Линда Холл - Вспышка на солнце

— Ясно. — Винсент внимательно посмотрел на нее долгим взглядом. — А сейчас вы вдруг к этому согласию пришли? Очень правдоподобно!

— Все не так просто. Но сейчас мы готовы подойти ко всему более взвешенно, что ли…

Хотел этого Майкл или он в очередной раз упражнялся в своей власти над ней, но, поскольку она отказалась попасть под его давление в прошлом, он поймал ее теперь. В данный момент он диктовал ей условия игры, а у нее не было другого выбора, кроме как подчиниться ему. Оливия вздрогнула от таких мыслей.

— Надеюсь, ты не простудилась? — поинтересовался Винсент, глядя на то, как она поежилась.

— Ты по-прежнему хочешь сыграть роль свидетеля в моем фильме? — спросила Оливия, точно зная, чем можно отвлечь его внимание.

Лицо Винсента просветлело, и он ответил:

— Господи! Конечно, хочу, и ты это знаешь!

— Тогда мы можем смело браться за работу.

Она переехала в апартаменты Майкла ранним субботним утром. Он сам занес два ее чемодана наверх. Оливия проследовала за ним.

Майкл прошел в большую комнату, главным украшением которой была кровать поистине королевских размеров, покрытая роскошным оливково-золотистым покрывалом. Он поставил чемоданы Оливии прямо возле кровати. Она замерла в дверях, не решаясь войти. Майкл сам подошел к ней и спросил, заглядывая в глаза:

— Это все твои вещи?

— Да, — коротко ответила она и огляделась вокруг: туалетный столик с косметикой для мужчин, кожаный пуфик, на котором небрежно лежала его темная куртка… — Но это же твоя комната?!

— Теперь она — наша. — Он добавил с энтузиазмом: — Теперь она наша, Оливия! Добро пожаловать домой!

Женщина упрямо продолжала стоять в дверях.

— Это — не мой дом, и это — не наша комната! Я уверена, что в таких апартаментах у тебя найдется еще одна спальня.

Его глаза сделались холодными и непроницаемыми. Ледяным голосом он произнес:

— У меня — три дополнительные спальни. Но я подумал, что ты захочешь одну из них использовать в качестве офиса, ведь тебе будет необходимо место для работы. Оставшиеся — это комнаты для гостей.

— Я могла бы занять одну из них, — слишком поспешно заявила Оливия. С этими словами она развернулась, собираясь пойти и взглянуть на другую спальню.

Майкл тут же догнал ее, лихорадочно схватил за руки и заглянул ей в лицо. Его глаза в этот момент были цвета штормовых облаков.

— Ты — моя жена, Оливия. Никаких раздельных спален! — произнес он тоном, не терпящим возражений.

— Но ты обещал, что мне не придется заниматься с тобой сексом! — При этих словах она попыталась освободиться, но у Майкла были сильные руки, и он крепко держал ее.

Он кивнул на огромную кровать.

— Ты можешь даже не прикасаться ко мне, если не хочешь, — сказал он властно, — но спать мы будем вместе. И проводить все ночи рядом: бок о бок.

— Ни за что! — Оливия только теперь поняла, насколько трудно ей будет жить вместе с Майклом. А перспектива спать в одной постели представлялась ей бесконечной пыткой. Видеть его красивое лицо, чувствовать его горячее тело и не иметь возможности до него дотронуться!.. Нет, лучше сразу от этого отказаться. — Множество супружеских пар имеют отдельные спальни. — Она надеялась, что говорит это спокойным и даже безразличным тоном.

— У нас с тобой никогда не было этих отдельных спален, и не будем начинать.

— Я не соглашалась на это.

— Ты согласилась выполнить мое условие, а оно было достаточно ясным и четким.

— Мне тоже казалось, Майкл Битен, что я достаточно четко дала тебе понять, что не намерена делить с тобой свою постель! — Она попыталась выражаться высокопарно, чтобы задеть его.

— Неправда, ты не говорила этого. И прекрасно знала, что именно я имел в виду. Извини, дорогая, но чувствую, что пришло время преподать тебе урок номер два по практике бизнеса: никогда и ничего не принимай, как должное!

— А разве не это же самое делаешь ты сейчас? — выкрикнула она.

— Все карты этой партии в моих руках. И я их сдаю. — Майкл улыбался. — К тому же я еще не выписал чек.

— Все это — сплошной обман. Ты не можешь придумывать новые условия сейчас.

— Оливия, а разве ты не обманываешь меня в эту самую минуту, пытаясь одурачить своим «я не понимаю». Перед подписанием контракта я ясно сказал тебе: мы живем как муж и жена. Это вовсе не включает в себя принуждение к сексу, но мы должны засыпать и просыпаться в одной постели, понимаешь? Только ты и я, — последние слова Майкл произнес романтично. Или Оливии просто хотелось в это верить? Наверное, он пытался «съесть свою порцию пирога» и хотел сделать это как можно быстрее. Должно быть, у Майкла было какое-то оправдание такого его поведения, но она совершенно не собиралась об этом думать.

— Я не могу. — Она попыталась освободиться, и на этот раз он отпустил ее. Оливия инстинктивно отступила назад.

— Так, ты признаешься, что не можешь выполнить условия нашего контракта, — повторил ее слова Майкл, как бы не веря в их смысл. Он скрестил руки на груди и посмотрел на нее стальным взором.

Оливия точно знала, что это означает: она говорит «нет» Майклу, а он говорит «нет» ее фильму. Бесполезно было удерживать этого страстного мужчину в рамках официального контракта, который они оба подписали. А об их личном соглашении больше никто не знал. Это стало их тайной.

Можно было подать на Майкла в суд. Но это означало бы следующее: истратить деньги, которых у нее и так оставалось на дне кошелька, и потерять время, которое и без того поджимало… А главное — ей не слишком улыбалась перспектива прославиться тем, что она сподобилась продать свое тело за деньги. Она предпочла бы иную славу, славу талантливого режиссера!

Майкл справедливо заметил, что кровать огромного размера, а это значит, что два человека могут спокойно в ней спать, не касаясь друг друга. Оливия приглушила свой внутренний голос, который все еще призывал покончить с унизительной сделкой, пока не поздно. Так же она поступила и с ревностью, настойчиво вопрошающей о том, с кем еще неугомонный Майкл делил это ложе любви. Оливия приняла решение:

— Если ты настаиваешь, ладно, я останусь в этой спальне. Но не забывай о своем обещании.

Майкл понял, что Оливия не шутит. Никогда еще ее голос не был таким решительным, а взгляд — твердым.

В первую ночь Оливия легла спать очень рано. Майкл читал какой-то финансовый журнал в соседней комнате. Каким-то образом он почувствовал, что она собирается засыпать, оторвался от журнала, и, заглянув в комнату, пожелал ей спокойной ночи.

Нарядившись в золотую атласную пижаму, Оливия какое-то время лежала, не сомкнув глаз. Она вздрагивала, заслышав доносящиеся из соседней комнаты звуки его шагов, но постепенно провалилась в сон.