Робин Дональд - Жена бывшего друга

— Кэтрин, это Морна Воуз, моя старая знакомая.

Кэт протянула руку, но Морна уже отошла. Почувствовав неловкость, Кэт опустила руку.

— Кольцо здесь, — сказала Морна, посмотрев через плечо. Она открыла сейф и вынула коробочку. Положив ее на прилавок, она взглянула на Кэт и произнесла: — Ник и я выросли вместе, мы жили по соседству в самом бедном районе Окленда. Это благодаря ему мне удалось выбраться. Он для меня — тот самый старший брат, о котором мечтают все женщины.

Если она и хотела успокоить меня, то у нее ничего не вышло, подумала Кэт. Происходило что-то странное. Была ли Морна отвергнутой любовницей? Нет, Ник не мог быть таким чудовищем. Может, семья Морны заботилась о Нике, когда ему было особенно плохо дома?

Морна наклонилась к Кэт. Та выдержала ее взгляд, сжав зубы.

— Да, ты был прав, Ник. Тот же цвет. Теперь, если вы извините, мне нужно сделать звонок из офиса.

Она исчезла. Длинные пальцы Ника открыли крышечку. Внутри сверкало кольцо с камнем, какого Кэт никогда не приходилось видеть. Ярко-синий, как летнее небо и море, он сверкал, окруженный бриллиантами помельче.

Ник снял кольцо с подушечки. Кэт протянула руку, и он надел кольцо ей на палец, но не отпустил руку, а держал, пока кольцо не стало теплым под его пальцами.

— Посмотри на меня, — выдохнул он.

Изумленная, она взглянула на него. Его губы дрогнули в улыбке.

— Нам лучше сделать то, чего ждет от нас Морна, — сказал он и нагнул голову.

Это был поцелуй-доказательство. Он поцеловал Кэт требовательно, словно имея на нее какие-то права. Все ее чувства смешались. Кэт не могла сопротивляться этому. Она не могла даже думать.

Когда он поднял голову, она уставилась на него, понимая, как он может оставаться таким невозмутимым и уверенным в себе.

— Тебе идет, — произнес Ник голосом, который заставил ее задрожать. — Оно необычное и очень красивое.

Он поднес ее руку к губам и поцеловал кольцо, потом перевернул руку и поцеловал нежную кожу запястья.

Кэт втянула воздух. Что-то дикое и первобытное разбудило в ней прикосновение его губ. Она выдернула руку и широко распахнутыми глазами посмотрела на кольцо.

— Что это за камень? Сапфир? — Ее голос дрожал

— Танзанит, — ответил он.

Кэт услышала звук открывающейся двери. Она думала, что Ник отойдет, но он оставался рядом. Слишком близко, чтобы ее нервы могли успокоиться

Послышался голос Морны:

— Такие, встречались только в одной шахте в Танзании, а сейчас она затоплена. Этот камень безупречен, а цвет очень необычный. — Она с любопытстве посмотрела на Кэт. — Вам нравится?

— Оно безумно красивое!

Морна рассмеялась, переведя взгляд на невозмутимое лицо Ника.

— Это великолепный камень. И он прекрасно смотрится на вашей руке, Кэтрин. Ник сам выбирал его. Вы же знаете, что у него безупречный вкус.

В машине Кэт рассматривала кольцо.

— Почему ты не попросил о помощи ее?

— О какой помощи?

Кэт разозлилась.

— Ты знаешь, о чем я: притвориться твоей любовницей.

Он откинулся на спинку сиденья.

— Потому что между нами нет сексуального влечения — сказал он прямо. — Мы выросли как брат и сестра. — Он повернул голову и посмотрел на нее.

— Скромное колечко с бриллиантом подошло бы лучше, — только и смогла сказать Кэт.

— Насчет того, что «бриллианты — лучшие друзья девушек». Я хочу, чтобы ты поняла: все, что касается наших отношений, очень личное, — обратился к ней Ник. — Франческа такая же проницательная, как и ты, и она очень хорошо подмечает мелочи. Чтобы ввести ее в заблуждение, нам придется изображать нечто большее, чем обычную интрижку. И изображать так, чтобы у нее не осталось ни малейшего сомнения, что мы без ума друг от друга.

— Без ума? А как насчет любви?

— Мне кажется, Франческа так же верит в существование любви, как и я, — улыбнулся он. — И так же, как ты, Кэт. Любовь — это для людей без жизненного опыта, которые верят в романтику, любовь до гроба и тому подобное.

Подавив дрожь, она посмотрела на свою руку.

— Я не собираюсь спать с тобой в одной комнате, — вырвалось у нее.

— Я и не предлагал тебе этого.

— Тогда где я буду спать?

— В моем доме особая планировка. Одна гостиная легко превращается в спальню. — Длинные смуглые пальцы накрыли ее дрожащую руку. — У меня две ванные комнаты, так что ты можешь не опасаться столкнуться со мной по пути в душ.

Чувствовал ли он учащенное биение ее пульса? Возможно, но он не знал, что внутри у нее разгорается пламя желания от его близости. Кэт осторожно попыталась высвободить руку, но он только еще крепче сжал ее пальцы.

Она хрипло прошептала:

— Я думала, ты живешь в той квартире, где мы были.

— Я останавливаюсь там, когда приезжаю в Окленд, но мой настоящий дом — к северу от города. — Он поднес ее руку к губам и поцеловал. Потом проделал то же самое с другой рукой.

Ник знал, что обладает способностью лишать силы воли и заставлять трепетать от страсти. И умело пользовался этим.

Кэт боялась признаться себе в этом, но только он мог заставить ее чувствовать себя совершенно беспомощной, словно знал все ее секреты и читал ее мысли.

— Нет, я не могу.

— Ты говоришь как настоящая трусиха, — сказал он с легким презрением в голосе, откинулся назад и посмотрел на нее. — Я все гадал, когда же тебе наконец надоест эта ложь о больном ребенке с Ромита.

Она уставилась на него, ничего не понимая.

— Для чего на самом деле тебе нужны деньги, Кэт?

— Ты всегда такой подозрительный? — вырвалось у нее.

— Ответь мне.

Жесткие нотки в его голосе напомнили ей, что пути к успеху этому человеку помогали не только интеллект и целеустремленность, но и жесткость и решительность.

Слова Глена, сказанные им как-то, вспыхнули в ее сознании: «Под элегантной внешностью Ника скрывается дикарь, каким он всегда был, жесткий и бескомпромиссный. Это его главное преимущество и самый главный недостаток».

— А как ты думаешь, на что они мне нужны?

— Ну, есть несколько способов потратить двадцать тысяч долларов… заплатить долги… купить наркотики…

— Что?!

— Я прав? — Его глаза сузились и потемнели.

— Нет, — простонала она, не зная, что ей делать с его подозрительностью. — Единственные таблетки, которые я принимаю, мне выписал врач. Ты можешь попросить водителя остановиться и дать мне выйти?

Она посмотрела на шофера, но он не слышал их разговор из-за стеклянной перегородки. Ник тихо рассмеялся.

— Гордая, как всегда, — сказал он. — Хорошо, я верю тебе. Скажи мне, почему ты передумала.