(Не)пара для оборотня, или Смотри, кого кусаешь! - Аня Васильева

– На ней метка вожака, а в ней сердца волков.

– Что?! – воскликнули мы с Литто хором.

Про метку я, допустим, и так знала. А про сердце… Сердца? Эта старушка хоть что-то знает о строении людей? У нас внутри одно сердце.

Судя по всему, Литто догадался первый. Он вдруг охнул и отпустил мою руку. Посмотрел на меня, но нет, не в глаза, а куда ниже, – на мой живот.

Во мне сердца волков? Это что, она про детей? Я беременна?!

– Она беременна, – подтвердила мои догадки Уула. – И по закону теперь она одна из нас. Навсегда.

У меня колени подогнулись. То ли от новости, что я останусь в волчьей стае навсегда, то ли от того, что беременна от оборотня.

Я посмотрела на Литто. Поправочка. Беременна от глупого, самоуверенного, неудачливого молодого волка.

– И рожу ему щенят, – шепнула я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

Новая стая

Литто

Девчонка начала медленно оседать на пол, пришлось подхватить её и хорошенечко встряхнуть. Не хватало ещё, чтобы мать моих будущих детей валялась на полу при всей Стае.

В голове траурным эхом зазвучало: «мать моих детей». Звуки-то какие… Мрачные. Под такие меня и похоронить можно.

«За-ме-ча-тель-ные» новости, Литто! От тебя залетела какая-то горничная. Считай, первая встречная.

Я мысленно выругался, проверил, чтобы девчонка стояла на ногах сама, и повернулся к отцу. Дариен был в гневе. Новость не прибавила ему ни хорошего настроения, ни расположения ко мне. Конечно, ведь он теперь не сможет приказать убить девчонку, как хотел этого только что. Да и изгнать меня из Стаи теперь не получится. Теперь я – продолжатель рода, а не просто не самый любимый сын. От этой мысли мне как-то даже легче стало, я выпрямился и задрал подбородок.

И в мою просветлевшую морду мне и прилетело от отца:

– Ах ты гад! Выродков плодишь без роду и племени?!

И я снова сник.

– Отец, я же не знал…

– Как щенков простушке заделать тебе знаний хватило, а как честь рода от позора уберечь – нет?! – Отец сплюнул на дощатый пол и проворчал: – Вот всегда ж знал: нет и не будет с тебя толку, последыш!

Стыд опалил щёки, а в горле зацарапал ком стыда: никогда я не оправдаю чаяний отца, так и останусь для него последышем1 навсегда.

– Изгна-ание, – задумчиво протянул отец.

Я поднял на него взгляд. Только взгляд, головы поднять больше не смел: я снова его подвёл. Хотя и хотел, как лучше, но вышло… Вышло, как всегда.

– Не могу я изгнать сына, принесшего Стае потомство. Это как собственноручно пресечь род. – Отец отвернулся и безразлично махнул на меня рукой. – Клан Северного Ветра теперь твой дом. Уходи в северные земли, щенок, и пусть я о тебе больше никогда не услышу.

Это было не изгнание, это было куда хуже. Клан Северного Ветра, с которого пошёл весь наш род, жил далеко на Севере. И если раньше я был назначен его главой лишь номинально, то теперь эта глушь становилась моим домом. Без права жить где-то ещё – только на землях клана. Вот я и стал вожаком, как и хотел. Только радости от этого я почему-то не испытывал.

Из зала Совета я выходил на ватных ногах. Руф вывел за мной и девчонку. Он пытался что-то сказать мне, поддержать хоть как-то, но я ничего не хотел слушать. Да и не мог – в ушах звенел приговор отца.

Клан Северного Ветра. Да про них все уже давным-давно забыли. Будучи назначен ответственным за их земли, я бывал там пару раз в гостях. Своим ходом добирался до заснеженных гор, находил волчье поселение и гостил в нём пару дней, мечтая лишь об одном: поскорее вернуться домой. И теперь этот негостеприимный край – мой дом.

– Литто! Литто!

Голос Руфа вывел меня из задумчивости. Мы уже дошли до палатки и теперь стояли на её пороге, словно бы не решаясь войти внутрь.

Хотя, кто знает, может мне теперь и в палатку нельзя. Она же стоит не на землях вверенного мне клана.

– Что? – недовольно проворчал я.

– Я с тобой, Литто, – сказал Руф. – Пойду на Север с тобой. Мы же с детства бок о бок. Одну кость делили, одну прогалину на двоих. Одного я тебя не отпущу!

В груди потеплело от такой поддержки. Руф, он ведь мне как брат. Настоящий брат: не по крови, а по его поступкам.

– Спасибо! – искренне поблагодарил я и обнял его.

Руф похлопал меня по спине.

– Всё будет нормально, Литто. Ты будешь отличным вожаком. И я уверен, что с нами ещё пара волков пойдут. Куда ты, туда и мы, Литто. Ты – наш вожак!

– Хорошо. Собери волков. Выходим сразу. Нет смысла откладывать неизбежное.

Руф кивнул и пошёл за другими оборотнями, а я окинул взглядом поселение. Вероятнее всего, я вижу его в последний раз. Временный палаточный лагерь, бревенчатые дома местных оборотней, столовая, детский дом, где содержали и воспитывали щенков. Я поднял взгляд вверх, а там моё родное небо, опустил вниз, а там упёртый в меня злющий взгляд девчонки.

Сначала мне прилетела неслабая такая пощёчина.

– Ах ты ж пёс приблудный! Собака серая! – заорала девчонка. – Детишек мне заделал?!

Я отскочил в сторону, прикрывая уши от ударов, летящих один за одним.

– Да ты как бы и сама в процессе участвовала! – крикнул я в ответ, за что заработал пинок под зад, взвыл и отскочил достаточно далеко, чтобы девчонка меня не достала.

– Ты меня охмурил! Сам сказал.

– И что?

– И то, что всё это, – она обвела пространство вокруг широким жестом, – целиком и полностью твоя вина!

В меня ткнул её указательный палец, и, хоть мы и стояли на расстоянии друг от друга, я невольно отшатнулся.

– Если бы ты была княжна, ничего этого бы не было! Всё было бы нормально! Я бы стал князем. Отец бы меня признал…

Девчонка от этих слов присмирела. Неужели прониклась? Она улыбнулась и сложила руки на груди.

– Так это всё ради признания отца? – спросила она спокойно.

– А то, – буркнул я, растирая пострадавшую морду. – Сама видела, как он ко мне относится… Да что там! – Я махнул рукой. – Теперь то уж что? Поздно.

– То есть я не княжна – это наша основная проблема? – спросила девчонка.

У меня от её тона что-то похолодело внутри, но я сдержался, даже ни на шаг не отошёл (хотя и хотелось. Очень).

– То есть