Xэрриет Гилберт - Дом с видом на любовь (Всего лишь поцелуй)

Лаура попыталась перехватить инициативу в опасном разговоре.

— Да ладно тебе! С твоей-то репутацией — все возможно!

— Не знал, что у меня есть какая-то репутация. С ней все так плохо?

— Хуже не бывает!

Лаура в негодовании передернула точеными плечами. Как она могла забыться до такой степени! Она же терпеть не может этого человека. Словно для того чтобы еще больше утвердить Лауру в ее неприязни, Артур незамедлительно издал очередной ехидный смешок.

— Полагаю, меня ждут незабываемые шесть недель. Судя по тому, как относятся к мужчинам, жизни и сексу на улице Кармелиток, мне предстоит многое узнать и заново открыть для себя неведомые глубины чувств.

К счастью, такси уже достигло своей конечной цели, и Лауре не пришлось отвечать на это глумливое замечание. Она выскочила из машины, словно ошпаренная.

Даже если это будет ее последним подвигом в жизни, она собьет с него спесь, сгонит эту поганую ухмылочку с его красивого лица!

С очередным подвигом, впрочем, пришлось повременить, так как вытащить Артура Финли из машины оказалось не менее трудно, чем засунуть его в нее. Не помогло даже большое больничное одеяло алого цвета.

В больнице залитые кровью брюки пришлось разрезать и выкинуть, но, когда дело дошло до сборов домой, Лаура категорически отказалась ехать в одной машине с мужчиной, одетым только в пуловер от Кевина Кляйна и легкомысленные трусы-боксеры. Тогда одна из сестер соорудила для Артура элегантную тогу из одеяла, но теперь именно это изысканное одеяние не давало ему необходимой свободы маневра. Прибавьте сюда длиннющую загипсованную ногу и высоченный рост — задача становилась до отчаяния неразрешимой.

Артур неожиданно зашипел от боли, стукнувшись об дверцу машины, Лаура тоже зашипела от сочувствия к нему, а затем, бросив пиджак и галстук Артура прямо на мостовую, принялась с удвоенной энергией тянуть его из машины.

Квартирант не оценил ее усилий и возмущенно взвыл:

— Что ты делаешь с моей одеждой!

— Ради Бога, уймись. Будешь скандалить — оставлю ночевать в такси!

— Ну уж нет, на это не соглашусь я!

С этими словами шофер поднажал, и Артур выскочил из машины, как пробка из бутылки. Лаура издала победный клич:

— Отлично! У нас получилось!

— Ты что, ненормальная? — подал с тротуара голос несчастный загипсованный «патриций» в алой «тоге».

Артур приподнялся на локте и гневно взирал на рыжеволосую нахалку и шофера, с трудом удерживавшихся от смеха при виде лежавшего на тротуаре пациента.

Наконец все более-менее устроилось. Объединенными усилиями удалось поставить Артура на ноги, затем шофер подал ему костыли и помахал Лауре на прощание, не удержавшись от ехидного пожелания удачи в нелегком деле сопровождения жильца до дома.

Лаура подобрала вещи с мостовой и легко взбежала на крыльцо, чтобы открыть двери пошире. Артур недовольно пробурчал ей вслед:

— Незачем так спешить. Черт!

— В чем дело на этот раз?

— Одеяло. Оно путается под ногами и мешает, а здесь ступеньки.

— Подумаешь! Здесь всего три ступеньки. Давай же, постарайся!

— Я и стараюсь.

Лаура прищурилась.

— Разве сестры не показали тебе, как ходят на костылях?

— Показали, разумеется, но не на ступеньках же.

Перспектива остаться на ступенях до утра заставила девушку пойти на очередной подвиг человеколюбия.

— Ладно, обопрись на меня.

С этими словами Лаура сбежала вниз, забрала у Артура один из костылей и обняла его за талию, другой рукой предусмотрительно крепко схватившись за перила.

— Боже, да ты же весишь целую тонну!

— Перестань надо мной издеваться!

— Посмотрите на него! Что ж, тогда оставайся ночевать на крыльце. Артур, у тебя же остался еще один костыль, обопрись на него, а то у меня сейчас спина сломается!

На самом деле Лаура испытывала совсем другие чувства. Сейчас это сильное тело было так близко от нее, и смуглые пальцы сжимали ее плечо… совсем так же, как сжимали они ее трепещущее тело во время того яростного, жаркого поцелуя, которым он наградил ее тогда… В день его рождения… Эти пальцы зарывались в ее волосы, гладили ее лицо, ласкали и изматывали, даря невиданное и неожиданное наслаждение. Потом его губы спустились ниже…

— Ты в себе или нет?!

Возмущенный ее внезапной неподвижностью, Артур повысил голос, и Лаура вздрогнула, поспешно возвращаясь в реальный мир.

Как можно забыть, что на ее плече лежит рука Артура Финли, самого несносного, нахального и распущенного сына прекрасной Шотландии, который, если верить словам Жюли, явился в этот мир новым воплощением Казановы! С таким опасно даже садиться в одну машину, а не то что подниматься в обнимку по ступеням. Раньше Лаура подсмеивалась над Жюли, но после сеанса массового гипноза в больнице ее точка зрения переменилась.

А что творится с ней самой? Ведь она обычная, здравомыслящая и рассудительная девушка, к тому же не доверяющая Артуру Финли ни на грош, однако уже дважды рассудок полностью отказывал ей, пасуя перед обаянием и чувственностью этого невыносимого шотландца!

Нет, Лаура Дарси не станет еще одной обитательницей его гарема! Чем скорее она избавится от Артура, тем лучше. Он всего несколько недель живет в ее доме, а жизнь уже дала трещину и продолжает преподносить неожиданные сюрпризы.

Пока что мсье Финли всего лишь заноза, которая мешает Лауре жить спокойно, но, если ему дать волю, он вполне способен превратиться в проклятие всей ее жизни! Надо быть с ним очень, очень осторожной.

Лаура тяжело вздохнула и отправилась за вторым костылем, оставшимся на улице, а вернувшись, обнаружила, что Артур уже вполне самостоятельно, хотя и очень медленно идет по коридору.

Ему нужна заботливая сиделка, лучше профессиональная медсестра, и, разумеется, это должна быть дама средних лет. А еще лучше — пожилая. А совсем идеально — старушка, мудрая и хитрая, которая не даст обвести себя вокруг пальца, да к тому же сможет с легкостью переносить его с места на место. Где только ее найти, эту мудрую и атлетическую старушку?

Лаура мысленно поклялась сама себе с утра обзвонить все соответствующие агентства, немного успокоилась и только тут обратила внимание на то, как растерянно и печально взирает Артур на лестницу, ведущую в его комнаты на втором этаже. Неожиданно ей стало его искренне жаль.

— Ну ладно. Вряд ли ты сейчас сможешь совершить такое восхождение, — мягко сказала она. — Сегодня переночуешь здесь, в моей спальне, а завтра потренируемся, как подниматься по лестнице.

— Спасибо.

В темно-голубых глазах Казановы Лаура прочитала искреннюю благодарность и явное облегчение.