Фрэнсин Паскаль - Сентиментальная история

— И все равно толком никто ничего не знает. Это просто сплетни. Я никогда не поверю, что Лиз встречается с Риком. Она моя лучшая подруга, и я не брошу ее в такой беде несмотря ни на что.

Раздался звонок, и Инид так и не узнала, что собирался ответить Ронни. Но она видела, что он сердится.

Господи, какой странный день, думала Элизабет, подходя к двери своего дома. Она словно попала в «зону молчания». Куда бы она ни шла, ее всюду провожали косые взгляды. Как только она приближалась — в столовой ли, в библиотеке, в коридоре, — все сейчас же смолкали. Что же такое хотела сказать ей Инид?

Даже мистер Коллинз мрачно молчал — вышли какие-то неприятности со школьным футбольным полем. Элизабет вспомнила, что на днях за завтраком и отец упоминул футбольное поле; что-то там стряслось, а что — не захотел объяснить поподробнее. Все очень странно, а впереди еще целых полдня.

Открыв дверь, Лиз услыхала сердитые голоса, доносившиеся из кухни.

— Стив, ты должен был вернуться в колледж вчера вечером, — говорила Элис Уэйкфилд.

— Мам, не злись. Никаких важных лекций сегодня нет.

— Дело не в этом. Ты что-то от нас скрываешь. И мы с папой очень за тебя волнуемся.

— А я и не подозревал, что вас с папой волнует что-нибудь, кроме работы.

— Стив!

— Прости, мам. Просто я не люблю, когда меня пилят. Ладно, мне пора. До пятницы.

Элизабет вошла в кухню, как раз когда Стивен открывал заднюю дверь.

— Пока, Лиз. Пока, мама. — Махнув на прощание рукой, он ушел.

Элизабет с матерью обменялись удивленными взглядами.

— Что со Стивом, мама?

— Я надеялась, ты сможешь мне объяснить.

— Я совсем…

Резкий звонок телефона прервал Элизабет.

— Я подойду, мама. Алло? — Она прикрыла трубку рукой. — Это меня. Я поговорю наверху, а ты положи здесь трубку, хорошо?

— Хорошо. Сегодня вечером у меня встреча с клиентом. Папа тоже придет поздно. В холодильнике — мясная запеканка. — Последние слова ей пришлось прокричать, потому что Элизабет была уже наверху. Как всегда, все у Элис по плану, все готово, но голос звучал озабоченно, как будто и ее что-то тревожило.

— Инид! — Элизабет почти кричала в трубку. — Объясни мне, что происходит. Пожалуйста, объясни!

Через минуту Элизабет, ошарашенная рассказом Инид, чуть не задохнулась от изумления и возмущения:

— Не могу поверить! Меня арестовали, отпустили под честное слово, доставили домой в полицейской машине?! Инид, это дикая, несусветная ложь. В баре «Келли» с Риком Эндовером? Неудивительно, что все… Это грязная сплетня, Инид, я никогда, ни за что!..

Когда Элизабет наконец опомнилась, Инид посвятила ее во все чудовищные подробности:

— Кэролайн Пирс утверждает, что своими глазами видела тебя, Лиз. Она утверждает, что полицейский называл твое имя, записал в блокнот и отпустил тебя под честное слово. Но помни, Лиз, мы с тобой подруги несмотря ни на что…

— Что ты говоришь, Инид! Несмотря на что? Я не знаю, почему Кэролайн распространяет обо мне такие слухи. С Риком Эндовером я вообще никогда не разговаривала!

И в этот миг Элизабет сообразила, кто не отказался бы перемолвиться с ним словечком. Джессика! Но Кэролайн слышала, как полицейский сказал «Элизабет», а не «Джессика». Ну, в этом она разберется. Ясность может внести только один человек. И этот человек — ее белокурая копия — вот-вот вернется домой.

— Инид, я понятия не имею, как заварилась эта каша. Сейчас я больше не могу говорить, — оборвала она разговор. — Позвоню попозже. Пока!

Элизабет повесила трубку и прошла к себе. Ожидая возвращения сестры, она нетерпеливо мерила комнату шагами от окна к двери и обратно.

Какой-то кошмар. Как было бы хорошо, окажись все это кошмарным сном! Но Элизабет знала, что не спит. Вдруг в голову ей пришла страшная, чудовищная мысль. Тодд! Ведь и он, конечно, слышал эту историю. И, наверное, поверил ей. «Я должна рассказать ему правду, — решила она. — Но в чем она состоит, эта правда?»

Хлопнула входная дверь, послышались торопливые шаги по лестнице.

— Лиз! Лиз, где ты? — звала Джессика. И, запыхавшись, она влетела в комнату Элизабет. Сестры стояли друг против друга, и на их прелестных лицах застыло одно выражение. Выражение ужаса.

— Ты слышала. Сразу видно, что слышала, Лиззи!

— Еще бы!

— Так можно погубить всех нас! Наше будущее! — Она всхлипнула. — Что же нам делать?

— Давай начнем с Рика Эндовера, Джес.

— Рик Эндовер? А он-то тут при чем?

— При том, что вся школа считает, будто меня вчера вечером забрали в полицию и выпустили под честное слово! — Элизабет впервые в жизни кричала на сестру, не пытаясь сдерживаться.

— Ах, это… — Джессика пожала плечами и виновато покраснела. — Ну, я это быстро улажу.

— Ты уладишь это немедленно! — потребовала Элизабет.

— Только не сейчас, Лиз! Ведь произошло нечто действительно важное. Я сегодня узнала, почему Стив приезжает домой каждую пятницу. Ничего удивительного, что он так скрытничает и увиливает от разговоров. Ему, наверно, самому стыдно! Вся моя жизнь вот-вот полетит вверх тормашками — и все из-за него. Ну, как он мог, Лиззи? — И Джес заплакала.

— Перестань молоть чепуху, Джес. И прекрати плакать! Рассказывай, что он натворил.

— Наш братец, член уважаемого семейства Уэйкфилдов, каждое воскресенье проводит, — сквозь слезы Джессика едва сумела произнести, — с Бетси Мартин!

В комнате стало тихо. От удивления Элизабет села на кровать, забыв обо всех своих огорчениях:

«Стивен встречается с Бетси Мартин?»

— Джес, это правда? Нет, я не верю. Бетси колется уже несколько лет — она ходит как во сне…

— А ее папенька каждый день напивается, — сердито вставила Джессика.

Элизабет с тревогой подумала о родителях:

— А что скажут мама и папа, когда узнают?

— Мама и папа? Лиз, а что подумают в школе?! Когда это откроется, я погибла! И ты тоже!

— Я-то уже погибла! — взорвалась Элизабет. — А теперь изволь объяснить, что значит Рик Эндовер и все прочее.

— Не сейчас, Лиззи, пожалуйста.

— Нет сейчас. Я желаю знать немедленно.

Глава 8

— Ох, Лиззи, это было так ужасно, — захныкала Джессика и опять разревелась. — И пьянка, и драка, и Рик со своими лапами…

— Рик? — прервала ее Элизабет. — Ты сказала «Рик»? Значит, свидание у тебя было не с Тоддом? — У Элизабет отлегло от сердца, и весь ее гнев сразу улетучился, как воздух их проколотого шарика.

— Уж лучше бы с Тоддом, — сказала Джессика. — Он бы никогда не повез меня в это ужасное место. Говорю тебе, это все Рик виноват. Он меня просто затащил туда, честное слово!

— Если это Рик во всем виноват, — подозрительно спросила Элизабет, — как же получилось, что полицейский записал мое имя? — «На этот раз Джессике придется самой отвечать», — решила она.