Эмили Джордж - Золотое сердце

Элис приподняла подбородок, потянувшись к нему в знак согласия, а он опустил голову, пока их губы не встретились.

Тепло, подумала Элис, при первом прикосновении его рта. Тепло и мягкость, удивительные для мужчины, кажущегося столь суровым и холодным. Нежно дотронувшись до ее рта, он тут же отстранился и вновь дотронулся. Его теплый язык обрисовал ее нижнюю губу, вызвав в ней дрожь. Инстинктивно она приподняла голову, чтобы сильнее прильнуть к его рту. Словно в тумане она подумала, что давние поцелуи, которые она помнила, вовсе не были поцелуями. Вот это поцелуй. Это осторожное прикосновение и отступление, движение языка по покорным губам приводило ее в трепет.

— Откройся, мышка, пусти меня внутрь.

Этот хрипловатый приказ был самым волнующим в ее жизни. Слегка застонав, она разомкнула губы и почувствовала, что у нее останавливается сердце, когда его язык коснулся ее языка. Впервые в жизни Элис ощутила тяжесть мужской груди на своих болезненно жаждущих грудях.

Он пытался сдержать себя, но не мог этого сделать. Ее робость, неискушенность сводили его с ума. Он никогда не целовал неопытную женщину и не думал, что это может так возбуждать.

Эта женщина только пробуждалась к осознанию своих желаний, но еще не была уверена в них или в себе самой. Он и не подозревал, как может возбудить женщина, возбужденная тобой. Он знал многих, которые отдавались потому, что от них этого ожидали, или потому, что сами желали этого, и он для них мог быть кем угодно. Элис открывала свою страсть благодаря ему, она хотела его.

Алан целовал ее страстно, без всякого смущения, и она с готовностью отвечала ему. Она ощущал малейшее движение ее тела, и оно говорило, как близка она к кульминационному моменту и как легко ее взять сейчас. Она бы даже не пискнула в знак протеста. Такая она была разгоряченная и готовая.

О боже! Приложив немыслимое усилие, он прервал поцелуй и откинулся на спину. Через несколько мгновений, когда ночной воздух охладил его голову, он притянул ее к себе.

— Я прошу прощения, — прохрипел он. — Все это вышло из-под контроля.

— Все… все в порядке.

По правде говоря, она не знала, что ей делать с дикой страстью, проснувшейся в ней, с болью между ног, которую он и не пытался унять. Она не знала, преходяще ли это ощущение или оно останется с ней навечно.

— Ничего не в порядке! — раздраженно воскликнул он. — Я сделал тебя несчастной! Извини, меня следовало бы пристрелить. Сначала я завел тебя, потом накричал. Черт возьми!

— Давай потушим костер и поедем, — Элис резко села.

Он тоже сел.

— Подожди минуту, Элис. Не надо…

Не надо чего? Не надо сердиться на него? Не надо чувствовать себя отвергнутой? Ты осел, Железное Сердце!

— Проклятье! — Он вскочил на ноги и схватил ее за плечи. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? Уложил бы тебя и проделал с тобой, что мне заблагорассудится? Ты действительно хочешь одной фантастической ночи? Я могу это сделать, но сможешь ли ты завтра утром посмотреть себе в глаза?

Она глубоко вздохнула.

— Извини, крошка, я захотел тебя так сильно, что на мгновение забылся и позволил себе зайти слишком далеко, — виновато проговорил он.

После подобных слов ни одна женщина не смогла бы сердиться и дальше. Он захотел ее так сильно, что забылся?! Любая нормальная женщина была бы рада услышать это от такого мужчины, как Железное Сердце, но только не Элис. Но в ней жила уверенность, что ни один мужчина, тем более такой, как Железное Сердце, не может ее так желать.

Он приподнял ее лицо за подбородок.

— Ты прощаешь меня? — спросил он.

На ее лице появилась холодная маска. Пугливая, неуверенная девушка, приехавшая на пикник, исчезла, и теперь перед ним стояла решительная женщина — помощник шерифа, такая, какую он впервые увидел в ту ночь.

— Конечно, — отрывисто ответила она, — никаких проблем. Послушай, мне пора домой. В семь утра я заступаю на смену.

5

Они подъехали к дому около десяти часов. Опасаясь, что Алан заговорит, Элис поспешила распахнуть дверцу.

— Спасибо, — выдавила она из себя. — Все было хорошо. Увидимся завтра.

Как ей хотелось никогда больше не видеть его.

— Элис…

Элис быстро спрыгнула на землю.

— Спокойной ночи! — с холодной улыбкой проговорила она.

— Элис, подожди!

Но она повернулась и быстро направилась к дому. Она не могла выдержать больше ни секунды. Это было слишком унизительно.

Вдруг она замерла, уставившись на заднюю дверь дома, и сердце ее почти остановилось: дверь провисла на петлях и не была плотно прикрыта.

— Элис, — Алан догнал ее, — позволь мне войти первым.

Он, видно, тоже заметил это, сообразила она.

— Вздор, — напряженно ответила она, — я же коп.

— А у меня есть оружие.

Элис оглянулась. В руке он держал двухфутовый железный прут с заостренными концами.

— Я знаю, как им пользоваться, и пойду первым.

Он вручил ей длинный гаечный ключ. Должно быть, это его рабочие инструменты. Ее «инструменты» заперты в «блейзере», а ключи наверху в спальне. Но кто в округе Конард берет оружие на свидание?

Она похолодела от ужаса, представив себе, что может сейчас увидеть в доме. Ее дед… Ей даже страшно подумать. С ним все должно быть в порядке.

— Если внутри кто-то есть, он знает, что мы здесь, — предостерег Алан, коснувшись ее руки.

Конечно. Они же слышали, как подъехала машина.

— Разумеется. — Она взглянула на темный дом. — Мы войдем вместе.

Он посмотрел на нее долгим взглядом. Смелая, подумал он, хоть и напугана до смерти.

— Но я пойду первой. — Она сделала шаг вперед. — Я тренированная…

— Я тоже когда-то служил в морской пехоте. — Он перехватил ее руку.

Элис вздохнула с облегчением. Хорошо, что он прошел хоть какую-то тренировку, при необходимости они смогут поддержать друг друга.

Алан приподнял отвисшую дверь из железной сетки и отвел ее в сторону. Внутренняя дверь была приоткрыта на пару дюймов. Они прижались к стенке по обе стороны двери, и Алан с помощью своего инструмента распахнул дверь. С минуту они вглядывались в темноту, потом Элис просунула руку и нащупала выключатель. Алан проскользнул в кухню, быстро огляделся и направился в столовую. Элис следовала за ним по пятам, но так, чтобы не попасться в ловушку одновременно.

В столовой царил хаос, стулья были опрокинуты, словно кто-то на бегу расшвыривал их с пути. Царившая тишина повергла ее в ужас.

Ее дед…

— Элис! — Голос Алана донесся из гостиной. — Элис, Джо ранен. Присмотри за ним, пока я проверю комнаты наверху.