Кэтрин Гарбера - Владычица грез

— И при этом тебе так нужны корни?

— Это другое дело. Мне просто нужно место, где я могу найти приют. Для этого необязательно иметь несколько поколений предков.

— Давай вернемся в нашу ложу, — предложил Адам, взяв Грейс под локоть, и повел ее к лестнице. Она не видела его лица, но явно чувствовала, что он злится.

— Адам!

Они остановились и обернулись. Грейс увидела Сью-Эллен Хэншоу и еле сдержалась, чтобы не застонать. Та, как всегда, выглядела великолепно, заставляя Грейс чувствовать себя бедной провинциалочкой, каковой, впрочем, она всегда и была.

— Привет, Сью-Эллен, наслаждаетесь игрой? — поздоровался Адам.

— Именно так. А где вы сидите?

— Наверху, в одной из отдельных лож.

— С вами там есть кто-то еще? — в голосе Сью-Эллен появились подозрительные интонации.

— Нет. Нас только двое.

— Вы считаете, что поступаете разумно?

— Мы обсуждали школу, — тут же пояснила Грейс. — Адам договорился с несколькими музыкантами, чтобы они приняли участие в благотворительном чемпионате по баскетболу, чтобы собрать деньги на ремонт спортзала.

— Спасибо вам за это, Адам! — улыбнулась Сью-Эллен.

— Это не составило мне труда. Честно говоря, это была идея Кристиана.

— Мне кажется, у него был скрытый мотив. Кристиан — страстный фанат «Боттл Рокет», — заметила Сью-Эллен, упомянув один из музыкальных коллективов, заключивших контракт со студией Адама.

— Это превосходное решение, — сказала Грейс.

Сью-Эллен вспыхнула, услышав комплимент в адрес своего сына.

— Я поражена тем, как он старается, чтобы спасти школу.

— Вам следует гордиться им, — сказал Адам.

— Я и горжусь. Увидимся все вместе в четверг, верно?

— Да, — согласилась Грейс.

Сью-Эллен ушла.

— Ты смутилась оттого, что тебя увидели вместе со мной? — спросил Адам, отведя ее в сторону.

— Нет. Почему ты так решил? — удивилась Грейс. Она стояла, прислонившись спиной к стене.

Адам прижался к ней, и Грейс сейчас больше всего на свете хотелось послать к черту Сью-Эллен, Малкольма и полицию нравов и отдаться искушению, имя которому — Адам.

— Твои оправдания перед Сью-Эллен прозвучали так, как будто у нас было не свидание, — заметил Адам.

— Правильно. Мы же меньше всего хотим, чтобы все узнали о том, что мы встречаемся. Школе такая реклама не нужна, — ответила Грейс. Даже слыша свой голос со стороны, она почувствовала, что задыхается.

— Почему правильно? Для меня это как свидание, Грейси!

Загипнотизированная потаенной страстью в глазах Адама, Грейс подалась вперед, навстречу ему, но он отодвинулся, так, чтобы она не дотянулась до его губ.

— Объясни мне насчет Сью-Эллен.

— Она докладывает Малкольму обо всем, что я делаю.

— Я не знал, что дела настолько плохи. Тебе не нужно притворяться, что мы не встречаемся.

— А разве мы встречаемся?

— Кажется, я только что сказал, что да! Мы близко общались, — проговорил Адам, обняв ее и полностью притянув к себе. — Грейси, разве не так?

Девушка понимала, что Адам спрашивает нечто важное, но не могла ни подумать, ни ответить. Она просто хотела раствориться в этом мгновении и в этом человеке, рядом с которым ей было так хорошо.

Адам припарковал машину на обочине перед домом Грейс.

— Спасибо, что пригласил меня на игру, — поблагодарила она тихо и вежливо, в своей обычной манере.

— Не стоит. Завтра вечером я бы снова хотел встретиться с тобой, — ответил Адам, вытянув руку вдоль спинки ее сиденья.

— Я могу приготовить для нас ужин дома.

— Это было бы здорово. Я принесу вина.

Грейс улыбнулась ему, и он вдруг понял, чего ему так не хватало в жизни — ощущения спокойствия и того, что все в полном порядке. И нет никакой лжи, которая затаилась, чтобы выпрыгнуть наружу.

— Опиши свидание твоей мечты, — попросил он.

Она вздернула бровь, облизнув нижнюю губу.

— Думаю, что-то вроде сегодняшнего вечера.

— Пригласишь меня выпить чего-нибудь на сон грядущий?

Грейс вынула из сумочки свои ключи.

— Я этого не планировала.

Воздух был наполнен цветочным ароматом духов Грейс, и, когда она двигалась, пряди ее волос касались его запястья. Адам хотел зарыться рукой в ее волосы, не имея нужды прибегать к тактике выжидания, как делают все влюбленные парочки. Вот только пусть Грейс почувствует себя комфортно настолько, чтобы пригласить его к себе домой.

— Тогда я лучше зайду в следующий раз.

— Неужели? — Она открыла дверцу и с дерзкой улыбкой вышла из машины.

Несколько секунд Адам смотрел на нее. В ней что-то изменилось. Грейс стала двигаться более уверенно, и он пошел вслед за ней — желая подарить ей ночь, прямо из ее мечтаний.

Помимо своих фантазий, она сделала шаг и в реальной жизни, и Адам подумал, что это хорошо.

В ней было что-то, в чем он нуждался. Поскольку Адам был мужчиной, это отчасти было связано с вожделением, вызванным ее прекрасным телом. Но он знал, что дело не только в этом.

Проведя его в дом, Грейс налила по бокалу вина, калифорнийского «мерло» с насыщенным фруктовым ароматом, и присела на край софы на приличном расстоянии от него.

— Я думал, мы уже прошли этот этап, — тихо сказал Адам.

Грейс была для него как лед и пламень, кокетливая и сексуальная, то подпускающая к себе, то быстро отступающая, прячась в свою крепость. Загадочный взгляд ее глаз давал Адаму понять, что он, возможно, никогда не узнает ни одной ее тайны.

— Какой этап?

— Это расстояние между нами.

Она отпила вина из своего бокала.

— Знаешь, я не могу отделаться от мысли: «Что этот человек делает со мной?»

— Я здесь потому, что рядом с тобой мир для меня становится живым.

— Звучит фальшиво.

— Понимаю. Но я не знаю, как еще описать это.

— У тебя насыщенная жизнь и без меня!

— Нет, Грейс, это не так. В моей жизни много разных людей и событий, но это все рутина. Я уже давно понял, что рутина нужна, чтобы выжить.

— Рутина — это каждое утро вставать в шесть часов, завтракать и ехать в школу. Вращаться в кругу рок-звезд и знаменитостей — это не рутина.

— Думаю, все зависит от того, как на это посмотреть, — тихо ответил Адам, думая о том, как одна маленькая деталь — прочитанная им рукопись Грейс — может изменить всю жизнь.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

— Покажи мне, на чем я остановился, — попросил он.

Она склонила его голову к своим губам. Он целовал ее, спускаясь все ниже по шее. Она вздрагивала, изо всех сил сжимая его плечи и все сильнее прижимаясь к нему всем телом. Он опустил голову еще ниже и начал ласкать языком ее сосок.