Натали Иствуд - Помни меня

Элис молча кивнула и жестом пригласила врача пройти в гостиную.

Тем временем Артур держал жену за руку со слезами на глазах.

— Если бы ты знала, как я счастлив, моя дорогая! Такой подарок… У нас будет ребенок. — Он покачал головой, словно не верил в реальность происходящего. — И ты мне ничего не сказала! Но почему?

Линда молчала. Скоро они с Томом уедут отсюда. А пока придется подыграть мужу, хотя это и противно.

— Почему? — слабым голосом произнесла она. — Хотела сделать тебе сюрприз. А сейчас дай мне поспать. Я так устала…

— Спасибо тебе, моя дорогая! — Артур наклонился и поцеловал жену. — Кто знает, может, это мальчик?

— Артур, обещай мне одну вещь.

— Все что угодно, радость моя!

— Обещай, что отправишь Шона в школу.

— Доктор сказал, тебе нельзя волноваться, — уклонился от ответа Артур. — Давай отложим это на потом. Когда тебе станет получше.

В декабре врач разрешил Линде выходить на улицу. В тот же день, как только Артур отлучился по делам, устроив жену у камина в гостиной, в дверь постучали и на пороге появился Шон.

— Пришел проведать, как вы себя чувствуете, — сказал он.

— Спасибо, мне уже намного лучше, но я еще очень слаба, — пробормотала Линда и прикрыла глаза, давая понять, что не расположена к разговорам.

— Я только на два слова. — Шон плотно закрыл дверь и встал, прислонясь к стене. — По поводу школы.

— Что ты хочешь сказать? — насторожилась Линда.

— Мне никак нельзя сейчас уезжать, — вкрадчивым тоном сказал он. — Еще не время.

— Что это значит? — Линда изменилась в лице. Она прекрасно поняла, к чему он ведет.

— Только то, что я сказал. — Выдержав паузу, он добавил: — Поверьте, мне бы очень не хотелось, чтобы все узнали о вашей… вашей дружбе с Томом Ричардсоном.

— Ты мне угрожаешь?!

Шон улыбнулся и молча вышел.

Линду трясло от ярости.

Приближалось Рождество, и Мэри с Элис уехали в Манчестер покупать подарки.

— Скоро два месяца, как я не видела Джона, — со вздохом заметила Мэри, выходя из магазина. — Неужели он меня даже не поздравит?

Элис молчала.

— Выходит, я в нем ошиблась?

— Детка, я и сама в нем ошиблась! — невесело усмехнулась Элис. — Мой тебе совет: перестань думать о нем!

Легко сказать! Мэри вздохнула. Да ведь она только о нем и думает. А Джон больше не хочет ее видеть. Ну как примириться с этим?!

— Если он не ценит тебя и твою дружбу, забудь о нем! — уговаривала племянницу Элис, приобняв за плечи. — Девочка моя, у тебя все впереди. Так что выше нос!

— Скоро Рождество, а у нас дома… никакого праздничного настроения! — сокрушалась Мэри. — Мама ни с того ни с сего взъелась на Шона. Если честно, то мне его даже жалко!

— Детка, в ее положении это объяснимо… Ну а что до праздничного настроения, так все в наших руках! — Элис потрясла пакетами с подарками и улыбнулась. — Поставим елку, зажжем свечи, Дотти наготовит всякой всячины…

— Элис, а тебе не кажется, что Шон…

— Что, детка?

— Тебе не кажется, что Шон похож на папу? — скороговоркой выпалила Мэри и, высказав то, что ее давно мучило, испугалась.

— Однако у тебя богатое воображение! — не сразу ответила тетка. — Нет, я не замечаю сходства.

Мэри замолчала, а Элис ее слова навели на размышления. Ведь, если допустить, что Шон сын Артура, все сразу встает на свои места. И ничего сверхъестественного в этом допущении нет. Артур частенько отлучается в Лондон, и, как он ни любит Линду, он всего лишь мужчина. Ну что же, если брат решил усыновить Шона, это внушает уважение. В конце концов, это его личное дело и он сам во всем разберется.

На следующий день наступил сочельник. Шон пребывал в отличном настроении: Артур пообещал, что в школу его отправят на будущий год, а пока Элис продолжит давать ему уроки.

После завтрака Артур собрался к арендаторам — собрать плату за декабрь, — и Мэри в надежде увидеть Джона упросила отца взять ее с собой.

— Артур, но ведь они должны платить только в конце месяца, — отговаривала брата Элис. — К тому же сегодня сочельник…

— Вот именно! В конце месяца денег у них может и не быть. Вдруг истратят все на Рождество? — Он обернулся к Мэри. — Ну что, ты готова? Или будешь два часа решать, какое платье надеть? — проворчал он, выходя в холл. — Поторапливайся, пока я не передумал.

— Я мигом! — обрадовалась Мэри и понеслась к себе одеваться.

Через пять минут Мэри выбежала на улицу. В дубленой куртке, брюки заправлены в высокие сапожки, зеленая вязаная шапочка и длинный шарф оттеняют блеск глаз, золотисто-рыжие волосы треплет ветер…

— Папа, а ты не против, если я сяду впереди? — спросила она, взявшись за ручку дверцы.

Артур молча кивнул. Когда Мэри уселась рядом, он покосился на нее, и ему пришло в голову, что дочь уже совсем взрослая. До чего же похожа на мать! — подумал он. И в то же время не похожа… Внезапно у него возникло чувство вины перед дочерью, и он разозлился. Когда подъехали к дому Ричардсонов, Артур буркнул:

— Жди меня в машине. А то еще простудишься.

Отец вышел и, поднявшись на крыльцо, застучал в дверь, а Мэри чуть не заплакала от обиды. Ну вот, теперь она не увидит Джона!

А может, он в амбаре или в конюшне? Она выскользнула из машины и чуть ли не бегом пошла во двор.

Увы, Джона нигде не было. Едва она успела сесть в машину, как вернулся отец, бормоча под нос:

— Проклятые фермеры! Вечно приходится выколачивать из них деньги!

В это время Джон возвращался из рощи — он ходил за хворостом. Заметив, что от дома отъезжает машина Браунов, он огорчился.

— Чуть-чуть не успел! — посетовал он сестре. — Будь я дома, поговорил бы с Мэри. Кто знает, может, мы бы с ней помирились…

— Размечтался! — хмыкнула Нэнси. — Твоя Мэри та еще штучка! Представляешь, я пригласила ее в дом, а она говорит, мол, мне у вас делать нечего.

— Так и сказала? — изменившись в лице, спросил Джон. — Этого не может быть!

— Еще как может! Да выбрось ты ее из головы! — посоветовала Нэнси. — Я тебе всегда говорила, что она воображала, а ты мне не верил. Джон, пойми, она тебе не пара.

— Пожалуй, ты права, — с горечью согласился Джон. — Раз мы недостаточно хороши для мисс Браун, лучше мне ее забыть.

— Верно, сынок! — подтвердила Аманда, входя в кухню. — Надо рубить сук по себе.

Энн Стоун встретила их у двери.

— Заходите, — сказала она, пригласив их в комнату и любезно улыбаясь. — Пришли за арендной платой?

Сняв шапку, Артур улыбнулся. Он встречался с этой леди всего лишь раз в месяц и обменивался парой слов, но рядом с ней почему-то всегда ощущал робость.