Элли Десмонд - Воздушный поцелуй

Неожиданно его укололо чувство зависти. Будет ли когда-нибудь нечто подобное у него самого? Любовь длиною в целую жизнь…

Энди попытался представить себе это, и перед его мысленным взором сразу возник образ Кейт Маклейн, небесной бортпроводницы, приземлившейся на несколько чудных мгновений рядом и тут же взмывшей в заоблачную высь на пассажирском лайнере компании «Праул эйркрафтс».

Хотел бы он видеть ее каждый день своей жизни? Засыпать и просыпаться рядом с ней?

У Энди даже дыхание перехватило от этой мысли.

Да, да и еще раз да!

Если бы это осуществилось, я был бы счастлив, подумал Энди, испытывая небывалое волнение.

Неожиданно для себя он словно увидел Кейт в ином свете.

Безусловно, она красива, тут даже говорить не о чем. В то же время красивых женщин множество. Значит, дело не во внешности Кейт — как бы замечательна та ни была, — а в ней самой. Они провели вместе всего несколько часов, но за этот короткий период в Энди что-то успело измениться. Настолько, что сейчас, впервые в жизни, он задумался о постоянных отношениях.

Я добьюсь ее, решительно стиснув зубы, подумал Энди и почувствовал, как каждая клеточка его тела запела в предвкушении будущей встречи. В то же время мозг наполнился картинами единственного романтического свидания с Кейт.

Вдребезги расшибусь, но она станет моей! — промчалось в голове Энди. И в ту же минуту, будто наяву, он увидел нежную трепетную Кейт в своих объятиях…

К реальности Энди вернул голос Хантера:

— Мы здесь собрались играть, папа, или обсуждать наши семейные дела? Ей-богу, перед Айзеком неудобно.

— О, на меня можете не обращать внимания, — усмехнулся Айзек. — Ваши разговоры мне абсолютно не мешают.

— А мне — мешают! — с нажимом произнес Хантер. — Я как-то не могу сосредоточиться на игре, когда меня убеждают немедленно жениться и обзавестись детьми. Более того, наследниками. Я не могу заниматься двумя делами сразу — и в преферанс играть, и детей… хм… мастерить.

Айзек прыснул, по-видимому представив Хантера за подобным времяпрепровождением, Тим же нахмурился.

— Тебя никто и не заставляет совмещать оба дела. И вообще, не строй из себя дурака, тебе это не идет.

— Это никому не идет, — буркнул Хантер, не желая оставаться в долгу. Затем, немного помолчав, добавил: — Выставлять меня идиотом тоже не нужно, папа. Уверяю тебя, я сам в состоянии решить, когда мне жениться, когда родить детей и прочее.

Тим хотел было что-то сказать, но в конце концов лишь недовольно засопел.

Тогда Айзек, обведя всех взглядом, произнес:

— Ну, продолжим игру?

— Продолжим, — проворчал Тим. — Но сначала хотя бы скажи, как зовут твою невесту. — Он смотрел на Энди, так что ни у кого не возникло сомнений, кому адресован вопрос.

У самого Энди тоже. В следующую минуту, будто со стороны, он услышал собственный голос, в котором — надо же! — звучало волнение:

— Кейт…

8

Часов в пять Кейт почувствовала, что не прочь перекусить. Последний раз она ела в самолете во время перелета сюда, в Майами.

Они с Энн заказали сандвичи с ветчиной. Кейт этим и ограничилась, разве что попросила еще стакан минералки, а Энн позже взяла еще два пирожных и кофе. Перехватив удивленный взгляд Кейт, Энн усмехнулась.

— Люблю сладкое! А ты?

Кейт слегка нахмурилась.

— Когда-то обожала. — Отведя от пирожных взгляд, добавила: — Настолько, что любимую работу из-за этого потеряла.

Энн сочувственно вздохнула. Потом у нее промелькнула какая-то мысль, и она с любопытством спросила:

— А правда, что, до того как устроиться в компанию «Филадельфия эйрлайнз», ты была моделью?

— Правда, — вздохнула Кейт.

Энн откусила кусочек эклера.

— Выходит, не врут девчонки. Я было решила — выдумки.

— Почему же? — покосилась на нее Кейт.

Та, жуя, пожала плечами.

— Ну, ты красивая, поэтому всякий может выстраивать на твой счет какие угодно фантазии, даже самые невероятные.

Кейт устремила взгляд на расстилавшиеся за иллюминатором белоснежные облака.

— Для меня самое невероятное то, что я стала стюардессой. До сих пор не верится.

— И ты надевала все эти красивые наряды, выходила на подиум? — негромко произнесла Энн.

С губ Кейт вновь слетел вздох.

— Конечно.

Энн покачала головой.

— Ну и дела, мы с тобой почти год знакомы, одним и тем же рейсом летаем, правда не всегда вместе, но все-таки, а я ничего не знала. Как же так получилось? Почему ты ничего не рассказывала?

Кейт поморщилась.

— Зачем? Не вижу смысла…

— Или все же кому-то рассказала? — задумчиво обронила Энн, отправив в рот остатки эклера. — Ведь откуда-то пошли разговоры!

Кейт тоже задумалась. Она в самом деле ни с кем не делилась сведениями о своих прежних занятиях.

— Возможно, мое лицо показалось кому-то знакомым. Ведь меня могли видеть на подиуме, вдобавок мое изображение появлялось на страницах модных журналов.

Энн закивала.

— Точно, тебя узнали! Очень даже может быть. — После короткой паузы она удивленно пробормотала: — И как только ты оставила такую шикарную работу…

На миг поджав губы, Кейт негромко произнесла:

— Говорю же, любовь к сладкому подвела.

Энн оторопела.

— Как это?

— Очень просто, — усмехнулась Кейт. — Я все ела, ела сладости, никак не могла остановиться, будто наваждение какое-то… — Она умолкла, вспомнив свое тогдашнее состояние.

Несколько мгновений Энн сидела, затаив дыхание, затем нетерпеливо произнесла:

— И что?

— И растолстела!

— А… — протянула Энн немного разочарованно, словно ожидала чего-то другого. — Так часто случается. Я столько подобных случаев знаю. — Затем недоуменно взглянула на Кейт. — А все-таки почему ты ушла с подиума?

Кейт удивленно заморгала, но затем вспомнила, что перед ней находится человек, не принадлежащий к миру моды.

— Видишь ли, толстых там не держат. Так что хотела я или нет, но мне пришлось уйти.

Энн скользнула по ней взглядом.

— Это ты-то толстая?

Кейт лишь плечами пожала — мол, суди сама.

— По мне, так ты просто… э-э… фигуристая, — сказала Энн.

— В этом смысле для моделей существуют особые критерии, — пояснила Кейт. — Примерно такие, как для балерин. Впрочем, не сомневаюсь, что ты об этом если не знаешь, то во всяком случае слышала.

— Да, но не думала, что все настолько серьезно. — Энн сделала глоток кофе, затем взяла с тарелочки следующее пирожное — песочную корзиночку с кремом — и, оглядывая его, удовлетворенно вздохнула. — Как хорошо, что я не модель!