может быть, — пробормотала Лиз, когда они сели за стол, — он ее не бросит.

— Вы имеете в виду, что она вцепится в Нигеля? — Спирос покачал головой. — Вы еще мало знаете Нигеля.

Если он решил бросить Грету, то он ее бросит.

— Но, может быть, у него нет намерений ее бросать?

Слова вырвались раньше, чем Лиз сообразила, что их говорить не следует, и она взглянула в лицо своему собеседнику, чтобы понять, какое они произвели на него впечатление. Было очевидно, что Спирос и удивлен, и озадачен. Он, казалось, долго обдумывал ее предположение, прежде чем произнес:

— Конечно же, он ее бросит. — Спирос, нахмурившись, посмотрел на Лиз. — Вы так спокойны насчет Греты. Разве англичанки не ревнивы? Греческая женщина устроила бы такую бурю, если бы узнала, что муж пошел проведать бывшую любовницу.

Лиз заколебалась. Она так ненавидела мужа, что с удовольствием дала бы волю своей злости и рассказала Спиросу всю историю, но она, конечно, воздержалась, вспомнив слова Нигеля.

— Я не ревнива, — ответила наконец Лиз, чувствуя, что Спирос все еще озадаченно смотрит на нее.

Они больше не сказали об этом ни слова, потому что в этот момент появился Нигель и направился к ним через лужайку, будто прекрасный бог из давних времен. Его стройное тело, словно на крыльях, двигалось в каком-то плавном ритме, а лицо удивительно напоминало лицо самого Аполлона. За спиной Нигеля во всем великолепиии возвышались горы. Нереальность этой картины так подействовала на Лиз, что, несмотря на всю неприязнь к Нигелю, в ее воображении пронеслись мысли, которые могли лишь польстить ему. Его фигура не вязалась с их земным миром.

Несомненно, в его облике было неоспоримое благородство, которого Лиз никогда не встречала в мужчинах. Он бы естественнее смотрелся на Олимпе, среди богов, подумала она. К изумлению Лиз, ее мысли на мгновение вышли из-под контроля, и она представила его своим любовником.